Соображения по поводу обвинения Павла Рягузова

"СОТРУДНИКИ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНЫХ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ ФСБ РФ НЕРЕДКО ОКАЗЫВАЛИ ПОМОЩЬ УБИЙЦАМ В ВЫСЛЕЖИВАНИИ СВОИХ ЖЕРТВ"

Я не могу утверждать о виновности или невиновности в совершении каких-либо преступлений сотрудника оперативно-поискового подразделения (наружное наблюдение или наружная разведка) ФСБ РФ подполковника Рягузова. Однако хотелось бы заметить, что сотрудники этих подразделений нередко фигурировали, ещё в период моей службы в Управлении собственной безопасности ФСБ РФ, по оперативным делам в качестве пособников организованных преступных группировок г. Москвы, за деньги отслеживая бизнесменов (их места пребывания, адреса проживания, связи, наличие компромата и т.д.) и других жертв. Тем не менее, начальник УСБ ФСБ РФ Патрушев Н.П. и бывший в то время Директором ФСБ РФ Ковалёв Н.Д. (ныне депутат Госдумы РФ) скрывали такие факты, ибо за этими деяниями нередко стояли либо разбои и убийства отслеживаемых предпринимателей, либо вымогательства. А руководители не желали, чтобы на руководимом ими ведомстве были "пятна".

Если кто-то обратит внимание на мой приговор от 19 мая 2004 года, то там фигурируют четыре сводки прослушивания телефонных переговоров и заготовка справки по делу оперативного розыска (ДОР) "Братаны", которые следователю Главной военной прокуратуры принёс полковник ФСБ РФ Шебалин В.В. и заявил, что эти пять документов я, как адвокат, передал ему на хранение (в действительности они были в архиве УСБ ФСБ РФ).

Так вот, в этих сводках и справке речь как раз и шла речь о том, что сотрудники ОПУ ФСБ РФ С. (действующий) и А. (уволенный) помогали членам "Гольяновской организованной преступной группировки" (ОПГ) следить за бизнесменами, собирать на них компрометирующие материалы и т.д. А за эти услуги они получали дополнительную (кроме платы за службу в ФСБ РФ) плату из расчета 100 долларов за час слежки. Из содержания телефонных переговоров между членами ОПГ и сотрудником ФСБ С. видно, что начальники ФСБ РФ знали о "подработках" своих подчинённых, но молчали, так как сами получали часть заработанных таким путём денег.

По причине того, что сотрудники ОПУ ФСБ РФ С. и А. были замешаны в ряде других тяжких преступлений, в том числе причастны к ряду убийств, совершённых членами "Гольяновской ОПГ", хранили оружие для убийства, я, совместно с сотрудниками 4-го отдела РУОПа, намеревался захватить их с поличным, когда они, пользуясь служебными удостоверениями, привезут оружие на очередную бандитскую разборку. Однако когда я доложил об этом руководству УСБ, то у меня забрали материалы, уволили действующего сотрудника С. (сорвав планируемую операцию по взятию с поличным), после чего вернули мне дело ДОР "Братаны" - с пометкой "В акт", для уничтожения. Я подготовил все необходимые документы, но уничтожать материалы не стал: это явное сокрытие доказательств по тяжким и особо тяжким преступлениям. Я передал всё в секретариат и УРГУ УСБ ФСБ РФ, чтобы они решали, что делать с материалами. Они их тоже не рискнули уничтожить, и материалы лежали в архиве без движения с февраля 1996 года до декабря 2002 года.

Когда я в конце августа - начале сентября 2002 года предупреждал о готовящейся в Москве террористической акции, я сослался на указанное ДОР "Братаны", что там также имеется материал о вооружённом чеченце, действующем в Москве. После "Норд-Оста", когда я зашумел по поводу того, что моя информация не стала руководством к действию, и в результате - 129 трупов, из ДОР "Братаны" были изъяты пять упомянутых ранее документов; они были переданы Шебалину, который отнёс их в Главную военную прокуратуру и передал с заявлением, что получил их от меня на хранение в феврале 2002 года (!?). Хотя по документам видно, что они - из архива. После этого оперработники ФСБ РФ, вызванные в качестве "экспертов", признали их содержащими государственную тайну России, и я сижу за это в тюрьме.

Даже если и следовать логике ФСБ и ГВП, то получится, что Шебалин передал от меня документы о сокрытии руководителями ФСБ РФ тяжких и особо тяжких преступлений, к которым были причастны сотрудники ОПУ ФСБ РФ, совершившие деяния, подобные тем, в которых сейчас Генпрокуратура РФ обвиняет Павла Рягузова в деле об убийстве А.С. Политковской. Почему же вместо этих сотрудников, вместо руководителей ФСБ, скрывших преступление, в тюрьме сижу я? И почему гостайной России объявили сведения об убийствах людей и других преступлениях, которые, в соответствии с Законом РФ "О государственной тайне" не подлежат засекречиванию под угрозой уголовной ответственности за необоснованное засекречивание?

Если бы в своё время руководители ФСБ и ГВП дали ход делам о пособничестве сотрудников ОПУ ФСБ РФ в убийствах, возможно, и не возникло бы такой ситуации, как с подполковником П. Рягузовым. А если он действительно виновен, то можно было и предотвратить убийство Политковской, если бы было своевременно возбуждено уголовное дело по незаконным действиям сотрудников ОПУ ФСБ РФ, исполняющих преступные заказы за деньги.

И получается, что я сижу в тюрьме за попытки предупредить и пресечь преступления, а те, кто всячески способствовал их совершению, выступают обвинителями. Как в "стране чудес" - всё наоборот!

М.И. Трепашкин

25 сентября 2007 года.

«Майора из СИЗО-1 гор.Екатеринбурга наказали за незаконное использование наручников»

В июле 2007 года я писал о множестве нарушений норм права и моих прав как человека в период пребывания в СИЗО-1 гор.Екатеринбурга. И тогда же я обращал внимание правозащитников, что от всего могут отписаться, за исключением применения наручников. Так оно и получилось.

Помещение в камеру-одиночку для смертников (теперь это «ПЖ» - приговоренные к пожизненному заключению) сотрудники СИЗО объяснили необходимостью личной безопасности (от самого себя?). А вот применение ко мне наручников при самом малейшем передвижении вне запертой камеры объяснить не смогли.

В адрес председателя совета координаторов, координатора ООД «За права человека» по УрФО В.А.Шаклеина пришло письмо от уполномоченного по правам человека в Свердловской области за подписью руководителя аппарата Гоголева В.Е. (исполнитель Савельева В.И., т.217-88-79) за № 07-13/1440 от 18.09.2007 года, где указано, что на запрос уполномоченного по правам человека пришел ответ от начальника ФГУ ИЗ-66/1 С.П.Богинича, из которого следует:

По факту незаконного применения специального средства «наручники», назначена и проведена проверка, для установления виновных лиц. В ходе проверки установлено, что с нарушением ст.45 ФЗ «О содержании под стражей…» вывод из камеры осужденного Трепашкина М.И. на прогулку осуществлял майор внутренней службы Красновид И.Н., начальник отдельного корпусного блока. За нарушение ФЗ майор внутреннй службы Красновид И.Н. привлечен к дисциплинарной ответственности правами начальника учреждения.

Такова дословная цитата. Кстати, начальник СИЗО-1 Богинич С.П. и копию своего приказа от 19 июля 2007 года к ответу приложил - «О снижении процентной надбавки к заработной плате майора внутренней службы И.Н.Красновида по факту незаконного применения специального средства «наручники» к осужденному Трепашкину М.И.».

Письма из аппарата уполномоченного по правам человека в Свердловской области и начальника СИЗО-1 города Екатеринбурга (ФГУ ИЗ-66/1) С.П.Богинича опровергают заявление ФСИН России в СМИ в июле 2007 года о том, что не правы защитники, утверждая, что в СИЗО-1 гор.Екатеринбурга «ущемляются права осужденного Трепашкина». Якобы проверкой нарушений не выявлено.

Хотелось бы акцентировать внимание правозащитников еще на одном факте. В июне-июле 2007 года я описывал о нарушениях моих прав на прогулку, а также описывал, что так называемые «прогулочные дворики» для спецпоста № 38 (подвал), где меня содержали в камере-одиночке № 5, - маленькие и грязные. Вот что ответил по этому поводу С.П.Богинич (цитирую):

…так как Трепашкин М.И. содержался на одиночном содержании он выводился на прогулку в прогулочный дворик площадью 4 кв.м.

Чтобы представить, как можно осущствлять прогулку на таком «огромном» прогулочном дворике, сравните его с метражем хотя бы кухни в доме «хрущевки».

А на лживые заявления ФСИН России в СМИ пора подавать в суд. Сколько можно им клеветать и дурить людей?

М.И. Трепашкин
29 сентября 2007 года.

Анонс: пикет в защиту М.И. Трепашкина

Прекратить преследования политзаключенного Михаила Трепашкина!

2 октября (вторник) с 18 до 20 часов в Москве около Соловецкого камня пройдет пикет с целью протеста против преследования властями политзаключенного Михаила Трепашкина.

Бывший подполковник ФСБ Михаил Иванович Трепашкин, осужденный за разглашение гостайны, уже четыре года находится в пыточных условиях в колонии г. Нижний Тагил. Истинная причина преследований властями М. Трепашкина - его борьба с коррупцией в стенах ФСБ в 90-е годы, разоблачение преступного бизнеса чиновников силовых ведомств (ФСБ, МВД, Минобороны), обвинения в причастности ФСБ к организации взрывов жилых домов в 1999 году по политическим мотивам.

Одной из главных тем пикета будет обвинение Уполномоченного по правам человека в РФ В.П.Лукина в формальном отношении к своим обязанностям. Будут приведены многочисленные факты невыполнения им обещаний по делу М. Трепашкина. Организаторы акции потребуют от властей освобождения М.И. Трепашкина, его полной реабилитации и наказания людей, виновных в его осуждении. На пикете будут распространяться копии статей о Михаиле Трепашкине, опубликованные в газетах в относительно свободные 90-е годы, а также диски с фильмами «Недоверие» и «Покушение на Россию» о взрывах домов в России в 1999 году.

Организаторы акции: Общественный комитет в защиту Михаила Трепашкина, Антивоенный клуб.

Дополнительная информация по телефону: 368-41-65

Встреча с М.И. Трепашкиным 28 сентября

28 сентября состоялась встреча с Михаилом Трепашкиным в СИЗО-1 гор. Екатеринбурга. 27 сентября Трепашкин был этапирован из ИК-13 гор. Нижнего Тагила и документы о его прибытии еще не были полностью оформлены. По указанной причине, не приняли вчера продовольственную передачу от Глеба Эделева, который много часов пытался вручить её через администрацию. У меня практически не было проблем со встречей, в отличие от прошлых свиданий (полагаю, что активные демарши
администрации не в удовольствие). Только попросили написать М. Трепашкина новое заявление о встречах.

Сам Михаил откровенно признался, что чувствует себя неважно после многочасового переезда. Длительные остановки при пересадках с транспорта на транспорт (автомашина-столыпинский вагон-автомашина-пересчеты в СИЗО, обыски и прочее) здорового человека выводят из равновесия, что говорить о больных. А у Трепашкина, в добавок ко всем болячкам, еще и аллергия на служебных овчарок - были трудности с восстановлением дыхания. Поместили его на сей раз в двухместную камеру
№419 - из которой он выехал в прошлый раз. Сокамерник сказал, что до его приезда - 2 недели назад - проводили ремонт: штукатурили, красили, делали прочие "обновления". Я передал Трепашкину новости интернета, в том числе и вопросы Веры Васильевой для интервью. Михаил Иванович был рад новостям, он попытается ответить на вопросы к понедельнику, когда к нему приедет Л.Б. Косик. Моя новая встреча состоится 8 сентября, за 2 дня до судебного заседания.

Из моих новостей Трепашкин был рад информации о проведенном пикете у здания областной прокуратуры накануне, 27 сентября. На пикете, посвященном протестам против произвола администрации ГУФСИН, бездействия прокуратуры в отношении преступных деяний над находящимися в местах заключения (появился новый труп осужденного,вновь открыли изолятор ПФРСИ-"фабрику пыток" в ИК-2, содержание в одиночных тюремных камерах - М. Трепашкина, Ю.Журилова и многих других и т.д.). Естественно Были плакаты за свободу М. Трепашкина и против пыток обвиняемых и осужденных. Трепашкин также выразил благодарность всем, кто поддерживает его и других, незаконно пострадавших.

Договорились, что 10 октября будет организован новый пикет в его защиту, будут продолжены и другие правозащитные действия, в том числе за освобождение из одиночек (мы оба считаем, что они должны быть "вне закона"). Также необходимо (с помощью экспертизы НЭПС и др. компетентных организаций) установить, что, по закону, его должны освободить 30 ноября, а не 18 декабря, как того хочет администрация. Помимо этого, требуется ряд сведений о судебных постановлениях и решениях в его защиту. Большое внимание уделяется защите в международных организациях. Расстались, как всегда, с добрыми пожеланиями и с настроением действовать, всеми законными способами.

Шаклеин Владимир Андреевич,
Межрегиональный центр прав человека -
Уральское отделение ООД "За права человека".

Слушания по делу Трепашкина назначены на 10 октября

КАВКАЗСКИЙ УЗЕЛ | Новости:

Свердловский областной суд назначил рассмотрение кассационной жалобы экс-офицера ФСБ Михаила Трепашкина на решение об ужесточении ему режима отбытия наказания на 10 октября. Об этом корреспонденту "Кавказского узла" сообщил координатор Общественного комитета в защиту политзаключённого Михаила Трепашкина Михаил Кригер.

Ранее слушания назначались на 5 сентября, но они не состоялись, т. к. в исправительную колонию № 13 Нижнего Тагила, где Трепашкин отбывает четырёхлетний срок, не поступили документы об этапировании его в областной суд в Екатеринбург. Провести процесс в отсутствие осуждённого суд не смог, так как Трепашкин воспользовался своим правом и потребовал рассмотрения кассационной жалобы в его присутствии.

Напомним, что 16 июля Свердловский облсуд вернул дело об ужесточении режима отбытия наказания Михаилу Трепашкину в Тагилстроевский районный суд Нижнего Тагила.

"Как видно из материалов дела, осужденный Трепашкин в установленный законом срок, 11 марта 2007 года, подал в суд ходатайство об ознакомлении его с протоколом судебного заседания и об изготовлении ему копии этого протокола. 9 апреля 2007 года осужденному была направлена копия протоколов судебных заседаний, состоявшихся по делу, но не всех, а только их части на 29 листах. В своих многочисленных заявлениях Трепашкин просил направить ему копии протоколов судебных заседаний полностью, однако в этом ему было необоснованно, по мнению судебной коллегии, отказано", - говорится в постановлении екатеринбургских судей.

Также Тагилстроевский суд не направил осужденному копии кассационных жалоб его адвокатов, а дело "оформил небрежно". Для устранения этих нарушений закона областной суд и вернул дело в суд первой инстанции.

Как ранее сообщал "Кавказский узел", 9 марта 2007 года Тагилстроевский районный суд Н.Тагила принял решение о переводе Трепашкина за якобы допущенные нарушения режима из колонии-поселения, где он отбывал наказание по приговору суда, в колонию общего режима. Михаил Трепашкин и его адвокаты в кассационном порядке обжаловали это постановление в Свердловский областной суд.

19 июля Европейский суд по правам человека рассмотрел жалобу Михаила Трепашкина на незаконное содержание под стражей и бесчеловечные условия в изоляторе временного содержания г. Дмитрова Московской области, где он находился в конце 2003 года.

Евросуд единогласно признал, что российские власти нарушили статью 3 Европейской конвенции по правам человека (запрет пыток), не обеспечив достойное содержание больного астмой Михаила Трепашкина в период его нахождения с 22 октября до 1 декабря 2003 года в изоляторе временного содержания (ИВС) г. Дмитрова и СИЗО г. Волоколамска Московской области. Суд назначил заявителю компенсацию в размере трёх тысяч евро.

В то же время, суд отказался рассматривать вопрос о незаконности содержания под стражей Трепашкина с 22 октября по 5 ноября 2003 года по ст. 5 Европейской конвенции по правам человека (ЕКПЧ).

Европейский суд посчитал, что не вправе говорить о нарушении Россией ст. 5 ЕКПЧ, т. к. судебная система государства уже признала незаконность ареста заявителя в рассматриваемый период и решением суда г. Дмитрова ему была присуждена компенсация в размере 70 тысяч рублей.

Согласно процедуре выполнения решений Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), российские власти должны не только выплатить компенсацию, но и полностью восставить справедливость в отношении заявителя и обеспечить отсутствие подобных нарушений прав человека в отношении остальных своих подданных. Кроме рассмотренной в Европейском суде находятся еще две жалобы Михаила Трепашкина.

Напомним, 22 июня Михаил Трепашкин был переведен из исправительной колонии в Нижнем Тагиле в СИЗО № 1 г. Екатеринбурга для участия в рассмотрении Свердловским облсудом его кассационной жалобы на решение об ужесточении режима отбытия наказания. Правозащитники считают основания для ужесточения режима сфабрикованными.

Трепашкин был осужден Московским окружным военным судом 19 мая 2004 года за разглашение гостайны. Его приговорили к 4 годам лишения свободы с отбыванием срока в колонии-поселении.

Ранее, 1 июля 2005 года Мособлсуд отменил обвинительный приговор Михаилу Трепашкину по другому уголовному делу - о незаконном хранении и перевозке оружия. По этому делу он был арестован 22 октября 2003 года, после того, как в его машине был обнаружен пистолет. Трепашкин утверждал, что оружие было подброшено.

Сам Михаил Трепашкин заявил о своем заключении корреспонденту "Кавказского узла": "Мое глубокое мнение, что это, прежде всего, - месть за то, что выступал против нынешнего руководства ФСБ Патрушева. Я считаю, что это тот человек, который не способен обеспечить безопасность граждан нашего государства. Это человек, который по своим нравственным аспектам, если его попросят что-то страшное совершить, он и страшное совершит".

Напомним, что после ухода из органов безопасности Трепашкин занялся адвокатской практикой и работой в Общественной комиссии по расследованию терактов в жилых домах в Москве и Волгодонске в 1999 году. В 1998 году Трепашкин вместе с Александром Литвиненко принял участие в пресс-конференции, на которой обвинил ФСБ в коррупции и организации бессудных казней.

Вячеслав ФЕРАПОШКИН

Трепашкин этапирован из колонии в СИЗО Екатеринбурга

КАВКАЗСКИЙ УЗЕЛ | Новости:

Вчера, 27 сентября, осуждённый за разглашение гостайны экс-подполковник ФСБ Михаил Трепашкин был этапирован из исправительной колонии N13 Нижнего Тагила, где он отбывает наказание, в СИЗО-1 Екатеринбурга. Об этом корреспонденту "Кавказского узла" сообщила адвокат осуждённого Любовь Косик.

Перевод Трепашкина в Екатеринбург осуществлён для обеспечения его участия в рассмотрении Свердловским областным судом кассационной жалобы защиты на решение об ужесточении осуждённому режима отбытия наказания. Заседание суда по данному делу назначено на 10 октября.

Ранее слушания назначались на 5 сентября, но они не состоялись, т.к. в ИК-13 не поступили документы об этапировании Михаила Трепашкина в Екатеринбург. Провести процесс в отсутствие осуждённого суд не смог, так как Трепашкин воспользовался своим правом и потребовал рассмотрения кассационной жалобы в его присутствии.

Напомним, что 16 июля Свердловский облсуд вернул дело об ужесточении режима отбытия наказания Михаилу Трепашкину в Тагилстроевский районый суд Нижнего Тагила.

"Как видно из материалов дела, осужденный Трепашкин в установленный законом срок, 11 марта 2007 года, подал в суд ходатайство об ознакомлении его с протоколом судебного заседания и об изготовлении ему копии этого протокола. 9 апреля 2007 года осужденному была направлена копия протоколов судебных заседаний, состоявшихся по делу, но не всех, а только их части на 29 листах. В своих многочисленных заявлениях Трепашкин просил направить ему копии протоколов судебных заседаний полностью, однако в этом ему было необоснованно, по мнению судебной коллегии, отказано", - говорится в постановлении екатеринбургских судей.

Также Тагилстроевский суд не направил осужденному копии кассационных жалоб его адвокатов, а дело "оформил небрежно". Для устранения этих нарушений закона областной суд и вернул дело в суд первой инстанции. В настоящее время нарушения устранены и документы вновь находятся в Свердловском областном суде.

Как ранее сообщал "Кавказский узел", 9 марта 2007 года Тагилстроевский районный суд Н. Тагила принял решение о переводе Трепашкина за якобы допущенные нарушения режима из колонии-поселения, где он отбывал наказание по приговору суда, в колонию общего режима (правда, обе "колонии" находятся в одном месте - всё в той же ИК-13 Нижнего Тагила). Михаил Трепашкин и его адвокаты в кассационном порядке обжаловали это постановление в Свердловский областной суд. Правозащитники, в частности Движение "За права человека", считают основания для ужесточения режима сфабрикованными.

19 июля Европейский суд по правам человека рассмотрел жалобу Михаила Трепашкина на незаконное содержание под стражей и бесчеловечные условия в изоляторе временного содержания г. Дмитрова Московской области, где он находился в конце 2003 года.

Евросуд единогласно признал, что российские власти нарушили статью 3 Европейской конвенции по правам человека (запрет пыток), не обеспечив достойное содержание больного астмой Михаила Трепашкина в период его нахождения с 22 октября до 1 декабря 2003 года в изоляторе временного содержания (ИВС) г. Дмитрова и СИЗО г. Волоколамска Московской области. Суд назначил заявителю компенсацию в размере трёх тысяч евро.

В то же время, суд отказался рассматривать вопрос о незаконности содержания под стражей Трепашкина с 22 октября по 5 ноября 2003 года по ст. 5 Европейской конвенции по правам человека (ЕКПЧ).

Европейский суд посчитал, что не вправе говорить о нарушении Россией ст. 5 ЕКПЧ, т. к. судебная система государства уже признала незаконность ареста заявителя в рассматриваемый период и решением суда г. Дмитрова ему была присуждена компенсация в размере 70 тысяч рублей.

Согласно процедуре выполнения решений Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), российские власти должны не только выплатить компенсацию, но и полностью восставить справедливость в отношении заявителя и обеспечить отсутствие подобных нарушений прав человека в отношении остальных своих подданных. Кроме рассмотренной в Европейском суде находятся еще две жалобы Михаила Трепашкина.

Трепашкин был осужден Московским окружным военным судом 19 мая 2004 года за разглашение гостайны, выразившееся в хранении у себя дома документов с места прежней работы в КГБ, которые суд счёл секретными. Его приговорили к 4 годам лишения свободы с отбыванием срока в колонии-поселении.

Ранее, 1 июля 2005 года? Мособлсуд отменил обвинительный приговор Михаилу Трепашкину по другому уголовному делу - о незаконном хранении и перевозке оружия. По этому делу он был арестован 22 октября 2003 года, после того, как в его машине был обнаружен пистолет. Трепашкин утверждал, что оружие было подброшено.

Сам Михаил Трепашкин заявил о своем заключении корреспонденту "Кавказского узла": "Мое глубокое мнение, что это, прежде всего, - месть за то, что выступал против нынешнего руководства ФСБ Патрушева. Я считаю, что это тот человек, который не способен обеспечить безопасность граждан нашего государства. Это человек, который по своим нравственным аспектам, если его попросят что-то страшное совершить, он и страшное совершит".

Напомним, что после ухода из органов безопасности Трепашкин занялся адвокатской практикой и работой в Общественной комиссии по расследованию терактов в жилых домах в Москве и Волгодонске в 1999 году. В 1998 году Трепашкин вместе с Александром Литвиненко принял участие в пресс-конференции, на которой обвинил ФСБ в коррупции и организации бессудных казней.

Вячеслав ФЕРАПОШКИН

Жалоба на отказ в возбуждении уголовного дела и должностной подлог

Прокурору г. Москвы
Сёмину Ю.Ю.
115184, г. Москва,
ул. Новокузнецкая, д. 27,
от Трепашкина Михаила Ивановича,
1957 года рождения, адвоката,
полковника запаса, ветерана и
пенсионера ФСБ, награждённого
боевыми правительственными
наградами, в частности, медалями
"За отличие в воинской службе
1 степени" и "За отвагу"
в 1995 году, незаконно осуждённого
по сфабрикованным обвинениям
в совершении деяний средней
тфжести - ч.1 ст. 222 и
ч.1 ст. 283 УК РФ к 4 годам колонии-
поселения, отбывающего наказание
в камере №13 ПФРСИ ФГУ ИК-13
г. Нижнего Тагила

ЖАЛОБА

на незаконный отказ в возбуждении
уголовного дела и должностной подлог
(в порядке ст.ст. 123-124 УПК РФ).

