Михаил Иванович Трепашкин - московский адвокат, бывший сотрудник КГБ и ФСБ. Эксперт Общественной Комиссии по расследованию взрывов домов в Москве и Волгодонске и событий в Рязани. Арестован 22 октября 2003 года, накануне заседания суда, где он планировал предъявить факты, которые могли дать основание утверждать о причастности спецслужб к организации взрывов жилых домов в сентябре 1999 года. Предлог для ареста - в его машине был обнаружен пистолет. Сам Трепашкин утверждает, что пистолет был подброшен. После незаконного задержания Трепашкин был помещен в пыточные условия: грязная камера 1,6х2 м, пытки голодом, холодом, лишением сна. 19 мая 2004 г. за незаконное хранение оружия и разглашение гостайны приговорен Московским окружным военным судом к 4 годам колонии-поселения, начиная с 1 декабря 2003 г. 4 ноября 2003 года бывшие политические узники, среди которых Елена Боннэр, Сергей Ковалев и Владимир Буковский, призвали Amnesty International признать Трепашкина политзаключенным.

10 Октябрь 2007 г.

Кто такой Михаил Трепашкин, и за что власти преследуют бывшего следователя ФСБ

Михаил Иванович Трепашкин родился и вырос в Белоруссии. Обычная сельская школа, затем три года службы на атомной подводной лодке в Заполярье в должности гидроакустика, позже учеба в Высшей школе КГБ СССР на следственном факультете со специализацией по борьбе с организованной преступностью.

Свою работу в органах госбезопасности М. Трепашкин начал в 1984 г. в Следственном отделе КГБ СССР (Лефортово), расследуя уголовные дела крупных групп международных контрабандистов, вывозивших за пределы страны произведения искусства (иконы, картины, антиквариат).

В апреле 1994 г., в результате оперативно-розыскных мероприятий сотрудников ФСК РФ под руководством М. Трепашкина была обезврежена группа террористов, совершавшая взрывы на юге России и в Баку, в большом количестве была изъята взрывчатка. Почти все участники преступной группы оказались сотрудниками силовых ведомств, в частности ГУНБ Армении и ФСК РФ. За раскрытие этого дела Михаил Трепашкин досрочно получил звание «подполковник юстиции».

Массовые террористические акции в Москве, запланированные на конец 1995 г. – начало 1996 г. были предотвращены в результате совместной операции РУОПа, ФСК РФ и сотрудников спецподразделения «Вымпел» в 1995 г.

Организованные преступные группировки собирались использовать для совершения терактов хранящиеся на складах Подмосковья гранатометы, огнеметы, тротил и пластид. Все это оружие, уничтоженное согласно документам Генштаба Министерства обороны, на самом деле было продано чеченским боевикам.

За эту и другие операции М. Трепашкин был награжден медалями «За отличие в воинской службе 1 степени» и «За отвагу».

1 декабря 1995 г. в московском банке «Сольди» при попытке вымогательства денег для финансирования чеченских боевиков были задержаны не только полевые командиры Салмана Радуева, но и их сообщники из Генштаба Министерства обороны (в том числе начальник отдела Генштаба полковник Голубовский), Министерства внутренних дел, а также сотрудники других силовых структур. Начальник РУОПа В.Б.Рушайло, подчиненные которого также принимали участие в этой операции, направил письмо в ФСБ РФ с просьбой о награждении М.Трепашкина за успешно проведенную агентурно-оперативную комбинацию.

Однако начальник УСБ ФСБ Н.П.Патрушев обвинил М.И.Трепашкина и его коллег в «злоупотреблении служебным положением и срыве операции». Показательно, что все задержанные налетчики вскоре были выпущены, а их признательные показания уничтожены.

Офицеры ФСБ, уверенные в своей правоте, обратились с иском в суд по поводу неправомерности обвинения, и военный суд Московского гарнизона признал несправедливость наказания чекистов.

Во второй половине 90-х годов кадровый состав ФСБ РФ существенно изменился. Опытные профессионалы вытеснялись номенклатурными чиновниками, руководящие должности покупались членами преступных группировок.

Как честный и принципиальный офицер М. Трепашкин направлял докладные и рапорты своему руководству об этих негативных фактах в организации, службе в которой он отдал почти 20 лет жизни. В частности, в письме к Президенту Б.Н.Ельцину от 5 мая 1997 г. он сообщал, что организованные преступные группировки «перешли на путь делегирования своих членов в ряды ФСБ РФ».

Не один Михаил Трепашкин бил тревогу из-за противозаконных действий в стенах ФСБ РФ. Полковником Александром Литвиненко были представлены схема и докладные главе ФСБ о том, каким образом различные подразделения ФСБ контролируются преступными группировками. Однако никакой реакции со стороны тогдашнего директора ФСБ В.В.Путина на это не последовало.

Несмотря на безупречный послужной список, успешные расследования многочисленных уголовных дел, предотвращенные террористические акты, освобождение заложников, М. Трепашкин стал неугоден некоторым руководителям ФСБ, поскольку он не стал скрывать от общества выявленные им факты финансирования чиновниками Генштаба чеченских боевиков, а также преступного бизнеса на том, чем распоряжались силовики – на оружии.

М.И. Трепашкин давал многочисленные интервью СМИ, пытаясь привлечь внимание общества к опасным тенденциям в главном силовом ведомстве страны. В итоге за ним была установлена слежка, в его адрес поступали угрозы, на него организовывались покушения.

