Михаил Иванович Трепашкин - московский адвокат, бывший сотрудник КГБ и ФСБ. Эксперт Общественной Комиссии по расследованию взрывов домов в Москве и Волгодонске и событий в Рязани. Арестован 22 октября 2003 года, накануне заседания суда, где он планировал предъявить факты, которые могли дать основание утверждать о причастности спецслужб к организации взрывов жилых домов в сентябре 1999 года. Предлог для ареста - в его машине был обнаружен пистолет. Сам Трепашкин утверждает, что пистолет был подброшен. После незаконного задержания Трепашкин был помещен в пыточные условия: грязная камера 1,6х2 м, пытки голодом, холодом, лишением сна. 19 мая 2004 г. за незаконное хранение оружия и разглашение гостайны приговорен Московским окружным военным судом к 4 годам колонии-поселения, начиная с 1 декабря 2003 г. 4 ноября 2003 года бывшие политические узники, среди которых Елена Боннэр, Сергей Ковалев и Владимир Буковский, призвали Amnesty International признать Трепашкина политзаключенным.

воскресенье, 25 февраля 2007 г.

Открытое письмо Андрея Некрасова Владимиру Путину

Президенту Российской Федерации
Путину В.В.
от гражданина России
кинорежиссера Андрея Некрасова



Господин Президент,

в конце прошлого года были убиты два наших соотечественника, два моих друга. Многие считали их Вашими врагами, и по этой причине Вас обвинили в организации, прямой или косвенной, этих убийств. Объективных оснований для таких обвинений сегодня нет. Озабоченность, однако, вызывает то, как Вы отреагировали на оба эти убийства. Ваше желание умалить значение и Политковской, и Литвиненко было так же заметно, как и несправедливо. Оба они и при жизни были значимой частью нашего общественно-политического пространства, а их мученическая смерть уже навсегда вошла звучным трагическим аккордом в историю России.

Вопросы, связанные с этими убийствами, возможно неудобны для власти, но представляют законный интерес для общества. Демократия отличается от авторитаризма тем, что не позволяет отдельным людям, даже президенту, подавлять в обществе стремление удовлетворять свое разностороннее любопытство. Трагедия, которая, по Вашему мнению, должна была бы видимо оставаться в пределах личной жизни семьи Литвиненко, а не «использоваться для политических провокаций», для самих близких погибшего – событие большого политического масштаба. Ибо Александр умер не от рака, а от полония 210, и не случайно, а в связи с тем, что он говорил и писал. В свободном мире, к которому хотелось бы причислять и Россиию, ненормальным является не повышенное внимание к тому, что «в теле одного человека нашли яд» (по выражению одного российского чиновника), а попытка преуменьшить значение и этого беспрецидентно жестокого убийства, и самого Литвиненко. Это вопрос не пиара, а человеческих ценностей. Уверяю Вас, что не только узкий круг полит-эмигрантов, а вся далеко не наивная общественность Британии вибрировала от шока и возмущения при виде человека, умирающего за свои взгляды.

В Вашем последнем высказывании по поводу Литвиненко Вы заявили, что он не обладал никакими секретами. Это прозвучало в доказательство того, что спецслужбы России не были замешаны в убийстве; значит ли это, что они могли бы быть замешаны, обладай Литвиненко секретами? Известно, что многие считают, что в интересах государства позволено все, даже убийство. Но известно так же и то, что вредным для государства может считаться не только разглашение секретов, но и оглашение крамольных взглядов. Граница между этими двумя областями часто оказывалась и оказывается размытой. Что делал Литвиненко на своей знаменитой пресс-конференции 98 года: критиковал руководство ФСБ или разглашал секреты? Я готов подтвердить Ваши слова о том, что Литвиненко не обладал секретами, он сам так считал и говорил мне об этом. В этом он был с Вами согласен. Вот только с Вами не согласны те, кого он критиковал. Они называли его «сквозняком» и предателем. С их точки зрения Литвиненко безусловно был посвящен в некие тайны, которые он не имел права выносить за пределы тайной организации. Вопрос в том, насколько эти тайны можно считать государственными.

Так получается, что здоровью, а может быть и жизни, еще одного моего друга сегодня угрожает опасность. Его зовут Михаил Трепашкин. Он-то как раз был официально обвинен в разглашении государственных тайн. А говорили и Литвиненко и Трепашкин об одном и том же. О гипер-коррупции в высших эшелонах ФСБ, о «нестыковках» в официальных версиях взрывов домов 99 года в Москве и минирования дома в Рязани. Если бы Вы, по аналогии с Литвиненко, хотя бы из пренебрежения, сказали о Трепашкине, что он не обладает никакими секретами, то тяжело больной и доведенный до отчаяния человек был бы, вероятно, избавлен от ежедневных мучений, которым он подвергается в Нижнетагильской колонии. Что Вам стоит так поступить? Я не следователь, но, как документалист, я хорошо осведомлен о том, что делал и говорил Трепашкин в последние годы. Он Ваш политический оппонент, а не преступник.

Как человек и гражданин, Вы имеете право на жесткость взглядов, и даже на ненависть к тем, кого Вы считаете врагами России. Но как президент Вы не можете не замечать того, что ненависть к врагам России сплошь и рядом используется сегодня как алиби многоликим монстром Российской коррупции. Наша коррупция состоит не только из многомиллиардных взяток, «откатов» и «отмывов». Коррупция дотронулась до самой души нации, позволяя проституировать любовью к Родине на панели политиканства и бизнеса. Такая профанация патриотизма прямо противоречит интересам России, и, хочется верить, Вашим собственным. Ответьте пожалуйста, народу и самому себе: что патриотично – стараться прояснить все обстоятельства гибели невинных сограждан, или их засекречивать? Обличать коррупционеров в ФСБ или покрывать их, оберегая «честь» мундира?

В глазах всего мира Вас дискредитируют не только те, кто убивают Вашего оппонента в Ваш день рождения, но и те, кто от Вашего имени заявляет, что подозревать власть в том, что она может взрывать своих граждан – плод больного воображения. Власть и взрывала, и сжигала, и отравляла, и расстреливала. Отмахиваться от конкретных вопросов демагогией о теоретической невозможности террора против сограждан, неправомерно, нелогично и недальновидно. Увы, именно так, с холодным высокомерием, поступаете Вы, взирая «свысока» (по Вашему выражению) на «теорию заговора», а на самом деле, на «практику» жизни и смерти людей. Видимо это властное « свысока», Вы, вместе с Вашими идеологами, и называете «суверенной демократией». К настоящему народовластию это не имеет никакого отношения. Но вы ошибаетесь еще и в другом. Такая государственность не только не демократична, но и не устойчива. Ибо количество лицемерия и цинизма в нашем обществе, при дешевизне индульгенции псевдо-патриотизма, начинает угрожать национальной безопасности и уже не на шутку компрометирует президентскую власть. Между тем совесть России, живет в таких людях, как Трепашкин. Удивите Ваших критиков. Спасите Трепашкина!


Андрей Некрасов
Санкт Петербург, 11.02.2007

Ярлыки:

Комментарии: 0:

Отправить комментарий

Подпишитесь на каналы Комментарии к сообщению [Atom]

<< Главная страница