19 августа 2007 года в Общероссийское общественное движение "За права человека" поступил ответ ВрИО начальника Управления организации дознания ГУВД г. Москвы (исх. №59/3 11-14 от 13 августа 2007 года) и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам ст. 129 УК РФ (публичная клевета) в отношении депутата Госдумы ФС РФ Абельцева С.Н.

Постановление вынесено по заявлению ООД "За права человека" о совершении Абельцевым С.Н. публичной клеветы с использованием газеты "Аргументы и факты" о том, что якобы я за деньги торговал секретами России, опозорив честь офицера спецслужб.

Считаю данное постановление дознавателя Р.С. Пелипенко незаконным, вынесенным без надлежащей проверки изложенных в заявлении ООД "За права человека" фактов, а также содержащим служебный подлог и направленным на сокрытие преступления, совершённого умышленно Абельцевым С.Н., в частности:

1. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела указывается, что я осуждён якобы за нарушение правил секретности, совершённое из КОРЫСТНЫХ соображений. Я прилагаю выписку из приговора, по которому отбываю наказание, где имеется полный текст моего обвинения.

Обратите внимание: нет там ни корыстных соображений, ни торговли секретами. Нет там никаких правил, которые я якобы нарушил.

Я с мая 1997 года не служу в органах ФСБ РФ. Как я мог в 2001-2002 гг. нарушать правила секретности, если у меня вообще не было работы, связанной с гостайной России?

Указав в постановлении заведомо ложные сведения о корыстных соображениях, дознаватель совершил деяния, подпадающие под признаки состава преступления, предусмотренного ст. 292 УК РФ, чтобы скрыть преступление, умышленно совершённое С.Н. Абельцевым, которому я ещё до его выступления в газете "Аргументы и факты" направлял подробную информацию о своём обвинении и его фабрикации.

2. Я никогда не участвовал ни в одной пресс-конференции "с участием Б.А. Березовского и на его стороне".

Это также клеветнический служебный подлог!

Дознаватель, стремясь увести С.Н. Абельцева от умышленной клеветы, указал заведомую ложь, подтянув данные о пресс-конференции сотрудников УРПО ФСБ РФ в Интерфаксе 17 ноября 1998 года, куда я был приглашён в качестве предполагаемой жертвы их преступлений по указанию руководства. Замечу, что я никого из этих сотрудников ФСБ РФ ранее не знал. И Березовского там не было, они лишь рассказывали, что в списке лиц, которых им поручило "убрать" руководство, были Березовский Б.А., я как начальник следотдела УФСНП РФ по Московской области, а также Джабраилов, которого нужно было похитить для обмена.

Березовского я до этого времени тоже не знал!

Участники пресс-конференции, а это были сотрудники УРПО ФСБ РФ Литвиненко, Шебалин (человек в маске), Понькин, Щеглов и Латышонок (люди в очках) заявили, что лично генерал Макарычев А.К. через начальника отдела Гусака А.И. приказал проломить мне голову, чтобы не судился с руководством ФСБ РФ, и забрать у меня материалы.

Я действительно судился с тремя генералами армии ФСБ РФ: Барсуковым М.И., Ковалёвым Н.Д., Патрушевым Н.П. и суд выиграл. Решение было 1 апреля 1998 года.

Суть суда: В период первой чеченской войны, наряду с боевыми действиями на Кавказе, планировалось осуществить сепаратистами-дудаевцами боевые действия в Москве. Об этом я узнал от своих источников. Совместно с 4-м отделом РУОП (Осипов, Медведев - руководители), которых я взял в помощники, ибо у нас в то время не было предварительного следствия, мы провели ряд оперативных комбинаций и успели изъять ряд складов с оружием. Достаточно сказать, что только на одном из них, на улице Волочаевской в г. Москве были изъяты, помимо взрывчатки и стрелкового оружия, огромнейшее количество огнемётов и гранатомётов ("Муха", "Шмель"), которые лежали словно водопроводные трубы на стройке. Можете представить, какую бойню готовили в Москве. За эти мероприятия и предотвращение терактов я получил медаль "За отвагу". После этого боевики, оставшиеся на свободе, решили закупить у высокопоставленных офицеров Генштаба Минобороны РФ новые партии оружия со складов в городе Электрогорске Московской области. Для этого генштабисты оформили бумаги (кажется, "задним числом"), что склад был ликвидирован за ненадобностью. Чтобы получить деньги, боевики прибыли в КБ "Сольди" (Оружейный пер., г. Москва) и потребовали передать им 1,8 млрд. рублей. 1 декабря 1995 года мы взяли их с поличным. В ходе этой операции (угол. дело по ч.5 ст. 146 УК РСФСР - вымогательство) были задержаны не только 5 полевых командиров из бригады Салмана Радуева ("Абдул", "Иса", "Турпал", "Умар" и "Герой"), но также генерал Генштаба МО РФ Тарасенко, полковник Голубовский из этого же ведомства, чины из МВД и ФСБ РФ, а также начальник службы безопасности казино "Голден Пэлас" и "Кристалл" Карен Азизбекян. Они не стеснялись, рассказывали о своих преступлених, но заявляли, что за ними такие силы, что скоро мы пожалеем о содеянном.

Начальник РУОП Рушайло В.Б. направил письмо о моём награждении за удачно проведённую операцию. Но деньги и генеральская солидарность, чёрный оружейный бизнес заработали и меня отстранили от дела, заявив, что, задерживая чеченских боевиков, я, якобы, злоупотребил своими полномочиями (!?). Вскоре почти все задержанные с помощью Главной военной прокуратуры были отпущены. Мне в частном порядке удалось договориться со следователем об оставлении хотя бы мелких исполнителей (кто бил банкиров, требуя деньги) и одного из полевых командиров Новикова Висрутдина Джунандовича по прозвищу "Герой". За него в декабре 1996 г. из рук Салмана Радуева удалось вернуть 3 бойцов Пензенского ОМОНа, из числа 22-х человек во главе с майором Зотовым, захваченных в плен на границе Чечни и Дагестана 12.12.1996 года. Акт обмена у меня сохранился.

Остальные боевики в результате шума разбежались. "Абдул" с подручными рванул в Турцию. "Иса" - в Литву. Война в Москве не состоялась. Но меня, по инициативе прибывшего из ГПУ Администрации Президента России на должность начальника УСБ ФСБ РФ Патрушева Н.П., наказали. Я должен был уволиться из ФСБ РФ с почестями и льготами в мае 1997 года. После этого я подал в суд, что боевиков отпустили незаконно (фигурировали и большие суммы взяток), а меня за это когда-то наказали необоснованно. 1 апреля 1998 года состоялось решение суда, которым признана моя правота.

Так как в суде я снова поднимал вопрос о продажных генштабистах и возможной войне в Москве, о влиятельных силах, заставивших даже руководителей ФСБ РФ выдавить меня из ФСБ, то на меня было немало покушений. Об одном из них я узнал в Главной военной прокуратуре, где расследовалось, по указанию главы Администрации Президента России, уголовное дело по факту готовившегося покушения на Исполнительного секретаря СНГ Березовского Б.А. Это было в октябре 1998 года. А 17 ноября того же года несостоявшиеся киллеры дали пресс-конференцию в Интерфаксе, куда меня пригласили, чтобы показать, кого и за что им приказано было уничтожить. Вот такое моё участие в пресс-конференции. И не было там никакого Березовского Б.А. И о нём я ничего там не говорил, ибо я его только что узнал как такого же потерпевшего по делу.

Всё, о чём я написал, освещалось в СМИ:

- "Генштаб помогал дудаевской мафии", "Комсомольская правда", 12 мая 1997 года, 1-2 стр., автор Сокирко Виктор Анатольевич;

- "Борца с чеченским бандитизмом заставили уволиться из ФСБ", "Коммерсант", апрель 1998 г., автор Заладинская Екатерина Юрьевна;

- "Приказано молчать", "Литературная Газета", конец ноября - нач. декабря 1998 г., автор Андреев Игорь Алекссевич и др.

Проверкой занимались Катышев и Скуратов, но вскоре и их "ушли"...

К сожалению, новая чеченская война не осталась без последствий для Москвы. А ведь можно было это предотвратить, упредить.

По взрывам домов в сентябре 1999 года я увидел схожую с 1995 годом ситуацию. Более того, появились "знакомые" по старым делам люди.

Я, уже будучи адвокатом, в 2002 году с мая по август получил массу информации о появлении в городе множества вооружёных боевиков в Западном и Юго-Западном округах г. Москвы. Вначале я молчал, будучи наученным горьким опытом. Но в августе 2002 года от адвоката Евстигнеева Александра, знакомого по событиям 1995 года (он бывший сотрудник ОПУ ФСБ РФ), я узнал, что в Москве появился полевой командир "Абдул", специалист по террористическим актам.

Зная, что друг А. Литвиненко и участник известной пресс-конференции в Интерфаксе 17.11.1998 г. полковник ФСБ РФ Шебалин В.В. восстановился в органах госбезопасности, я решил с ним встретиться. Встреча была в конце августа - начале сентября 2002 года. Я ему рассказал о боевиках, о появлении "Абдула" и сказал, что готовится террористический акт. Он начал склонять меня к участию в какой-то "серьёзной группе", которая будет "еб...шить" (это его слово любимое) Литвиненко и Березовского, а также их окружение, мол, из-за этого его восстановили в органах, в качестве агента по контракту. Я ему ответил, что я никогда не подписываюсь на убийства, тем более, что Литвиненко тоже в Лондоне. Я посоветовал ему обратить внимание лучше на то, что может произойти здесь, в Москве. Он сказал, что информацию мою передаст. Тогда же я указал ДоР, где остальные данные на "Абдула" и его старые связи.

Но грянул "Норд-Ост". Я высказал претензии Шебалину, что не приняли мер. В ответ он взял из архивного ДоР несколько сводок (как спец Лефортово именно по расследованию дел о гостайне, могу отвественно заявить, что гостайны в них нет), принёс в ГВП и заявил, что именно их я передал ему "на хранение" (?!). Вот так мне заткнули рот...

Я честно и беззаветно отслужил Отечеству более 25 лет. Можете запросить из личного дела мою характеристику, чтобы убедиться в этом. Я чист перед совестью и людьми!

Посмотрите обвинение по приговору и Вы увидите всю фальшь дела, начиная с эпизода 1999 года, по которому в связи с амнистией 2000 г. даже нельзя было возбуждать уголовное дело!

Я никого не бил, не убивал, не обворовывал! Я отсидел срок из мести военной генеральской мафии. Но я буду твёрдо и настойчиво отстаивать свою честь и достоинство ветерана, офицера органов госбезопасности, гражданина России от клеветнических измышлений в мой адрес.

В столице люди знают о моих делах, поэтому я имею уважение среди людей, ветеранов спецподразделений "Вымпел" и "Альфа", совместно с которыми приходилось участвовать в оперативных мероприятиях и которые создали общественный комитет в мою защиту.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 45 Конституции России, ст.ст. 123-124 УПК РФ, -

ПРОШУ:

1. Отменить постановление дознавателя Управления организации дознания ГУВД г. Москвы Р.С. Пелипенко об отказе в возбуждении уголовного дела по ч.2 ст. 129 УК РФ в отношении Абельцева С.Н. как незаконное и необоснованное, содержащее ложные сведения.

2. Направить материалы для решения вопроса о возбуждении уголовного дела в Следственный комитет при Генеральной прокуратуре России в соответствии с п.1 ч.1 ст. 448 УПК РФ и п.7 ч.3 ст. 151 УПК РФ, так как Абельцев С.Н. является депутатом Государственной Думы ФС РФ.

Приложение:
1) выписка из приговора, на 1 листе;
2) копия жалобы ООД "За права человека" от 18.09.07 г., на 3-х листах.

М.И. Трепашкин

22 сентября 2007 года.

"ДУБЛЬ 10!"

СЛУЧАЙНО узнал, что по клевете депутата Госдумы России жириновца Абельцева С.Н. было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и о том, что Л.А. Пономарёв, как Исполнительный директор ООД "За права человека", обжаловал такое незаконное решение, свидетельствуя о сокрытии преступления. Льву Александровичу большое спасибо за это. Однако в своей жалобе, которую, видимо, ему кто-то помогал оформлять юридически, он в такой же степени "обмакнул" меня в прокурорскую клевету. В этой связи я в десятый раз (!) прошу разместить на сайте следующую информацию:

1. В соответствии с приговором Московского окружного военного суда от 19 мая 2004 года я НЕ обвиняюсь в том, что "проходя с 1984 по 1997 года службу в органах безопасности КГБ СССР и ФСБ РФ, М.И. Трепашкин копировал служебные документы, которые в дальнейшем незаконно хранил у себя дома".