12 мая 1997 г. М.И. Трепашкин был уволен из ФСБ с формулировкой в приказе: «в связи с организационно-штатными изменениями».

После увольнения М. Трепашкин возглавил следственный отдел Управления Федеральной службы налоговой полиции России по Московской области.

17 ноября 1998 г. в Москве в Интерфаксе состоялась знаменитая пресс-конференция Александра Литвиненко, Виктора Шебалина и других сотрудников Управления по разработке и пресечению деятельности преступных организаций (УРПО), а также - в качестве объекта устранения - Михаила Трепашкина.

Участники пресс-конференции сообщили журналистам, что получили от своих непосредственных начальников устный приказ убить заместителя секретаря Совета Безопасности Бориса Березовского и ветерана военной службы, пенсионера ФСБ РФ М. Трепашкина, а также похитить с целью выкупа брата известного предпринимателя Умара Джабраилова.

Все участники пресс-конференции вскоре были уволены, а Александр Литвиненко через несколько лет был убит.

Летом 2002 г. депутат Государственной Думы Сергей Юшенков пригласил М. Трепашкина принять участие в работе Общественной комиссии по расследованию взрывов жилых домов в 1999 г. в качестве адвоката сестер Морозовых, пострадавших в результате теракта. Как только М. Трепашкин стал заниматься расследованием взрывов, на него было заведено уголовное дело по разглашению секретных сведении, в его квартире был произведен обыск..

Однако после убийства 17 апреля 2003 г. Сергея Юшенкова и, предположительно, отравления 3 июля того же года члена комиссии Юрия Щекочихина, деятельность комиссии была временно приостановлена.

За несколько дней до суда над выходцами из Карачаево-Черкессии Юсуфом Крымшамхаловым и Адамом Деккушевым, доставлявшими взрывчатые вещества в подвалы жилых домов в Москве, на котором М.Трепашкин собирался представить следствию факты, указывающие на причастность ФСБ к организации взрывов, в его автомобиль был открыто подброшен пистолет, и М. Трепашкин был арестован.

В связи с этим напрашивается вопрос: почему Михаил Трепашкин был столь поспешно отстранен от участия в процессе по взрывам? Сам адвокат объясняет это тем, что сценарии предотвращенных терактов в 1995 г. и терактов 1999 г. во многом тождественны, и в их подготовке участвовали одни и те лица. И цели преследовались аналогичные: инициация военных действий в Чечне.

22 октября будет ровно четыре года, как М.И. Трепашкин находится в заключении по сфабрикованному обвинению в разглашении гостайны. Приговор Московского окружного военного суда (Трепашкин не был военнослужащим и им не должен был заниматься военный суд) основан на показаниях одного человека - Виктора Шебалина, участника пресс-конференции в Интерфаксе в 1998 г. Причиной беззаконного приговора, по словам М. Трепашкина, является то, что в 90-е годы ФСБ взяла под контроль суды и прокуратуру.

В нарушение ст.73 УИК РФ М. Трепашкин отбывает наказание за 2200 км от дома, что также является нарушением прав его малолетних детей.

М. Трепашкин, страдая бронхиальной астмой IV степени, лишен необходимой медицинской помощи и лекарств. Прокуратура Свердловской области отказывает ему в госпитализации. При этом ею делаются неофициальные ссылки на московский источник этих указаний.

Колония, в которой находится М. Трепашкин, располагается рядом с химическим комбинатом, литейным производством, а также производствами ферро-титана и ферро-алюминия, то есть в экологически неблагополучном месте.

С 9 марта по 27 сентября этого года М. Трепашкин содержался под стражей без постановления суда о заключении его под стражу. В нарушение норм международного права по условиям содержания в заключении бывший адвокат М. Трепашкин более полугода находился в одиночной камере, несмотря на то, что в соответствии с приговором суда ему определен режим колонии-поселения. Кроме того, по словам адвоката М.Трепашкина Л.Б.Косик, он «содержится в условиях сверхизоляции, все прилегающие камеры пусты, в них никто не помещается». Сенсорная депривация - то есть лишение человека сенсорных впечатлений – используется против М. Трепашкина как средство психологического давления.

27 марта 2006 г. Международная Амнистия признала М. Трепашкина преследуемым по политическим мотивам. Резолюция ПАСЕ № 1551 и Рекомендация ПАСЕ № 1792 с просьбой «незамедлительно освободить М. Трепашкина» игнорируются российскими властями, поскольку они носят рекомендательный характер.

19 июля 2007 г. Страсбургский суд удовлетворил жалобу М. Трепашкина, поданную в ЕСПЧ по поводу условий содержания в СИЗО г. Дмитрова и обязал Россию выплатить адвокату компенсацию за причиненный ущерб. Еще две жалобы М. Трепашкина в Европейский суд по правам человека ждут своей очереди.

Наша страна вновь переживает тяжелые времена. Население России сокращается на 1 млн. человек в год. Выборы всех уровней превратились в пустую формальность. Практически во всех средствах массовой информации установилась цензура, а в тюрьмах томятся политические заключенные. Захват политической власти тайной полицией, объединившейся с организованной преступностью, представляет опасность не только для нашей страны, но несет угрозу всему человечеству.

Только мы, живущие в России, несем ответственность за то, каким путем пойдет наша Родина. И мы должны сделать все от нас зависящее, чтобы за слова правды такие люди, как Михаил Трепашкин, не заключались в тюрьму.


Татьяна МОНАХОВА
9 октября 2007 г.

Ярлыки: