Михаил Иванович Трепашкин - московский адвокат, бывший сотрудник КГБ и ФСБ. Эксперт Общественной Комиссии по расследованию взрывов домов в Москве и Волгодонске и событий в Рязани. Арестован 22 октября 2003 года, накануне заседания суда, где он планировал предъявить факты, которые могли дать основание утверждать о причастности спецслужб к организации взрывов жилых домов в сентябре 1999 года. Предлог для ареста - в его машине был обнаружен пистолет. Сам Трепашкин утверждает, что пистолет был подброшен. После незаконного задержания Трепашкин был помещен в пыточные условия: грязная камера 1,6х2 м, пытки голодом, холодом, лишением сна. 19 мая 2004 г. за незаконное хранение оружия и разглашение гостайны приговорен Московским окружным военным судом к 4 годам колонии-поселения, начиная с 1 декабря 2003 г. 4 ноября 2003 года бывшие политические узники, среди которых Елена Боннэр, Сергей Ковалев и Владимир Буковский, призвали Amnesty International признать Трепашкина политзаключенным.

среда, 6 июня 2007 г.

Свердловские судьи! Вы с законом или с заказом?


«Диктатура Закона – это единственный вид диктатуры, которой мы обязаны подчиняться».
(Владимир Путин, Президент России)

Я помню, что ещё в период учёбы в Высшей школе КГБ СССР нам неоднократно приводили примеры, что в США отпускали суды преступников после процесса, если в ходе расследования допускались недозволенные методы или нарушались иные нормы законов. Примеры принципиальности судей приводили для того, чтобы мы работали строго по законам. И тогда не будет ошибок!

И вот, через много лет нашего «развития по пути демократии» я столкнулся с судьями Свердловского областного суда, объявленного недавно (при утверждении в должности прежнего председателя названного суда ОВЧАРУКА И.К.) одним из лучших судейских коллективов России. Точнее столкнулся один раз – при отказе в УДО (в условно-досрочном освобождении). А второй раз ещё предстоит столкнуться 6 июня 2007 года, при рассмотрении решения судьи Тагилстроевского районного суда гор. Нижнего Тагила Свердловской области ИЛЬЮТИКА Д.А. об ужесточении мне режима.

И, должен заметить, как юрист со стажем работы более 25 лет, что если один из «лучших судов России» будет судить так же, как при рассмотрении вопроса об условно-досрочном освобождении, то горе нашим гражданам, ибо они не в руках справедливости, законности и беспристрастности. Они в руках административного органа власти и с ними поступят так, как скажет начальник. И судить будут не по Закону, а по заказу. И любые ваши доказательства невиновности окажутся непригодными и любой бред стороны обвинения будет воспринят как железные аргументы. Именно так оценивал доказательства в суде судья Тагилстроевского районного суда гор.Нижнего Тагила ИЛЬЮТИКА Д.А. Я приведу один конкретный и очень характерный для всего процесса пример.

Чтобы меня искусственно (путём фабрикации материалов) сделать «злостным нарушителем режима отбывания наказания» администрация ФГУ ИК-13 использовала заведомо ложные «докладные» лиц, осуждённых за тяжкие и особо тяжкие преступления (убийства, изнасилования, сбыт наркотиков, вооружённые грабежи, тяжкие телесные повреждения и т.д.). Этих лиц администрация колонии специально переводит из особого, строгого и общего режимов на, так называемый, «участок колонии-поселения», к впервые осуждённым за преступления небольшой и средней тяжести, чтобы организовывать прессинг. «Тяжелостатейники» зависимы от администрации, ибо за их деяния многим дают пожизненное заключение, а тут такие льготы ( выход в город, свидания без ограничений и т.д.). И они знают, что, в случае невыполнения команд («просьб») представителей колонии, их, без проблем, «перекинут за забор», обратно, на свои режимы, определённые приговорами судов. Это делает «тяжелостатейников» очень послушными, управляемыми, готовыми на любые действия против тех, на кого науськивает администрация. Как правило, все они являются не просто доносчиками («стукачами»), а лжесвидетелями («стукачами-лжедоносчиками»). Вот именно таких администрация ФГУ ИК-13, с согласия Нижнетагильской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в ИУ (исправительных учреждениях) активно использовала, чтобы сфабриковать материалы о том, что я, якобы, совершал то либо иное нарушение режима, за которое на меня, по беспределу, налагали взыскания (выговоры, помещения в штрафной изолятор), а потом вообще объявили «злостным нарушителем режима» колонии-поселения и предложили суду «перекинуть меня через забор», то есть изменить режим на более строгий, предназначенный для лиц, совершивших тяжкие преступления, и, поместить меня туда, вместо выведенных на «участок колонии-поселения» убийц, насильников, бандитов и т.п. «тяжелостатейников» (в этом плане ИК-13 настоящая «планета обезьян»).