Этого в приговоре нет!
Я не обвиняюсь в подобных действиях!
Эта политика прокурорской клеветы разоблачена ещё в ходе суда и с начала 2004 года об этом уже молчат официальные власти.
Не установлено ни одного факта копирования мною каких-либо материалов!
Мне не вменено хранение ни одной копии!!!
"Служебными" документами названы были мои конспекты классиков марксизма-ленинизма!

Я об этом писал много-много раз, но даже защита до сих пор разносит эту прокурорскую клевету, пущенную через СМИ, чтобы отвлечь людей от фактов явной фабрикации уголовного дела по политическим мотивам. Я могу ещё раз констатировать свои выводы:
а) Защита слушает не меня, а прокуроров-фальсификаторов!
б) Защита не знает моего дела и даже приговора, обвинение по которому занимает всего лишь полторы страницы!

2. Если бы вы внимательно посмотрели моё обвинение по приговору (менее 1,5 страниц!), то увидели бы, что никто меня не обвиняет в разглашении сведений о "методах работы ФСБ".

Нет там такого!!!


Я обращаюсь к защитникам и правозащитникам с величайшей просьбой: не поливайте меня грязью, не пользуйтесь прокурорской клеветой, пущенной когда-то через СМИ! Я ничего не копировал, дома секретных документов не хранил, ФСБшных секретных документов у меня никто не изымал (их принёс следователь Шебалин В.В., что видно даже по приговору!), методов работы ФСБ РФ я не разглашал!!!

Если вам тяжело прочитать 1,5 страницы (не говоря уже о логическом их осмыслении, ибо за 4 года я так и не увидел ни одного здравого комментария), то НЕ КЛЕВЕЩИТЕ с подачи военной банды убийц, грубо сфабриковавших моё уголовное дело!

М.И. Трепашкин

22 сентября 2007 года.

"Я УКОРЯЮ!.."

Я укоряю нынешнее российское общество, укоряю правозащитное движение России, укоряю средства массовой информации! Укоряю ваше бездушие, "самозащитный" индивидуализм, общественный пессимизм, трусость. Вы страшно далеки от человеческого общества XXI века. А уж демократии у вас - дай бог, чтобы набралось на конец XIX века. Напрашивается сравнение со стадом жирующих животных, молча лицезреющих, как хозяин забирает очередную жертву из загона на съедение...

Все молча лицезреют и наблюдают сейчас, как коррумпированные госчиновники расправляются со мной, опасаясь за свою карьеру и личное благополучие. Я, как сотрудник органов госбезопасности, посвятил много лет своей жизни как развитию демократических отношений в стране, так и безопасности людей. Боролся с бандитизмом, предотвращал террористические акты, выручал заложников. Спасал жизни как взрослых, так и детей. За это получал не только правительственные награды, но и признание среди простых людей. Беда пришла тогда, когда вместе с бандитами, террористами, нелегальными торговцами оружием мне стали попадаться крупные чины спецслужб. Я потянул за нити коррупционных связей, использования высокопоставленными госчиновниками в своих целях преступных организованных сообществ и даже террористов. На преступлениях они делали себе карьеру, звания и даже строили политику государства. Мафия сильна. Я стал гонимым и вынужден был в 1997 году уволиться из органов безопасности. Но, так как я вторгся в сферу теневого бизнеса преступных чиновников, узнал об их грязной политике, нередко замешанной на крови соотечественников, то меня не оставили в покое. Появились провокаторы, нападающие, киллеры и т.п. Несколько раз против меня пытались возбудить уголовное дело за разглашение грязных тайн генералов ФСБ РФ и ГРУ Генштаба Минобороны России, объявляя их преступления гостайной России. Эти попытки окончились неудачно, так как пытавшиеся нарвались на грамотных и принципиальных прокуроров (тогда еще такие оставались на службе)...

За три последних года 90-х гг. на мою жизнь было совершено свыше десятка покушений. Среди тех, кому было поручено устранить меня, была получившая позже огласку группа сотрудников УРПО ФСБ РФ (Гусак, Литвиненко, Шебалин, Понькин и другие). Им ведь тоже в свое время дали на меня характеристику как на воровского авторитета, чтобы они меня без зазрения совести "замочили прямо в подъезде дома". Но Литвиненко копнул моё "дело" поглубже этой липовой справки и, как говорится, почувствовал недоброе. В результате убийство не состоялось. 17 ноября 1998 года произошло публичное разоблачение преступных генеральских приказов Ковалёва Н.Д., Хохолькова Е.Г., Макарычева А.К. и др. Но оказалось, что нет ничего прочнее генеральских связей. Изобличителей-отказников начали душить как щенков. Однако общество не отреагировало на столь шумный скандал. Оно даже не попыталось потребовать доказательств озвученных преступлений, а их было очень много...

Уволенные генералы и их преступное окружение оказались в Государственной Думе ФС РФ, в Минюсте, МВД и прочих структурах власти - при молчаливом согласии нашего "демократического" общества. Теперь им уже ничто не мешало "замочить" тех, кто всё ещё писал на эту тему или пытался организовать какие-то комиссии. Щекочихин, Юшенков, Политковская... А затем уже и не понявшего мощь мафии Литвиненко отравили полонием в Лондоне.

Со мной же решили поступить несколько иначе. Подобно тому, как в конце XIX века французский военный суд по негласному указанию президента Французской Республики Феликса Фора по надуманным основаниям осудил неугодного властям Альфреда Дрейфуса за измену родине в форме выдачи гостайны, так и меня в нынешней России решили "укатать" в тюрьму по надуманным обвинениям в раглашении гостайны, тоже руками военных. При этом одним из военных прокуроров мне было прямо заявлено, что состава преступления в моих действиях нет, но есть заказ, исходящий якобы от Президента России Путина В.В., засадить меня в тюрьму. Именно поэтому руководители Главной военной прокуратуры РФ договорились с Военной коллегией Верховного Суда РФ, что меня всё равно осудят "по беспределу", чтобы я, как адвокат, "не лез" в дела высокопоставленных лиц, вершащих политику государства.

И началось...

- 22 января 2002 года ко мне на съемную квартиру по ул. Затонная в Москве приехали с обыском сотрудники Главной военной прокуратуры и Управления собственной безопасности ФСБ РФ "искать Литвиненко А.В.". Я им так и заявил: "Вы, наверное, перепутали, ибо здесь не Лондон, а Нагатинский Затон г. Москвы". Разумеется, приехавшие ничего не нашли. Вспомнили, что, действительно, Литвиненко находится в Лондоне еще с 2000 года. Но для того, чтобы не было шума, он изъяли ими же подброшенные патроны ("это, - говорят они, - у нас стандартный набор для обысков у офицеров запаса") и мои старые конспекты работ классиков марксизма-ленинизма, объявив их секретными служебными документами, содержащими сведения об агентуре ФСБ РФ и ГРУ.

- После этого случая "прижали" Шебалина В.В. и заявили ему, что, если он не оговорит меня в том, что я, якобы, выдавал именно ему, полковнику ФСБ РФ, гостайну КГБ СССР, то с ним сделают то же, что и с Литвиненко до его бегства, т.е. отправят на нары в Бутырку. Шебалин сопротивлялся недолго и согласился. И вот меня, как в сталинские времена НКВД, осудили на основании одного-единственного показания Шебалина (т.е. на основании его ложного доноса), что я, якобы, разгласил ему гостайну России, хотя я с ним во время, указанное в обвинительном заключении, вовсе не встречался. Так, одного сомнительного - ложного - доноса хватило для моего осуждения!

А что касается "гостайны", то это вообще пища для сатирика М. Задоронова, для его рубрики "Ну тупыыые!"

Ведь мне, не служившему в органах безопасности с 1997 года, вменяют то, что я разгласил действующему полковнику ФСБ РФ сведения о планах этого ведомства! Откуда я мог их знать в 2002 году? Их начали искать и в деле, и в ходе суда - не нашли! Их нет! Тогда вызвали т.н. "эксперта". Экспертами по делу выступали оперработники ФСБ РФ, у которых я был "в разработке". В суде у старшего этой группы "экспертов" начали выяснять, о каких планах идет речь. Он ответил, что планов нет, что они в своем заключении просто взяли и переписали формулировку из закона, касающуюся того, что МОЖЕТ являться секретным. Казалось бы - всё ясно, дело надо прекращать. Однако судье стали угрожать из Главной военной прокуратуры: "Самого посадим!" И тогда он "слепил по беспределу" обвинительный приговор, в котором значилось, что я "разгласил сведения о планах ФСБ РФ", еще и добавив, что я разгласил тому же Шебалину сведения КГБ СССР, касающиеся трех его агентов. Кстати, то, что эти лица были агентами - вымысел. Что это за лица, суд так и не установил! И главное: в деле есть результаты экспертизы, что документы с данными упомянутых третьих лиц государственной тайны СССР не составляют! Российским властям они вообще не передавались и к России отношения не имеют. Тогда представитель ФСБ РФ в суде, Шелег В.С., сделал поистине шизофреническое заявление: он сказал, что КГБ СССР и сейчас осуществляет контрразведывательную и оперативно-розыскную деятельность! И судья Седов С.П. принимает это, как истину!

Вот такими бандитствующими даунами я и был осуждён в политически ангажированном суде за придуманные сведения о какой-то несуществующей государственной тайне России и за несколько подброшенных мне патронов, к которым я не имел отношения, а доказательств, что они были моими, в деле не имелось. Даже понятые заявили, что их могли подбросить!

И вот, уже четыре года, как я добиваюсь пересмотра своего дела, и всё безрезультатно.

К военным я не имею отношения. И Главная военная прокуратура, и военный суд не имели права расследовать заведенное против меня уголовное дело и проводить судебный процесс, так как это является грубейшим нарушением принципов подследственности и подсудности. Но Московский окружной военный суд, следуя указаниям "сверху", осудил меня, гражданское лицо и адвоката, "по беспределу". Не учли даже то обстоятельство, что гарнизонный военный суд не дал согласия на моё привлечение к уголовной ответственности как адвоката ни по ч.1 ст. 222, ни по ч. 1 ст. 283 УК РФ. Как мошенники, чтобы скрыть нарушение принципов подследственности, подсудности и моих прав на адвокатскую неприкосновенность, в приговоре они записали, что я когда-то (!?) был военнослужащим.

В связи с незаконным осуждением и удержанием меня без вины в местах лишения свободы на протяжении уже трех лет и одиннадцати месяцев, я обращаля с просьбами о помощи и к правозащитникам, и к журналистам, и к депутатам, и к сенаторам, и к прдставителям других структур власти, а также в органы по защите прав человека... И в процессе этой писанины я отсидел весь срок наказания по придуманным обвинениям.

В России у невиновного нет возможности защититься от незаконного осуждения! В России нет возможности защитить права маленьких детей!

Я сделал маленький экскурс в историю, чтобы доказать, что наше нынешнее общество в силу его моральных качеств и гражданской активности скатилось в средневековье, и ему еще далеко даже до общества XIX века!

У нас сейчас невозможно найти отзывчивых на беззакония, принципиальных, честных, справедливых людей, таких людей, о которых мы знаем из истории:
А.Ф. Кони,
В.Г. Короленко,
Н.П. Карабчевский (адвокат),
Эмиль Золя.

Нет сейчас людей с такими высокими нравственными каествами, беззаветно и безбоязненно бьющихся за невинно, по политическим мотивам, осужденных нечистоплотным чиновничеством этой власти! Нет тех, кто остро поднял бы вопрос о справедливом и беспристрастном правосудии в нынешней России! А ведь суды у нас явно превратились в часть административной системы власти.

А.Ф. Кони назвал суд "школой для народа, из которой, помимо уважения к закону, должны выноситься уроки служения правде и уважения к человеческому достоинству".

Достаточно вспомнить, что в период самодержавия А.Ф. Кони, будучи председателем суда присяжных заседателей, вынес оправдательный приговор по делу Веры Засулич, стрелявшей в генерал-губернатора Трепова. А.И. Винберг в книге "Чёрное досье экспертов-фальсификаторов" (М., "Юридическая литература", 1990 г.) пишет: "На твердое объективное мнение А.Ф. Кони не смогли оказать давление ни Александр II, ни министр юстиции - никто не смог поколебать беспристрастности А.Ф.Кони, его высоких нравственных идеалов, справедливости и объективности вынесенного революционерке, борцу с самодержавием, оправдательного приговора в январе 1878 года".

