Письмо М.И. Трепашкина адвокату Е.Л. Липцер

Уважаемая Елена Львовна! Я сейчс нахожусь в таком физическом и психическом состоянии, а также в таких условиях, что к 4 сентября 2007 года не успеваю написать возражения. Мне нужно еще полторы недели.

Причины:

1) я поздно получил эти возражения - 6 августа с.г.

2) В это время пошёл вал работы по делу об изменении режима:
- 21.07.07 г. истёк срок давности и должны были прекратить производство в части изменения режима и отменить стражу;
- судья категорически не хотел выполнять требования кассационной инстанции и не выполнял их и т.д.
Я написал более 50 жалоб в различные инстанции!

3) Обострение было не только из-за аллергической бронхиальной астмы, но пошло одновременно обострение других болезней.

4) Так как я сижу у окна, мне прострелило что-то под лопаткой с левой стороны, я не мог ни дышать, ни шевельнуться четверо суток, по утрам всячески кувыркался, чтобы встать и т.д. Тюрьма есть тюрьма и это далеко не СИЗО! При этом я один и помочь некому. Больше недели не мог написать ни строчки. Пришлось заниматься по собственной методике лечения и лечиться сразу от всех болезней (Вы же помните, что мне рекомендовали даже здесь еще и операции на ногах). Сейчас я в нормальном состоянии.

5) Из-за того, что я 3 года и более 10 месяцев сижу, ничего не совершив, плюс год воевал с ГВП до ареста, у меня не всё в порядке с нервами. Плюс лекарства "Серецид" и те, что тогда выписывала г-жа Корнева, согласно инструкциям, очень сильно влияют на психику (поэтому и нужен был подбор комплекса). Это как пурген, т.е. знаешь, какие будут последствия, но управлять ими не можешь, как ни старайся. Но и этим я научился управлять. А вот когда беру документы с прокурорской военной фальшивкой, с фабрикациями ФСИН, с бандитски состряпанными военными судами приговором, я писать не могу, ибо часами не могу успокоиться после пережитого, а здесь нет даже элементарного, той же валерьянки. Если бы в этот момент рядом оказался кто-то из числа лепивших дело, я бы ему горло просто перегрыз бы. Можете представить, сколько усилий тратится на управление собой.

6) В камере очень темно (почему я и жмусь к окну, где бывают сквозняки даже в жару). Одно время поставили нормальную лампу (перед проверкой по жалобе), но она быстро перегорела и опять стоит тусклая. Разумеется, естественного освещения в камере, даже в солнечную погоду, только на различение предметов хватает. Темница - она и есть темница.

Но я пишу. Правда, всё изложенное очень замедляет процесс.

Главное. Военная банда ведёт себя слишком нагло и уверенно. Европейский суд для меня - это смысл многих лет жизни. А сил стало для борьбы намного меньше. У меня есть все основания для выигрыша. Но очень нужна помощь в подробном и грамотном оформлении всех обстоятельств! Я нахожусь в затруднительном (по условиям и состоянию) положении. И крахом будет, если я более четырёх лет жизни отсидев в таких условиях (поверьте, я еще не встретил ни одного человека за всё время, кого подвергали бы подобным пыткам и издевательствам!) НИ ЗА ЧТО, не добьюсь отмены незаконного, бандитски придуманного приговора!

Надо продумать все возможные запасные и подстраховочные варианты, надо всё делать с запасом, только бы не проиграть! Это будет величайшая несправедливость!

С уважением,
М.И. Трепашкин.

28 августа 2007 года.