И вот, с момента доставки меня в город Нижний Тагил, по незаконному «персональному спецнаряду», т.е., по преступному заказу, подписанному первым заместителем директора ФСИН России Краевым В.К. (это бывший начальник УВД Свердловской области, покинувший должность из-за обнародования его связи с «уралмашевской» ОПГ), на меня началась настоящая охота.

Тут я должен обратить внимание, что в соответствии с Федеральным законом – ч. 1 ст. 128 Уголовно-исполнительного кодекса РФ запрещалось в одной колонии-поселении содержать совместно тех, кто был впервые осуждён за преступления небольшой и средней тяжести (как я) и «положительно характеризующихся осуждённых, переведённых из колоний общего и строгого режима в порядке, предусмотренном ст. 78 УИК РФ, то есть меня незаконно поместили вместе с «тяжелостатейниками». Я написал на сей счёт не менее десятка жалоб.

Вот тут-то сотрудники ФСИН России и показали во всей красе свою «машину лжи». Несмотря на явное, они «белый лист назвали чёрным». Они во всех документах записали, что «сведения, изложенные в жалобах Трепашкина не соответствуют действительности», что осуждённые за тяжки е и особо тяжкие преступления содержатся раздельно с лицами, осуждёнными впервые за преступления небольшой и средней тяжести, в частности, отдельно от Трепашкина. Наглая, очевидная, безответственная ложь! Тем более, как можно содержаться «раздельно», если у нас был один отряд № 10? «Машина лжи» и тут не теряется (дело привычное), они издают приказ о разделении отряда № 10 на два: № 19 для осуждённых за преступления небольшой и средней тяжести, № 10 – для «тяжелостатейников». Ясно, что это лишь бумажная формальность, но легче отписываться и врать. Дальше, они везде, на все жалобы, на запросы высоких инстанций писали: «Трепашкин содержится отдельно от лиц, осуждённых за тяжкие и особо тяжкие преступления». Но, поняв, что рано или поздно ложь проявится, через своих лоббистов в Государственной Думе6 ФС РФ, в срочном порядке, ФСИН РФ проводит изменение в ч. 1 ст. 128 УИК РФ, упразднившее положение о раздельном содержании в колониях-поселениях различных категорий осуждённых (на всё готовы, лишь бы меня отсюда не выпускать!). Изменения в УИК РФ были внесены 3 апреля 2006 года, т.е. после того, как на меня были наложены все взыскания по ложным докладным «тяжелостатейников», которых со мной вместе не имели права содержать и, которых, если верить письмам ФСИН РФ и прокуратуры, со мной не было (!?).

И вот в суде стали исследовать «доказательства» совершения мною «нарушений режима отбывания наказания». Они основаны, как заявили представитель администрации ФГУ ИК-13 и прокурор, на показаниях свидетелей – осуждённых ИСАКОВА Жоры, ГИРФАНОВА Олега, КУЗЬМИНА Игоря, ЗАХАРОВА Сергея, КИРЬЯНОВА Сергея, ЛИСИЦИНА Анатолия, ЗВЕРЕВА Александра, КАШИНА Петра (я перечислил всех, по 4м «нарушениям»). Все они – «тяжелостатейники» (!), переведённые из строгого и общего режимов. Вот, начнём по порядку: ИСАКОВ Жора (убийство 2-х человек группой лиц), ГИРФАНОВ Олег (сбыт наркотиков), КУЗЬМИН Игорь (убийство, сообщник ИСАКОВА), ЗАХАРОВ Сергей (телесные повреждения), КИРЬЯНОВ Сергей (грабёж) и т.д. И вот вопрос первый:

Те, кто читает эту информацию, могут подумать: «Неважно, что было незаконное совместное содержание, но они ведь оказались свидетелями (8 человек), а значит факты нарушений режима были». Логически, возможно, с ними можно было бы согласиться. Но есть другие установленные судом обстоятельства:

1. Имеется более 22 показаний свидетелей, говорящих об обратном, что нарушений режима я не совершал. Из них допрошены в суде: ИШУКОВ Виктор, РОЖИН Дмитрий, СУЛЕЙМАНОВ Игорь, НАУГОЛЬНЫХ Сергей, ВАРЛАКОВ Сергей. Некоторых суд отказался допросить или вызвать, но они оставили письменные заявления с показаниями: КОРОБАЕВ Сергей, ЧАНКУРОВ Али, КРЮЧКОВ Сергей, ХАУСТОВ Олег, ЯХИН Равиль, ХАЙРУЛЛИН Рамиль, НЕМЫКИН Вячеслав, КАЛАНБАЕВ Тагир, ТОМИЛОВ Сергей, ГОЛОВИН Сергей, СТАРИКОВ Владимир, БУРМИН Дмитрий, ШАЦКИЙ Евгений, ШУДЕГОВ Анатолий, ВАЛОВ Сергей, ЖУЙКОВ Лев, КУЛИКОВ Валерий, ПРОТОПОПОВ Сергей и др. Ещё более 20 человек готовы были выступить в суде в мою защиту и рассказать о необоснованных преследованиях и фабрикациях: МОЛОКОВ Вячеслав, ГОЛОМОЛЗИН Владимир, ПЕРЕЖОГИН Александр, ГОРИН Владимир, ВАСИН Евгений, ЯРКИН Евгений, ПРАНСКУС Вячеслав, САВЕНКО Анатолий, ГРЕБЁНКИН Павел и др., но в их вызове отказали либо не доставили. Свидетель КОРАБАЕВ Сергей являлся очевидцем вменяемого мне деяния, сам прибыл 10 апреля 2006 года в суд, но его не допросили, а 12 апреля 2006 года он освободился и уехал в Москву. Вызвать повесткой суд отказал.