Ныне таких судей нет. Нередко в суде, переодевшись в мантию, заседает преступник. И он знает о своей безнаказанности, ибо чаще всего является исполнителем заказных процессов, где справедливостью и законностью даже не пахнет. Чёрной памятью в сознании людей останутся их имена. Ибо они предали правду, истину, справедливость, человечность. А такие же беспристрастные, как А.Ф. Кони, навечно останутся в истории и доброй памяти народа.

"...успех Ваш, достигнутый в русском обществе, не был карьерой, вы шли путём, независимым от милостей и ласк, и связали свою жизнь со служением не власти и моде, а вечному и безусловному... Вы всегда искали истины и справедливости..." (из приветствия Российской Академии наук в связи с 80-летием А.Ф. Кони). О ком мы в настоящее время можем сказать такие слова?

Нет у нас сейчас таких адвокатов, как известный русский адвокат XIX века Н.П. Карабчевский, который в случае беззакония по делу поднимал журанлистов, писателей, чтобы они освещали суть дела до мелочей и поднимали общественность против осуждения невиновных. Благодаря его активной адвокатской деятельности мы до сих пор слышим о таких процессах, как дело мултанских вотяков (Удмуртия) и дело Бейлиса (Киев). Карабчевский сумел подключить к освещению этих процессов и местных журналистов, и известных росийских мыслителей, в частности, В.Г. Короленко, известного русского писателя и публициста.

В.Г. Короленко с ненавистью относился не только к тем, кто грубо фабриковал дела по политическим мотивам, но и к лжесвидетелям, используемым следователями-"липачами". Приведу окончание речи В.Г. Короленко в Казанском окружном суде по делу мултанских вотяков: "...И такое дело четыре года слеплялось из кусочков!.. Дайте мне двух таких господ, как следователь, пристав Шмелёв, пять его помощников и семейку лжесвидетеля Мурина, и я берусь доказать не в четыре года, а в два месяца, что ведьмы летают на помеле, и покажу вам старика, который видел всё это своими глазами!" Моё, подобное этому, шизофреническое обвинение построено на показаниях одного лжесвидетеля - Шебалина. И если мултянских вотяков суд оправдал, то меня преступники в мантиях осудили на основании лишь одного ложного доноса. И некому было вступиться за меня и донести до людей правду о беспределе военного суда.

В.Г. Короленко выступал с яркими и гневными статьями и по делу Бейлиса. Там он клеймил эксперта-"липача" Сикорского. У меня же в качестве "экспертов" выступили сами оперы-разработчики, признавшие гостайной России полное фуфло! Я очень хотел бы, чтобы кто-то обрисовал людям то, как преступники-чекисты фабрикуют "гостайну", но нет сейчас таких публицистов, как В.Г. Короленко.

И уж тем более выродились такие протестные люди, как известный французский писатель Эмиль Золя, ставший мировым примером общественного долга писателя в защите правды и справедливости.

В 1898 году с возгласом "Я обвиняю!.." Золя поднял свой голос в защиту невинного человека - офицера Альфреда Дрейфуса, жертвы политических интриг, мрачных сил реакции и национализма. Он решил не быть безучастным свидетелем произвола и насилия. В газете "Орор" Эмиль Золя опубликовал открытое письмо Президенту Франции с гневным и страстным выступлением против продажного военного правосудия, вынесшего обвинительный приговор в измене родине невиновному человеку. "Этот приговор является пощёчиной всякой правде, всякой справедливости", - писал Золя. Правящие круги Франции рассматривали это выступление как дерзкий вызов военным и правительству.

Власти не простили Эмилю Золя этого письма, и он сам стал обвиняемым и был осуждён военным судом. Я хотел бы привести выдержки из его выступления в суде, где он также настойчиво твердил о невиновности Дрейфуса, о фабрикации его дела по политическим мотивам и торжестве истины в будущем (что впоследствии и произошло).

"...Я спокоен, - говорил Золя. - Ваше дело узнать истину; она выйдет на свет". "Неужели вы не понимаете, - продолжал Золя, - что наш народ умирает от мрака, в котором его держат, от двусмысленности, которой он болеет. Грехи правящих нагромождаются, одна ложь влечёт за собой другую и всеобщая путаница доходит до ужасающих размеров. Совершена судебная ошибка, и с тех пор ежедневно должны соверщаться новые покушения против разума и справедливости, чтобы скрыть её..." (Золя словно говорил о моем деле). "Мы хотим знать, есть ли еще Франция - Франция прав человека, та Франция, которая дала миру свободу и должна дать ему справедливость..."

Как известно, справедливость восторжествовала не сразу. И Золя вынужден был до июня 1899 года находиться в изгнании в Лондоне. После возвращения он опубликовал статью "Правосудие" в той же газете "Орор" - о причинах своего изгнания и о политически ориентированных судах. Статья Э. Золя заканчивалась обращением ко всем честным людям с призывом действовать "во имя прогресса и освобождения" от явлений позора для человеческого общества.

Пример Эмиля Золя на протяжении более чем века является образцом гражданского мужества, образцом общественного долга писателя и общественной значимости литературы для многих известных писателей, а также для всех честных граждан.

Высоко ценил поступок Золя другой известный французский писатель Анри Барбюс, который своим творчеством также боролся с негативными явлениями в человеческом обществе, против произвола, маразма властей и унижения человека.

12 октября 1919 года писатель опубликовал в газете "Юманите" статью "Мы обвиняем!..", названную по аналогии со знаменитым "Я обвиняю!.." - письмом Эмиля Золя Президенту Французской Республики Феликсу Фору. В условиях ожесточённых схваток сил прогресса с реакцией писатель стремился использовать пример Золя для защиты правды и справедливости.

После этого он выпустил в свет книгу "Золя", направленную против безразличия, пессимизма и индивидуализма, которые всячески проповедовались апологетами безыдейности. Эта книга звала всех честных деятелей литературы и искусства последовать примеру Эмиля Золя, чтобы активно воспитывать людей в духе борьбы за уничтожение всякого произвола и унижения.

Поступок Золя повлиял на А.П. Чехова. Он писал своей жене: "Сегодня мне грустно, умер Золя... Как писателя я мало любил его, но зато как человека в последние годы, когда шумело дело Дрейфуса, я оценил его высоко". Чехов пытался доказать антисемиту и шовинисту Суворину правоту Золя, выступившего с обвинением в адрес военного суда Франции: "Вы пишете, что Вам досадно на Золя, а здесь у всех такое чувство, как будто народился новый, лучший Золя... Это чистота и нравственная высота, каких не подозревали". Долгосрочная дружба, связывающая Чехова и Суворина, не выдержала испытания делом Дрейфуса. Ведь газета Суворина, говоря о внутренних делах России, была такой же бесчестной и ретроградной, как и в освещении процесса Дрейфуса.

Во время дела Дрейфуса Писсаро и Монэ восхищались выступлениями Золя. За человечность и прогресс активно выступали участвовавшие в общественной жизни Гюго, Вольтер, Ромен Роллан.

Я не случайно посвятил изложению исторических фатов вторую часть своего письма-обращения, ибо я взял в союзники перечисленных классиков и исторических личностей в укор нынешним правозащитникам, журанлистам, писателям.

Моё уголовное дело чрезвычайно схоже с делом А. Дрейфуса, и я надеюсь, что пример всемирно известных классиков, отличавшихся высокой человеческой нравственностью и активной гражданской позицией поможет и мне найти своего Э. Золя, и я смогу добиться пересмотра уголовного дела, грубо сфабрикованного военными прокурорами, ФСБ РФ и политически ангажированными военными судьями.

Я надеюсь на смелость журналистов, публицистов. "Когда народ не боится могущественных, тогда приходит могущество" (китайский философ VI-V вв. до н.э. Лао-Цзы).


М.И. Трепашкин

20 сентября 2007 года,
камера-одиночка №13
ПФРСИ ФГУ ИК-13,
г. Нижний Тагил.

Пикет в защиту Трепашкина в Екатеринбурге

МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНР ПРАВ ЧЕЛОВЕКА -
отделение Общероссийского Общественного Движения
«ЗА ПРАВА ЧЕЛОВЕКА»
РОССИЯ: 620137, гор. Екатеринбург, а/я 382, т/ф (343) 365-11-47, Е-mail: vashin@rambler.ru

Главе Администрации гор. Екатеринбурга
Чернецкому А.М.
гор. Екатеринбург, пр-т Ленина, 24-а

УВЕДОМЛЕНИЕ
о проведении публичного мероприятия (пикетирования)

1. Уведомляем, в соответствии с Федеральным законом РФ от 19.06.2004г. №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», ст.7 – будет проводиться публичное мероприятие - пикет – 27 сентября 2007 года - группы граждан – как протест против бездействия органов прокуратуры на территории Свердловской области, в связи многочисленными нарушениями конституционных прав человека и гражданина в исправительных заведениях ГУФСИН (пыточные условия отбывания наказания, унижение достоинства человека в отношении осужденных, родных и близких заключенных и другие нарушения прав человека и гражданина), в исправительных заведениях ГУ ФСИН на территории Свердловской области.

2. Цель мероприятия – привлечь общественность и органы власти всех уровней, прокуратуру Свердловской области (прокурора Пономарева Ю.А.) :

* Заявить о преступных деяниях в системе ГУФСИН в отношении осужденных, , недопустимых согласно Конституции и законности РФ - ( почему вновь появился труп…?);
* Вновь действующая ПФРСИ в ИК-2 - «фабрика пыток» !?
* Одиночные тюремные камеры для подследственных и осужденных – ВНЕ ЗАКОНА!;
* Выразить солидарность в защиту политзаключенных и узников совести!;
* С какой целью ГУФСИН выделил квартиру Колобову - прокурору по надзору за ИУ в Свердловской области ?;
* Реализовать общественный контроль по защите прав заключенных в области;
* Настаиваем на личном приеме прокурором области, для передачи информации о беззакониях в Свердловской области.

3. Форма публичного мероприятия – пикет;

4. Место проведения – у здания прокуратуры Свердловской области: адрес, ул. Московская, 21.

5. Время проведения: начало в 15.00, окончание в 17.00 час.;

6. Обеспечение проведения публичного мероприятия – в соответствии с действующим законодательством РФ.

Основные лозунги на митинге будут выражать заявленные цели мероприятия.

Число участников – группа граждан, примерно 10 - 20 человек.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЗВУКОУСИЛИВАЮЩИХ ТЕХНИЧЕСКИХ СРЕДСТВ
не используются

ОРГАНИЗАТОРЫ ПУБЛИЧНОГО МЕРОПРИЯТИЯ:

1) Председатель совета координаторов, координатор ООД «За права человека» по УрФО В.А.Шаклеин

2) Президент СООО «Правовая Основа» - Соколов Алексей Вениаминович

Этапирование Трепашкина в Екатеринбург

Сегодня, 24 сентября 2007 года, меня ознакомили с определением Судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда (судья Шурыгин) о моём этапировании из ФГУ ИК-13 г. Нижний Тагил в СИЗО-1 г. Екатеринбург.

Этап состоится в ночь с 26 на 27 сентября сего года. 27-го числа я буду уже в какой-либо камере СИЗО г. Екатеринбурга.

М.И. Трепашкин

24.09.2007 года.

Обращение Международной Амнистии к Генеральному прокурору

Ниже приводится текст обращения Международной Амнистии к Генеральному прокурору с требованием пеесмотра дела Трепашкина с соблюдением всех международных стандартов и освобождения Трепашкина до пересмотра дела. Обращение подписали 883 человека. Текст обращения и подписи были отправлены в Генеральную прокуратуру ещё в мае 2007 года. Никакого ответа на обращение до сих пор не получено.


Уважаемый генеральный прокурор!

Правозащитная организация Международная Амнистия очень беспокоится о Михаиле Ивановиче Трепашкине. Этот адвокат из Москвы был членом Независимой комиссии по расследованию взрывов жилых домов в 1999 году в России.

В 2004 Трепашкин был осужден на четыре года тюремного заключения, хотя при судебных разбирательствах не все нормы были применены. Вообще предполагается, что основную роль в осуждении Трепашкина сыграло его подозрение о непосредственном участии ФСБ в этих взрывах. После того, как Трепашкин в августе 2005 года был освобожден, но заявил, что будет продолжать свое расследование, он в сентябре того же года был снова заключен под стражу. Ещё мы обеспокоены тем, что Трепашкин болен астмой, но в тюрьме ему не оказывают необходимую медицинскую помощь.

