Михаил Иванович Трепашкин - московский адвокат, бывший сотрудник КГБ и ФСБ. Эксперт Общественной Комиссии по расследованию взрывов домов в Москве и Волгодонске и событий в Рязани. Арестован 22 октября 2003 года, накануне заседания суда, где он планировал предъявить факты, которые могли дать основание утверждать о причастности спецслужб к организации взрывов жилых домов в сентябре 1999 года. Предлог для ареста - в его машине был обнаружен пистолет. Сам Трепашкин утверждает, что пистолет был подброшен. После незаконного задержания Трепашкин был помещен в пыточные условия: грязная камера 1,6х2 м, пытки голодом, холодом, лишением сна. 19 мая 2004 г. за незаконное хранение оружия и разглашение гостайны приговорен Московским окружным военным судом к 4 годам колонии-поселения, начиная с 1 декабря 2003 г. 4 ноября 2003 года бывшие политические узники, среди которых Елена Боннэр, Сергей Ковалев и Владимир Буковский, призвали Amnesty International признать Трепашкина политзаключенным.

вторник, 2 октября 2007 г.

Жалоба на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела

В Тверской районный суд г.Москвы
От Пономарева Л.А.
Кригера М.А.
Давидиса С.К

Жалоба
В порядке ст.125 УПК РФ на постановление дознавателя 3 отдела Управления по организации дознания ГУВД по г. Москве лейтенанта милиции Р.С. Пелипенко об отказе в возбуждении уголовного дела.

… 2007 года мы обратились к Генеральному Прокурору РФ с заявлением о преступлении, предусмотренном ч.ч. 2 и 3 ст 129 УК РФ, совершенном по нашему мнению, депутатом ГД РФ С.Абельцевым и лицами, распространившими клеветническое заявление С.Абельцева о М.И. Трепашкине в СМИ и сети Интернет. Текст заявления прилагается.

Для решения вопроса о возбуждении уголовного дела наше заявление было направлено в 3 отдел Управления по организации дознания ГУВД по г. Москве. 03.08 с.г. дознавателем этого отдела лейтенантом милиции Р.С. Пелипенко был опрошены заявители М.Кригер и С.Давидис.

13 августа 2007 г. Дознавателем Р.С.Пелипенко было принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по нашему заявлению (далее Постановление).

Полагаем, что данное решение не основано на нормах УК и УПК РФ.

Клевета, предусмотренная ч.ч.2 и 3 ст. 129 УК РФ, по нашему мнению, изложенному в заявлении и в ходе опроса указанным дознавателем, содержалась в следующих фразах С.Абельцева, опубликованных в материале газеты «Аргументы и факты» и его перепечатке в сети Интернет:: "предавший все принципы и понятия русского офицера" и "за деньги он продал секретную информацию и был за это наказан", так как данные утверждения являются заведомо ложными и порочат честь и достоинство М.И.Трепашкина.

В тексте Постановления содержится указание на то, что С.Абельцев подтвердил в ходе опроса факт распространения им указанных сведений. В то же время, в Постановлении содержится утверждение о том, что: «По прошествии определенных событий и мероприятий, а именно, участия Трепашкина М.И. в конференции с участием Березовского Б.А. в его пользу, а также копирование и распространение секретных документов и сведений, дают основание полагать, что всё это делалось Трепашкиным М.И. не бескорыстно. В связи с этим Абельцев С.Н. считает, что информация, данная им в интервью, полностью соответствует действительности. Цели распространить заведомо ложные сведения у Абельцева С.Н. не было».

Из данного заявления С.Абельцева можно заключить, что ему было известно о том, в каких действиях М.Трепашкин были признан виновным согласно приговору Московского окружного военного суда от 19.05.2006 г.. Не совсем корректно С.Абельцев формулирует эти действия, как «копирование и распространение секретных документов и сведений», ссылаясь на это обстоятельство, как на известный ему факт. Этот факт, а так же «участие Трепашкина М.И. в конференции с участием Березовского Б.А.», которое С.Абельцев, согласно его заявлению, также считает фактом, дают С.Абельцеву, также согласно его заявлению, основание для спекулятивных умозаключений. Как утверждает С.Абельцев, они дают ему «основание полагать, что всё это делалось Трепашкиным М.И. не бескорыстно». Таким образом, сам С.Абельцев разделяет некие сведения, которые считает фактами и свои умозаключения. Таким образом, сам С.Абельцев фактически признает, что ему известно, что вопреки его заявлению в газете «Аргументы и факты», М.И.Трепашкин не был признан судом виновным в «продаже за деньги секретной информации» и наказан был не за это.