2. Из т.н. «свидетелей обвинения», которые указаны выше (8 чел.) в суд доставили лишь одного ЛИСИЦЫНА Анатолия, который после предупреждения об уголовной ответственности за дачу ложных показаний заявил, что он ничего не помнит, ничего показать по обстоятельствам якобы нарушения мною режима отбывания наказания он не может(!). А докладные писал, в том числе на меня. ИЛЬЮТИКУ Д.А. последней фразы хватило, чтобы записать, что «свидетель всё подтвердил в суде» (!?).

3. Участники вменяемых мне событий, свидетели ИШУКОВ, РОЖИН, КРЮЧКОВ, КОРАБАЕВ показали, что «свидетелей обвинения» там и близко не было, что они всё врут и их докладные – ложные. Свидетели НЕМЫКИН Вясеслав, ИШУКОВ Виктор, НАУГОЛЬНЫХ Сергей, ВАРЛАКОВ Сергей, РОЖИН Дмитрий, КОРАБАЕВ Сергей, ЧАНКУРОВ Али, ЯХИН Равиль и др. показали, что ЛИСИЦЫН, ИСАКОВ, КУЗЬМИН, КАШИН и другие указанные выше «свидетели обвинения» - штатные «стукачи-доносчики», пишущие по просьбе администрации ложные доносы на неугодных лиц. Допрошенный в судебном заседании фельдшер МСЧ ФГУ ИК-13 МИРОНОВ Вадим (на которого я якобы накричал 11 января 2006 года, получив за это 3 суток ШИЗО), а также исследованы в суде документы тоже подтверждали отсутствие на месте событий ЛИСИЦЫНА и КИРЬЯНОВА. Таким образом, даже доказательства обвинения показали ложность докладных «свидетелей обвинения» из числа «тяжелостатейников».

4. В суде исследовалась форма изложения показаний в виде «докладных». И установлено, что она не соответствует ни одному нормативному акту, в законах России такой формы нет! Это видоизменённая форма сохранившегося со сталинских времён «доноса».

В соответствии с ч.5ст.11 УИК РФ осуждённые пишут не «докладные», а «объяснения» по вопросам исполнения требований приговора». Объяснение имеет установленную форму, где осуждённый предупреждается об ответственности за ложные показания. В «докладной» такого предупреждения нет, пиши безответственно что душе угодно. Ряд свидетелей в суде показали, что «докладные» - незаконны, ибо не предусмотрены ни одним законом России.

Статья 50 Конституции России гласит: «При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона». (ч.2).

Статья 75 Уголовно-процессуального кодекса РФ указывает: «Доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми». Такие доказательства «не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств» (ч.1).

Я в суде заявлял ходатайство о невозможности использования «докладных» по описанным, а также ещё ряду других обстоятельств. Судья ИЛЬЮТИК Д.А. и прокурор ЧЕРНАВСКИХ И.А. не опровергли моих доводов, но исключить «докладные» из числа доказательств отказались, никак не мотивировав свой отказ. При этом судья в нарушение ст. 15 УПК РФ явно выступал на стороне обвинения!?

И вот судья Тагилстроевского районного суда города Нижнего Тагила ИЛЬЮТИК Д.А., 9 марта 2007 года, отказав в вызове и допросе даже прямых свидетелей (МОЛОКОВА Вячеслава, КОРАБАЕВА Сергея и др.), безмотивно опровергая показания массы других свидетелей, в том числе участников событий, на основании ложных доносов в виде «докладных» тех осуждённых – «тяжелостатейников», которых со мной и близко не было при вменяемых обстоятельствах, в нарушение не только ст. 75 УПК РФ и других норм Федеральных законов, но и ч.2 ст. 50 Конституции России отказал мне в удовлетворении жалоб на незаконность наложения взысканий и удовлетворив ходатайство администрации ИК-13 о замене мне режима колонии-поселения на более строгий – общий. И заключил меня сразу под стражу, даже не вынося, в нарушение ч.2 ст. 256 УПК РФ отдельного постановления. Явно руководствовался не Законом и лозунгом Президента России Путина В.В., а заказом «сверху».

6 июня 2007 года судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда должна поставить точку в этом вопросе и по её решению станет ясно, с кем остальные судьи Свердловской области, с Законом или заказом.

21 мая 2007 года

Ярлыки: ,

Комментарии: 0:

Отправить комментарий

Подпишитесь на каналы Комментарии к сообщению [Atom]

<< Главная страница