Михаил Иванович Трепашкин - московский адвокат, бывший сотрудник КГБ и ФСБ. Эксперт Общественной Комиссии по расследованию взрывов домов в Москве и Волгодонске и событий в Рязани. Арестован 22 октября 2003 года, накануне заседания суда, где он планировал предъявить факты, которые могли дать основание утверждать о причастности спецслужб к организации взрывов жилых домов в сентябре 1999 года. Предлог для ареста - в его машине был обнаружен пистолет. Сам Трепашкин утверждает, что пистолет был подброшен. После незаконного задержания Трепашкин был помещен в пыточные условия: грязная камера 1,6х2 м, пытки голодом, холодом, лишением сна. 19 мая 2004 г. за незаконное хранение оружия и разглашение гостайны приговорен Московским окружным военным судом к 4 годам колонии-поселения, начиная с 1 декабря 2003 г. 4 ноября 2003 года бывшие политические узники, среди которых Елена Боннэр, Сергей Ковалев и Владимир Буковский, призвали Amnesty International признать Трепашкина политзаключенным.

суббота, 1 сентября 2007 г.

Обращение М.И. Трепашкина к ПАН ГИ МУН

ГЕНЕРАЛЬНОМУ СЕКРЕТАРЮ
ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЁННЫХ НАЦИЙ
г-ну ПАН ГИ МУН

от ТРЕПАШКИНА Михаила Ивановича,
адвоката, незаконно осуждённого
по сфабрикованным обвинениям
и содержащегося в настоящее время
в тюремных условиях
ПФРСИ ФГУ ИК-13 города Нижнего Тагила
(Свердловская область, Урал)


Уважаемый г-н Пан Ги Мун!

Обращаюсь к Вам как руководителю главнейшей в мире организации, определяющей правила отношений между людьми и наблюдающей за порядком человеческого общежития на нашей планете Земля с просьбой о реагировании на грубые нарушения прав человека в России и о помощи в освобождении меня из незаконного заключения, где я удерживаюсь в пыточных условиях уже более 3-х лет 7 месяцев, не совершив никакого преступления.

Я - человек. В соответствии с общепринятыми нормами права я наделён определёнными правами и обязанностями. Не нарушив ни одного обязательства перед людьми, я властями России оказался лишённым почти всех прав, в том числе права на свободу, права на общение с семьёй и маленькими детьми, права на медицинское обслуживание и других прав. Фактически я поставлен вне закона и превращён в бесправное животное. Если бы не внимание общественности Российской Федерации и международных правозащитников, то меня могли лишить и права на жизнь, как это было сделано в Лондоне и Москве с моими друзьями Литвиненко Александром и Политковской Анной.

Причиной преследования меня по политическим мотивам послужило то, что я, являясь адвокатом и защищая с 2001 года интересы потерпевших от подрыва домов в городе Москве (имеются ввиду события 1999 года), заявил о виновности в этом спецслужб России, и высказал мнение об отставке Директора ФСБ РФ Патрушева Н.П., сослуживца и друга нынешнего Президента Российской Федерации Путина В.В.

Моя нынешняя ситуация отличается от положения узников Гуантанамо (о нарушении прав которых очень много говорят) тем, что их задержали в местах боевых действий и длительное время не предъявляют обвинений, а меня, гражданского человека, военные заключили под стражу и осудили по придуманным преступлениям. Приговор военного суда - лишь ширма для прикрытия преступного беззакония.

Чтобы пояснить, в чём суть указанного беззакония, считаю уместным привести один пример, демонстрирующий одно из четырёх деяний, вменённых мне властями России как преступление.

Меня по приговору от 19 мая 2004 года заключили в тюрьму за то, что якобы в августе 2001 года, будучи уже адвокатом, я показал полковнику ФСБ РФ ШЕБАЛИНУ В.В. З(три) документа КГБ СССР, которые не составляли в Советском Союзе никакой государственной тайны (и это установлено судом), не передавались после распада СССР каким-либо российским органам, не имевшим отношения к России. Но, на момент встречи с Шебалиным в августе 2001 года эти сведения якобы стали обрахзовывать государственную тайну России, так как КГБ СССР в насточящее время осуществляет контрразведывательную и оперативно-розыскную деятельность. Это преступная выдумка, так как все в мире знают, что СССР и КГБ СССР не существуют с 1991 года.

В праве на пересмотр дела, гарантированном статьёй 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, статьёй 2 Протокола 7 к Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, мне было отказано.

19 апреля 2007 года на очередной сессии ПАСЕ была принята резолюция с требованием к России о моём немедленном освобождении, однако, власти Российской Федерации выполнить её не стремятся.

Крупнейшая международная правозащитная организация «Международная Амнистия» признала, что я осуждён по политическим мотивам. То же самое было констатировано в ежегодном докладе Госдепартамента США, анализирующим положение с правами человека в мире.

Уважаемый г-н Генеральный секретарь ООН! Я прошу от имени самой влиятельной организации мира обратить внимание на нарушение прав человека в России и потребовать моего освобождения и пересмотра уголовного дела. Прошу при этом учесть, что речь идёт не только о моих правах, но и о правах моих детей, оставшихся дома без средств к существованию (я был единственным кормильцем) и не имеющих возможности встречаться со мной, так как я отправлен в места лишения свободы за 2 200 км от дома и семьи.

Так как моё дело не единственное в России, прошу включить вопрос нарушения прав человека, преследований по политическим мотивам и политических убийств в России в повестку дня на предстоящей сессии ООН в сентябре 2007 года.

С уважением и надеждой на реагирование,

М.И.ТРЕПАШКИН
25 мая 2007 года
камера № 13
ПФРСИ ФГУ ИК № 13
город Нижний Тагил


Первоисточник информации - сайт "Трепашкин говорит"

Ярлыки:

Комментарии: 1:

В 30 октября 2010 г., 15:54 , Anonymous Анонимный сказал(а)...

интересно фамилия Владимера Андреевича случайно не Стрелков,если стрелков привет от его дочи Кожевай Руфины Владимеровны

 

Отправить комментарий

Подпишитесь на каналы Комментарии к сообщению [Atom]

<< Главная страница