Будучи депутатом Государственной Думы РФ и доктором юридических наук, С.Абельцев не мог не знать, что виновным в совершении преступления, «продаже за деньги секретной информации» любого человека может признать только суд и что поскольку, как ему было известно, суд виновным в этом преступлении М.И.Трепашкина не признавал, его высказывание является заведомо ложным. Более того, пытаясь оправдать свое преступное поведение, С.Абельцев ссылается на участие М.И.Трепашкина в некоей конференции «с участием Березовского Б.А.», что нельзя охарактеризовать иначе, чем поговоркой «в огороде бузина, а в Киеве дядька». Независимо от того, верно ли данное утверждение, оно не имеет никакого отношения ни к вопросу о бескорыстии или, наоборот, корыстности действий М.И.Трепашкина, ни тем более к ложному утверждению С.Абельцева о конкретном факте: «за деньги он продал секретную информацию и был за это наказан». Как известно Президент РФ В.В.Путин неоднократно принимал в 90-е годы участие в различных мероприятиях «с участием Березовского Б.А.», что, однако, почему-то не вызывает у С.Абельцева аналогичной реакции.

Оправдываясь, С.Абельцев, смягчает свою позицию, заявляет, что факты, которые он считает имевшими место («копирование и распространение секретных документов и сведений» и «участие Трепашкина М.И. в конференции с участием Березовского Б.А.») «дают основание полагать, что всё это делалось Трепашкиным М.И. не бескорыстно». Последнее утверждение, несмотря на свой ложный характер в существенной степени является оценочным суждением, тогда как заявление, сделанное С.Абельцевым в материале газеты «Аргументы и факты», содержит бесспорное утверждение о факте, совершении М.И.Трепашкиным преступления, виновным в котором судом последний признан не был.

Таким образом, дознаватель Р.С.Пелипенко неверно применил нормы ст.129 УК РФ. Это также вытекает и из того, что безнаказанность распространения ложных и порочащих другое лицо сведений даже в случае убежденности распространяющего такие сведения в их истинности, не носит абсолютного характера. В самом деле, искренняя убежденность лица в том, например, что «все крупные состояния нажиты преступным путем» вряд ли будет сочтена судом достаточной для его оправдания по ст.129 УК РФ, если это лицо станет в СМИ на основании своего убеждения называть конкретных обладателей крупных состояний, к примеру М.Фридмана или Р.Абрамовича, ворами и мошенниками.

Дознаватель, пришедший к выводу о том, что С.Абельцев искренне убежден в том, что «офицер ФСБ осуществивший действия, за которые был осужден Трепашкин М.И., не может быть честным и бескорыстным человеком», неправомерно основывает на этом своем выводе решение о отсутствии в действиях Абельцева признаков преступления, поскольку клеветническим является ложное утверждение Абельцева о совершении М.И.Трепашкиным конкретных преступных деяний, а не мнение Абельцева о моральных характеристиках М.И.Трепашкина.

Также безосновательно не нашел признаков состава преступления дознаватель Р.С.Пелипенко и в другом заявлении С.Абельцева, характеризующего М.И.Трепашкина, как "предавшего все принципы и понятия русского офицера".

Принципы и понятия русского (российского) офицера не сформулированы в специальных официальных актах, однако, и здравый смысл и анализ как дореволюционной литературы по этому поводу, так и имеющихся актов силовых ведомств, таких как «Кодекс чести таможенника Российской Федерации», «Кодекс чести сотрудника органов внутренних дел», говорит, что принципы и понятия российского офицера разнообразны и касаются многих сторон поведения офицера. По этой причине трудно представить офицера, нарушившего «все принципы и понятия российского офицера». Этого не может не понимать и бывший офицер ФСБ, доктор юридических наук, депутат С.Абельцев. Таким образом и это его заявление является заведомо ложным. Неслучайно, оправдываясь, Абельцев не указал ни на один принцип, ни на одно понятие русского офицера, нарушенное М.И.Трепашкиным.

Важнейшие принципы и понятия российского офицера содержатся в Военной Присяге, предусмотренной ст.40 Закона РФ «О воинской обязанности и военной службе» . В частности, текст присяги содержит обязательство «мужественно защищать свободу, независимость и конституционный строй России, народ и Отечество». Этим важнейшим принципам и понятиям М.И.Трепашкин всегда был верен.

Дознаватель Р.С. Пелипенко уклонился от рассмотрения этого эпизода преступной деятельности С.Абельцева, не попытавшись выяснить, в нарушении каких именно принципов и понятий русского офицера последний обвиняет М.И.Трепашкина.

На основании вышеизложенного просим отменить вышеуказанное Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 13 августа 2007 г., принятое дознавателем 3 отдела Управления по организации дознания ГУВД по г. Москве лейтенанта милиции Р.С. Пелипенко.


Руководитель ООД "За права человека" Л. А. Пономарев
Координатор Общественного комитета в защиту М. Трепашкина М. А. Кригер
Член комитета С. К. Давидис

Ярлыки:

Комментарии: 0:

Отправить комментарий

Подпишитесь на каналы Комментарии к сообщению [Atom]

<< Главная страница