В связи с этими обстоятельствами мы решили обратиться к вам в форме петиции. Всего ее подписали 883 человека с надеждой, что дело Трепашкина будет рассматриваться снова с соблюдением всех международных стандартов. Мы будем вам очень признательны и благодарны, если бы вы могли взятся за это дело. Пока процесс не завершен, Трепашкин должен быть освобожден и должен получить необходимую медицинскую помощь. Также необходимо, чтобы Трепашкин мог беспрепятственно встречаться со своими адвокатами.

Пожалуйста, дайте нам знать, что вы смогли сделать. Мы очень уважаем вашу работу и надеемся на вас.

С уважением,
Nicole Mathys.

Жалоба в Тверской районный суд Москвы

В декабре 2006 года Михаил Трепашкин заявил, что готов дать показания сотрудникам Скотланд-Ярда, чтобы пролить свет на убийство Александра Литвиненко, отравленного полонием-210. Однако Федеральная служба исполнения наказания РФ не допустила представителей Скотланд-Ярда в колонию для допроса М.И. Трепашкина. Руководитель пресс-службы ФСИН РФ Александр Сидоров, комментируя эти события, заявил, что любые контакты Трепашкина с иностранными гражданами недопустимы, так как Трепашкин сидит за измену Родине. Это заявление безусловно являлось клеветническим. И в марте 2007 г. в Генеральную прокуратуру было подано заявление о совершении Александром Сидоровым преступления в отношении Михаила Трепашкина. Реакции на это заявление не последовало, в связи с чем в июле 2007 года в Генеральную прокуратуру было направлено письмо с просьбой сообщить какую-либо информацию о ходе рассмотрения заявления. Это письмо также осталось без ответа. Ниже приводится жалоба в Тверской районный суд на бездействие органов государственной власти и их должностных лиц.


Тверской районный суд г. Москвы
адвоката
Бровченко Сергея Васильевича
В защиту
Трепашкина Михаила Ивановича

ЖАЛОБА
в порядке ст. 125 УПК РФ

1 марта 2007 года в адрес Генеральной Прокуратуры Российской Федерации от Общественного комитета в защиту Трепашкина Михаила Ивановича было подано заявление о совершении начальником пресс-службы ФСИН РФ Сидоровым Александром преступления в отношении Трепашкина М.И. Данному заявлению был присвоен входящий номер ОГР-3666-07.

До сих пор никакого ответа на данное заявление не последовало.

На направленное в адрес Генеральной Прокуратуры РФ письмо с просьбой сообщить какую-либо информацию о ходе рассмотрения данного заявления ответа так же не было.

Таким образом, действия Генеральной прокуратуры Российской Федерации нарушают права потерпевшего Трепашкина М.И. на охрану от злоупотребления властью и доступ к правосудию, гарантированные ст. 52 Конституции РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 53 Конституции РФ, обеспечивающей право потерпевшего на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, а так же в соответствии со ст. 125 УПК РФ,

ПРОШУ:

1. Рассмотреть настоящую жалобу по существу;
2. Признать незаконным и нарушающим права потерпевшего Трепашкина М.И. на доступ к правосудию и возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, бездействие Генеральной Прокуратуры РФ на заявление о совершении в отношении Трепашкина М.И. преступления.

С уважением,
адвокат С.В. Бровченко

Михаил Трепашкин отстаивает законность!

МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ПРАВ ЧЕЛОВЕКА -
отделение Общероссийского Общественного Движения
«ЗА ПРАВА ЧЕЛОВЕКА»
РОССИЯ: 620137, гор. Екатеринбург, а/я 382, т/ф (343) 365-11-47, Е-mail: vashin@rambler.ru

18 сентября 2007 г. состоялась очередная встреча защитника из МЦПЧ с политзаключенным Михаилом Трепашкиным, незаконно осужденным и в настоящее время ожидающим этапирования из Нижнетагильской ИК-13 в СИЗО-1 гор. Екатеринбурга. Как стало известно, 10 октября ожидается новое заседание Свердловского областного суда по кассационному рассмотрению жалобы М. Трепашкина на незаконное решение судьи Д. Ильютик из Тагилстроевского районного суда по ужесточению ему режима лишения свободы, т.е. на решение о переводе его из колонии-поселения на общий режим, принятое 9 марта 2007 г.

Пребывание более шести последних месяцев в одиночных тюремных камерах ПФРСИ в ИК-13 и в СИЗО-1 (в конце июля – в августе 2007г.) явно осложнило состояние здоровья М.И. Трепашкина, что заметно даже по его внешнему виду (серо-желтоватому цвету лица); также постоянно возникают проблемы с ежедневным обеспечением Михаила Ивановича необходимыми лекарствами. Тем не менее, боевой дух Михаила Трепашкина вызывает ободрение у защитника, пытающего изыскать любую возможность для реального поддержания работоспособности своего подзащитного и в последующих практических делах. Хотя, следует признать откровенно, такие возможности, на внешний взгляд, представляются чисто символическими в условиях, когда М. Трепашкину, согласно приговору суда, т.е. на законном основании, осталось отбывать срок до 1 декабря 2007г.

Я был вынужден вновь обратить внимание и на поведение администрации ИК-13, препятствовавшей в выдаче пропуска защитнику для посещения им М. Трепашкина: как и 30 августа, задержка по оформлению данного пропуска дошла до полутора часов - якобы «не нашли факса», отправленного утром 17 сентября на имя начальника ИК-13 С. Золотухина. Пришлось вновь проинформировать о задержке с выдачей пропуска прокурора по надзору за соблюдением законности в ИУ и областного Уполномоченного по правам человека. После данных действий других препятствий к встрече М. Трепашкина с его защитником не было.

Прежде всего, М. Трепашкин выразил благодарность всем гражданам, как в России, так и за рубежом, выступившим в защиту его прав как человека и гражданина с использованием любых законных способов, вплоть до обращений в Европейский суд по правам человека. Сам осужденный, в свою очередь, оказывает правовую поддержку другим гражданам, подвергающимся незаконным репрессиям со стороны властей, в частности, осужденному Журилову Ю.В., более 2-х лет подвергающемуся наказаниям в одиночных тюремных камерах и ведущему борьбу с преступной деятельностью прибегающих к пыткам представителей ГУФСИН Свердловской области (Ю.В. Журилов пострадал в августе 2007г. от пыточных истязаний в одиночной камере СИЗО-1 в Екатеринбурге).

При обсуждении необходимых действий, касающихся защиты прав М. Трепашкина, была озвучена его личная просьба по проведению срочной юридической экспертизы в НЭПС (г. Москва - Полякова М.Ф.), касающейся законности срока его выхода на свободу именно к 1 декабря 2007г., а не 18 декабря, как заверяют в администрации ИК-13.

Существуют также непростые проблемы, касающиеся участия свидетелей защиты в кассационном рассмотрении его жалобы 10 октября в Свердловском областном суде. М.И. Трепашкин также считает очень важным инициировать общественную кампанию по пересмотру уголовного дела, слушание которого в суде закончилось его осуждением в 2003 г., в результате которого он сейчас отбывает наказание – 4 года, не совершив никакого преступления.

На встрече также был поднят вопрос о направленной М. Трепашкиным 27 июля 2007г. в Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга жалобе на нарушение его прав в колонии-поселении, незаконно находящейся на территории ИК-13 лишь на основании приказа №682 от 03.09.2001г. ГУИН Свердловской области, что не соответствует требованиям ст.60 УК РФ.

При дружеском расставании М.И. Трепашкин и его защитник договорились о том, что их следующая встреча состоится в Екатеринбурге, куда Михаил Иванович будет этапирован, вероятно, в конце сентября с.г.

Председатель совета координаторов,
Координатор ООД «За права человека по УрФО
В.А. Шаклеин

"МОЁ ОТНОШЕНИЕ К РЕЛИГИИ"

(Мнение о некоторых политических событиях в стране)

Как человек, 10 лет своей жизни отдавший делу спасения от разграбления и незаконного вывоза за границу старинных икон, складней, плакет и других предметов религиозного культа (несколько тысяч экземпляров), я приветствую решение Минкультуры РФ о передаче в ведение Русской Православной Церкви (РПЦ) из музеев страны икон и других предметов религиозной старины.

Опасения ряда сотрудников ведущих музеев страны и известнейших экспертов по поводу того, что в РПЦ эти уникальные вещи могут быть испорчены, утрачены, что у церкви нет соответствующих условий для хранения шедевров мирового искусства и специалистов по уходу за ними, считаю беспочвенными. Могу ответственно констатировать, что иконы, панагии с драгоценными камнями, старинные потиры и т.д. расхищались еще в советские времена как из музеев, так и из церквей самими служащими этих заведений. Но ведь Церковь - огромнейший пласт культуры общества, она образует самостоятельный вид искусства и истории, и ей религиозные раритеты ближе всех. Они обязаны быть в распоряжении РПЦ.

А что касается специалистов, условий ухода и хранения, то РПЦ способна и нанять на работу, и обучить новых, великолепных спецов, а также создать условия для хранения шедевров. У нее для этого больше возможностей и, наверное, души.

Второе интересное событие в жизни страны - письмо известнейших российских учёных-академиков о чрезмерной клерикализации общества. Вне всяких сомнений, оно было обусловлено рядом событий в стране, на которые закономерно обратили внимание учёные. Ибо чрезмерная клерикализация приведёт к торможению развития в обществе естественных наук, к дремучести в этих вопросах и т.д. Я полностью на стороне академиков Гинзбурга, Алфёрова и других. Необходимо обратить на их заявление самое пристальное внимание. Школьники, молодежь должны быть ориентированы на изучение физических и химических явлений, на их научное объяснение, а не на упование на Творца. Не надо забывать, что на дворе XXI век. Надо дейстовать и постигать всё самим. Ещё в VI-V вв. до н.э. известный китайский философ Лао Цзы указывал: "Совершенномудрый не обладает человеколюбием и предоставляет народу возможность жить собственной жизнью" (Гл. 5). Сколько ни молись, он не будет вмешиваться в ход событий. Именно из этих позиций я и исхожу в своём отношении к религии, с удовольствием цитируя, хотя и давние, но и в настоящее время актуальные стихи украинского кобзаря Т.Г. Шевченко:

...А тот щедрый, храмы строит,
Тысяч не жалеет,
А уж Родину так любит,
Так душой болеет

За нее; так из сердечной
Кровь, как воду, точит!..
Молчат люди, как ягнята,
вытаращив очи!

Пускай: "Может, так и надо?", -
Скажет люд убогий.
Так и надо! Потому что
Нет на небе бога!

Под ярмом вы падаете.
Ждёте, умирая,
Райских радостей за гробом -
Нет за гробом рая!

Образумьтесь! Поглядите:
Все на этом свете -
И нищие, и царята -
Адамовы дети!..


Только нормальное, действенное гражданское общество способно улучшить нашу жизнь! Недаром ведь появилась пословица: "На бога надейся, но и сам не плошай".

М.И. Трепашкин

13 сентября 2007 года.

"ВСЕ, КТО ВИДЕЛ «САНТЕХНИКОВ», ПРИХОДИВШИХ КО МНЕ В КВАРТИРУ ПЕРЕД ОБЫСКОМ, УБИТЫ ИЛИ ИСЧЕЗЛИ"

В конце 2001 – начале 2002 годов ко мне зачастили сантехники. Нет, я их не вызывал. Они утверждали, что откуда-то течёт вода в квартиру, находившуюся под нашей, и поэтому им нужно было исследовать стояк и другие трубопроводы в нашей квартире. По тому, как они работали, я понял, что на сантехников эти люди совершенно не были похожи, а работали они непрофессионально. Подолгу копались, долбили пол в ванной, а сделать за несколько дней так ничего и не смогли.

17 января 2002 года я обнаружил, что на кухне оказался перерезанным шланг подвода горячей воды. Я закупил новый и позвонил в домоуправление, чтобы пришёл сантехник. Мне ответили, что он сможет прийти лишь 18 января 2002 года к 10 часам. Я попросил перенести время на более раннее или более позднее, так как к 10 часам должен был быть как адвокат в Тимирязевском районном суде города Москвы. Однако диспетчер заявила, что либо сантехник придет к 10 часам 18-го, либо вообще неизвестно когда, и что нужно перезванивать ещё раз. И мне пришлось согласиться на 18-е, к 10-ти часам. В квартире в эти дни я проживал один, жена с детьми были в городе Брянске, у родных. Я решил оставить ключ и попросить поприсутствовать при работе сантехников пожилую женщину, соседку из квартиры №18, находящуюся на одной с нами лестничной площадке. Она согласилась. Я намеревался оставить ей ключ перед выездом в суд.

Пока я собирался уходить, раздался телефонный звонок. Звонила молодая девушка – ВРАТСКИХ Мария Николаевна, 1984 г. рождения, подругу которой я защищал в Нагатинском суде как адвокат. Ей нужно было встретиться со мной, и притом срочно. Я объяснил, что уезжаю в суд. И я предложил ей приехать и посидеть у меня дома, пока будут работать сантехники, а затем я вернусь и мы обсудим её вопросы. Она успела к моему отъезду, так как жила в Царицыно, а это недалеко от станции метро «Коломенское», где в это время проживал я.

Когда я вернулся, ВРАТСКИХ Мария рассказала, что ко мне приходили три сантехника, что они были не похожи на русских, а соседка из 18-й квартиры выясняла, кто находится в моей квартире, объяснив, что я должен был ей передать ключ и просил посмотреть за квартирой. Мария также рассказала, что она сидела на кухне, когда наблюдала за работой сантехников, а в это время один из них почему-то ходил в комнату, где у меня был рабочий кабинет. Когда она зашла в комнату вслед за ним, он быстро и испуганно вернулся обратно, пояснив, что, якобы, он взглянул на батареи, у окна. В комнате он был минуты две-три, один. Так как у меня ценностей не имеется, внешне я не заметил никаких пропаж, а потому не придал этому факту особого значения.

А 22 января 2002 года ко мне нагрянула оперативно-следственная группа из числа сотрудников УСБ ФСБ РФ (Лебедев, Савельев) и Главной военной прокуратуры. Меня дома не было. Была жена Татьяна и маленькая дочь Ангелина. Когда я прибыл домой, обыск уже был закончен, и мне показали порядка двух десятков разных патронов, якобы обнаруженных у меня в коробке из-под канцелярских принадлежностей, на полке, у моего рабочего места. Я объяснил, что первый раз вижу эти патроны. Сотрудник ФСБ РФ Лебедев всё пытался всучить мне в руки эти патроны, чтобы на них остались отпечатки моих пальцев, но я отказался брать их в руки, разгадав его хитрость. Представитель ГВП Сильченко, не скрывая, заявил: «Это у нас стандартный набор для обысков у офицеров запаса». Возникает вопрос: кто и в какой момент подбросил мне патроны?

От бывшего сотрудника КГБ СССР Харитонова Виктора Петровича мне было известно, что полковник ФСБ РФ Шебалин В.В., будучи не доволен, что я не хочу работать с ним против Литвиненко А.В. (бежавшего в Лондон от преследований), говорил, что «посадит» меня. А я, в ноябре – начале декабря 2001 года, разрешил ему одному работать на моём рабочем месте, когда он хотел покопаться в томике с материалом о пресс-конференции 17 ноября 1998 года. Тогда он забрал оттуда все свои собственноручные заявления о преступлениях генералов ФСБ РФ, которые он писал в Администрацию Президента РФ и в Генпрокуратуру России (т.е. подчищал за собой) и ещё какие-то документы. Он же мог и патроны подкинуть.

Могли подкинуть их и «сантехники» - 18 января 2002 года. Уж очень большие сомнения вызывал их сантехнический профессионализм.

Но патроны могли быть подброшены и в ходе обыска.

Нужно было проверить эти основные версии. С учётом многих обстоятельств, в последующем выяснилось, что несколько патронов подбросил Шебалин. Похоже, что перед обыском он приходил с «сантехниками», чтобы убедиться, что патроны я не обнаружил и не выбросил (как подброшенный мне автомат в 1997 году). А члены следственной группы (для подстраховки) добавили к подброшенным патронам ещё и новеньких – 13 штук. Но эта картина нарисовалась позже.

Тогда же я решил проверить «сантехников» и Шебалина. Последний скрылся и не появлялся несколько месяцев после обыска (т.е. это ложь, что в феврале 2002 года, после обыска, я ему передал на хранение документы, да ещё и у себя дома – как пишет судья в приговоре). По данным ГУП РЭУ-34 г. Москвы, ко мне направляли сантехника ПИРОНИШВИЛИ 18 января 2002 года, одного(!?), и что он «только что устроился» и исчез, и где он проживает – неизвестно. Тогда кто же ещё с ним был? И откуда они взялись? Я попросил ВРАТСКИХ М.Н. описать мне того, кто заходил ко мне в комнату 18 января 2002 года. По её описанию было похоже, что это был Шебалин (чёрный, худощавый, нос «крючком», словно клюв). Я стал требовать у следователя Главной военной прокуратуры:

- найти и допросить «сантехника» ПИРОНИШВИЛИ;

- допросить свидетелей – ВРАТСКИХ М.Н. и соседку из квартиры № 18;

- провести опознание «ПИРОНИШВИЛИ» и Шебалина.

Оба следователя, как из ФСБ РФ (а дело некоторое время было и у них), так и из ГВП отказались это сделать.

Когда в Московском окружном военном суде начался процесс, я снова начал ходатайствовать о допросе перечисленных лиц. Судья отказал мне в моих ходатайствах. Я попросил адвокатов найти этих свидетелей и попросить их явиться в суд. При этом сам я 22 октября 2003 года был арестован и с тех пор находился под стражей. И вот, мне стало известно, что вскоре после моего задержания – 28 октября 2003 года – был найден труп свидетеля ВРАТСКИХ М.Н., которой тогда только что исполнилось 19 лет. Официальная версия – смерть от «передоза», хотя наркотики она никогда не употребляла. Не оказалось в живых и соседки из квартиры № 18. ПИРОНИШВИЛИ также не найден.

Вот так прятали следы те, кто преступно и безнаказанно фабриковал против меня дело. Их не останавливали даже убийства.

И эта же группа занималась делом Литвиненко А.В. в период нахождения его в России. Он бежал от них в Лондон, спасая свою жизнь. Но и там его достали.

Если по делу об убийстве Литвиненко А.В., не считая его собственных утверждений и утверждений лиц из его ближайшего окружения, нет доказательств причастности к его убийству кремлёвских хозяев нынешней России, то мне ещё до ареста, осенью 2002 года, надзирающим прокурором было заявлено прямо, что руководители Главной военной прокуратуры получили указание от «самого» (т.е. от Президента России Путина В.В.) о моём привлечении в качестве обвиняемого и об осуждении меня «по беспределу», чтобы отстранить меня от дела по подрыву домов. Дальнейшие обстоятельства также подтверждают, что на это имелся заказ очень влиятельного должностного лица государства.

15 сентября 2007 года М.И. ТРЕПАШКИН

Оригинал письма хранится в Адвокатском кабинете Л.Косик.

Прокурору Москвы о незаконном отказе от возбуждения уголовного дела

Прокурору г. Москвы
г-ну Ю.Ю. Семину
115184, г. Москва, ул. Новокузнецкая, д. 27
О незаконном отказе от возбуждения уголовного дела
/в порядке ст.ст. 123-124 УПК РФ/


29 августа 2007 г. в Общероссийское общественное движение «За права человека» поступил ответ врио начальника Управления организации дознания ГУВД по г. Москве (исх. 59/3 11-14 от 13.08.2007) и Постановление об отказе от возбуждения уголовного дела по признака ст. 129 УК РФ (публичная клевета) в отношении депутата Госдумы РФ С.Н.Абельцева, руководителей газеты «Аргументы и факты» и ООО «Уральский институт прикладной политики и экономики» дознавателя Р.С.Пелипенко (копия прилагается).

Данное Постановление считаю необоснованным, вынесенным с нарушением уголовного-процессуального закона, а потому подлежащим отмене в надзорном порядке с направлением для устранения недостатков по следующим причинам. Доследственная проверка установила факт публичного распространения, в т.ч. с использованием СМИ (газеты «Аргументы и факты») и Веб-сайта ООО «Уральский институт прикладной политики и экономики», со стороны депутата Госдумы РФ С.Н.Абельцева, выступившего под псевдонимом Е.Иванов. Однако, дознаватель Р.С.Пелипенко вынес Постановление об отказе от возбуждения уголовного дела, усмотрев отсутствие субъективного состава в деяниях распространителя С.Н.Абельцева, а именно наличие умысла на заведомую ложность распространенных сведений.

При рассмотрении заявления о преступном деянии, имеющего признаки клеветы, необходимо было установить объективный состав, а именно содержали ли публично распространенные сведения признаки порочения либо опорачивания гражданина – в данном случае М.И.Трепашкина. Однако при дознании это не устанавливались, что уже является грубой процессуальной ошибкой.

При установления субъективной стороны деяния, в первую очередь, проверке подлежало насколько ссылка С.Н. Абельцева на сведения, используемые им в обоснование распространенных им оценкок личных и гражданских качеств М.И. Трепашкина соответствуют действительности. В Постановлении дознавателя Р.С.Пелипенко фигурируют два якобы имевших место факта: а) участие М.И.Трепашкина в пресс-конференции с участием Б.А. Березовского и на его стороне; б) осуждение М.И. Трепашкина за нарушение правил секретности, совершенное из корыстных соображений.

Поэтому при проверке подлинности доводов депутата С.Н.Абельцева, орган дознания должен был установить, известны ли ему было, что:

1) М.И. Трепашкин никогда не участвовал в пресс-конференции вместе с Б.А. Березовским.

2) В соответствие с приговором Московского военного окружного суда, проходя с 1984 по 1997 год службу в органах безопасности КГБ СССР и ФСБ РФ, М.И. Трепашкин копировал служебные документы, которые в дальнейшем незаконно хранил у себя дома. Разглашением сведений, составляющих гостайну, следствие и суд приговор сочли передачу М.И. Трепашкиным своему бывшему коллеге - полковнику ФСБ В. Шебалину - материалов старых сводок прослушивания телефонных переговоров членов гольяновской объединенной преступной группировки (в них, по мнению следствия, содержались данные о методах работы ФСБ). Мотивов корысти или сотрудничество с иностранным государством суд не установил.

Таким образом, исходя из этих фактов, у С.Н. Абельцева не было никаких оснований подозревать М.И. Трепашкина в совершении бесчестных, корыстных поступков, противоречащих нравственным принципам русского офицера.

Однако, орган дознания уклонился от выяснения обоснованности заявлений С.Н.Абельцева о М.И. Трепашкине, что носит принципиальный характер при установления субъективного состава деяния. Тем более, что как депутат Госдумы РФ и бывший сотрудник ФСБ С.Н.Абельцев имел возможности для проверки своих догадок о действиях М.И.Трепашкина.

Кроме того, ч. 2 ст. 49 Закона РФ о СМИ требуют от журналиста проверки достоверности сообщаемой информации, в данном случае сведений, содержащихся в словах депутата С.Н. Абельцева. Редакция газеты «Аргументы и факты» такую проверку не проводила. Орган дознания не проводил изучения данного аспекта дела, хотя возможность ответственности СМИ за распространение клеветы составляет отдельный состав деяния и должен быть стать предметом отдельной проверки.

Таким образом, полученный нами ответ указывает на неполноту проверки, носит необоснованный и незаконный характер.
В связи с этим, в порядке ст. 123-124 УПК РФ, ст. 10 ФЗ «О прокуратуре РФ», прошу:

Отменить как необоснованное и незаконное Постановление дознавателя Р.С.Пелипенко и Управление организации дознания ГУВД по г. Москве обязать Прокуратуру устранить указанные недостатки и дать нам ответ на указанные нами существенные обстоятельства.


Приложения: копии материалов по делу на двух листах.

Л.А. Пономарев,
Исполнительный директор
Общероссийского общественного движения «За права человека»

Письмо Михаилу Трепашкину от Мальвы Ланда

Дорогой Михаил Иванович,

мне стыдно, что я так долго не писала Вам, тебе. Не буду затруднять тебя - в твоем нелегком положении - длинным письмом. Хочу напомнить, что год моего рождения - 1918. Долго я живу... И давным-давно увидела, поняла и определила свое отношение к этой "очень правильной", - как декламировал Маяковский, "самой праведной стране", - как поэт Маршак, - и пришла к убеждению: насилие и ложь неотвратимо ведут к еще большим насилию и лжи. Калечат, извращают, коррумпируют человека, жертву и палача; даже пассивных соучастников. Режим (система), где вершатся неправые суды, где люди оказываются в условиях недопустимых... - это бесчеловечный, преступный режим. Такая система губит сама себя...

В жизни есть чудо. Чудо, когда в условиях всеобщей коррумпированности, моральной извращенности появляются, проявляются такие личности, как Михаил Трепашкин. Чудо.

С огромным уважением, сочувствием!.. Здоровья!.. Свободы!..

Мальва Ланда,
20 июля 2007

г. Москва.

Обращение защитника М.И. Трепашкина В.А. Шаклеина в Свердловский областной суд

МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ПРАВ ЧЕЛОВЕКА -
отделение Общероссийского Общественного Движения
«ЗА ПРАВА ЧЕЛОВЕКА»
РОССИЯ: 620137, гор. Екатеринбург, а/я 382, т/ф (343) 365-11-47, Е-mail: vashin@rambler.ru

Председателю Свердловского областного суда
Овчарук И.К.
620019, гор. Екатеринбург, ул. Московская, 120

ОБРАЩЕНИЕ

Просим Вас, как руководителя Свердловского областного суда, обратить внимание на беззакония, творимые в отношении заключенных, длительное время находящихся в одиночных камерах ПФРСИ в системе ГУФСИН по Свердловской области, но осужденных судебными органами на более мягкие режимы отбывания наказания: колонии-поселения, общие режимы. Считаем такую практику в системе ГУФСИН нарушением прав человека.

1. В учреждении ФГУ ИК-13 (адрес:622013, гор Нижний Тагил, ул. Фестивальная), нарушаются конституционные права человека и гражданина Трепашкина Михаила Ивановича, со стороны судьи Тагилстроевского районого суда Ильютик Д.А.

Будучи осужденным за деяния средней тяжести к не стражному режиму - направлении в колонию-поселение, постановлением судьи Ильютика Д.А. от 9 марта 2007 года, Трепашкин М.И. оказался переведенным в камеру ПФРСИ ФГУ ИК-13, где находится под стражей в условиях тюремного режима, уже более 6 месяцев. При этом он был помещен под стражу в ПФРСИ, не являясь ни подозреваемым, ни обвиняемым – без постановления о применении к нему, в качестве меры наказания, заключения под стражу - тяжело больного бронхиальной астмой 1V степени тяжести человека. Это вопиющее беззаконие! Кроме того, 21 июля 2007 года истекли сроки давности по всем имевшимся у Трепашкина М.И. взысканиям и в соответствии с ч. 8 ст. 117 УИК РФ, он считается лицом, не имеющим взысканий.

Просим дать ответ, на каком законном основании Трепашкин М.И. содержится в одиночной тюремной камере, под стражей, более 6 месяцев? Считаем, что никаких юридических оснований, для удержания Трепашкина Михаила Ивановича под стражей, в одиночной камере ПФРСИ – не имеется!

2. В Учреждении ФГУ ИК-54 (адрес: 624400, гор. Новая Ляля Свердловской области, ул. Бажова, 89) нарушаются конституционные права человека и гражданина Журилова Юрия Владимировича. Будучи осужденным Кировградским городским судом в отбывании наказания в общем режиме – направлении в ФГУ ИК-2, а затем в в ФГУ-54, с июля 2005 года, беспрерывно, отбывает наказание в ШИЗО и ПКТ.

14 июня 2007 года постановлением судьи Новолялинского районного суда Прядко А.А. был переведен на тюремный режим отбывания наказания на оставшийся срок и с 14 июня, беспрерывно, находится в одиночной тюремной камере. 7 сентября 2007 года кассационной инстанцией Свердловского областного суда Постановление Новолялинского районного суда от 14 июня 2007 года было отменено, но он по- прежнему находится в одиночной тюремной камере, больной туберкулезом, хотя осужден на общий режим отбывания наказания. Никакого постановления Новолялинского районного суда, а также Свердловского областного суда - о заключении Журилова Ю.В. в одиночную тюремную камеру - нет.

Просим дать ответ, на каком законном основании Журилов Ю.В. находится в одиночной тюремной камере в ФГУ ИК-54? Считаем, что юридических оснований для содержания Журилова Ю.В. в одиночной камере ПФРСИ не имеется!


Как руководителя судебной системы РФ, просим Вашего срочного вмешательства в творимые беззакония и поручить соответствующим структурам проверить изложенные и иные выявленные факты, принять меры к виновным, в установленном законом порядке.


Приложение:
1. Копия сопроводительного письма ФГУ ИК-13 от 22.08.2007г. и справка о наличии взысканий осужденного Трепашкина М.И. - 2 стр.
2. Копия письма №68-29-877 от 02.05.2007 ГУФСИН по Свердловской области - 1л.


Председатель совета координаторов,
координатор ООД «За права человека» по УрФО
В.А. Шаклеин

Обращение защитника М.И. Трепашкина В.А. Шаклеина в Верховный Суд РФ

МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ПРАВ ЧЕЛОВЕКА -
отделение Общероссийского Общественного Движения
«ЗА ПРАВА ЧЕЛОВЕКА»
РОССИЯ: 620137, гор. Екатеринбург, а/я 382, т/ф (343) 365-11-47, Е-mail: vashin@rambler.ru

Председателю Верховного Суда
Российской Федерации
ЛЕБЕДЕВУ В.М.
гор. Москва, ул. Ильинка, 7/3

Уважаемый Вячеслав Михайлович!

Просим Вас, срочно обратить внимание на факты вопиющего судейского беззакония в отношении заключенных, длительное время находящихся в одиночных камерах ПФРСИ в системе ГУФСИН по Свердловской области, но осужденных судебными органами на более мягкие режимы отбывания наказания: колонии-поселения, общие режимы. Считаем такую практику нарушениями прав человека и гражданина в России.

1. В учреждении ФГУ ИК-13 ГУ ФСИН РФ по Свердловской области (адрес:622013, гор Нижний Тагил, ул. Фестивальная), нарушаются конституционные права человека и гражданина Трепашкина Михаила Ивановича, со стороны судьи Тагилстроевского районого суда Ильютик Д.А. Будучи осужденным за деяния средней тяжести к не стражному режиму - направлен в колонию-поселение, находящейся на территории общего режима. Постановлением судьи Ильютика Д.А. от 9 марта 2007 года, Трепашкин М.И. оказался переведенным в тюремную одиночную камеру ПФРСИ ФГУ ИК-13, где удерживается под стражей в условиях тюремного режима, уже более 6 месяцев. При этом он был помещен под стражу в ПФРСИ, не являясь ни подозреваемым, ни обвиняемым по какому-либо другому делу - тяжело больного бронхиальной астмой 1V степени тяжести человека.

Вопреки всем законам Российской Федерации и общепринятых международных норм, судья Ильютик Д.А. действовал под влиянием Нижнетагильской гарнизонной военной службы. При этом постановления о применении к нему такой меры пресечения, заключения под стражу, продления срока содержания под стражей, в соответствии с ч.2 ст.256 и ст. 108 УПК РФ – не выносилось! Ни одна норма российского законодательства не дает права перевода лица, осужденного к режиму колонии-поселения - сразу в условия тюремного режима и подвергать одиночному содержанию на протяжении столь длительного времени – более 6 месяцев. Такая мера наказания возможна лишь в по отношению к осужденным пожизненно или особо опасным рецидивистам, отбывающим наказание в исправительной колонии особого режима (п.»в» ч.4 ст.78, п «г» ч.1 ст.115 УИК РФ, п. «г» ч.1 ст.58 УК РФ).

Защита не имеет возможности обжаловать незаконные действия судьи в порядке ч. 11 ст.108 УПК РФ, т.к. Трепашкин М.И. заключен под стражу без постановления о применении к нему такой меры пресечения и содержится длительное время под стражей, без продления сроков содержания. В суд же кассационной инстанции материалы более шести месяцев не отправлялись. Кроме того, 21 июля 2007 года истекли сроки давности по всем имевшимся у Трепашкина М.И. взысканиям и в соответствии с ч. 8 ст. 117 УИК РФ, он считается лицом, не имеющим взысканий.

2. В Учреждении ФГУ ИК-54 (адрес: 624400, гор. Новая Ляля Свердловской области, ул. Бажова, 89) нарушаются конституционные права человека и гражданина Журилова Юрия Владимировича. Будучи осужденным Кировоградским городским судом в отбывании наказания в общем режиме – направлении в ФГУ ИК-2, а затем в в ФГУ-54, с июля 2005 года, беспрерывно, отбывает наказание в ШИЗО и ПКТ. 14 июня 2007 года постановлением судьи Новолялинского районного суда Прядко А.А. был переведен на тюремный режим отбывания наказания на оставшийся срок и с 14 июня, беспрерывно находится в одиночной тюремной камере. 7 сентября 2007 года кассационной инстанцией Свердловского областного суда Постановление Новолялинского районного суда от 14 июня 2007 года было отменено, но Журилов Ю.В. по-прежнему находится в одиночной тюремной камере, больной туберкулезом, хотя осужден на общий режим отбывания наказания. Никакого постановления Новолялинского районного суда или Свердловского областного суда - о заключении Журилова Ю.В. в одиночную тюремную камеру - нет.

3. Уважаемый Вячеслав Михайлович! Описанное беззаконие не только позорит наши суды перед гражданами России, но и подрывает авторитет российского правосудия на международной арене. Как руководителя судебной системы РФ, просим Вашего срочного вмешательства в творимые беззакония и поручить соответствующим структурам проверить изложенные и иные факты и принять меры к виновным, в установленном законом порядке.


Приложение:

1. Копия сопроводительного письма ФГУ ИК-13 от 22.08.2007г. и справка о наличии взысканий осужденного Трепашкина М.И. - 2 стр.
2. Копия письма №68-29-877 от 02.05.2007 ГУФСИН по Свердловской области - 1л.

Председатель совета координаторов,
координатор ООД «За права человека» по УрФО
В.А. Шаклеин

Отчёт о пресс-конференции, посвящённой М.И. Трепашкину

14 сентября в Независимом пресс-центре в Москве состоялась пресс-конференция на тему: «Издевательство над политзаключенным: Михаил Трепашкин полгода незаконно находится в одиночной камере.» В пресс-конференции участвовали: адвокат Е.Л.Липцер и секретарь Общественного комитета в защиту Михаила Трепашкина М.А.Кригер.

Как заявила адвокат М.Трепашкина Елена Липцер, многочисленные нарушения российского законодательства сопутствуют делу Трепашкина с самого начала, с его ареста осенью 2003 г., когда в его автомобиль был открыто подброшен пистолет. В настоящее время вопиющим фактом беззакония является то, что Михаил Иванович уже более полугода содержится в одиночной камере, в то время как, согласно приговору, ему было определено наказание в виде колонии-поселения.

В результате фабрикации обвинения о нарушении режима (якобы Трепашкин не поздоровался с представителем администрации и совершил ещё ряд подобных прегрешений), Тагилстроевский районный суд решил перевести Трепашкина на более жесткий общий режим до окончания срока его заключения 19 декабря 2007 года. Однако это постановление суда в законную силу не вступило, так как было обжаловано в Свердловский областной суд. Кассационное рассмотрение этого дела, которое уже несколько раз откладывалось, назначено на 10 октября. Таким образом, с 9 марта 2007 года Трепашкин содержится под стражей без судебного решения.

По информации уральского адвоката Михаила Трепашкина Л.Б.Косик и защитника В.А.Шаклеина, «все наказания Трепашкина, согласно справке администрации колонии, погасились по истечении года, и нет никаких оснований содержать М.Трепашкина в условиях одиночной камеры.» В связи с этим, была затронута тема использовании против Трепашкина психологических методов, а именно: сенсорной депривации, то есть лишение человека сенсорных впечатлений. М.Трепашкин, как сообщила адвокат Л.Б.Косик, «содержится в условиях сверхизоляции, все прилегающие камеры пусты, в них никто не помещается». Известно, что этот психологический прием используется для того, чтобы вызвать у человека стойкую депрессию, апатию, бессонницу.

Адвокатом Е.Липцер было высказано убеждение, что администрация колонии, выполняя заказ сверху, намеренно затягивает дело, собираясь удерживать Трепашкина в условиях одиночной камеры до окончания его срока. Видом пытки назвала Е.Липцер содержание астматика Трепашкина (у него IV степень аллергической бронхиальной астмы) в камере-одиночке, так как во время приступа у него даже нет возможности позвать врача.

Также на пресс-конференции обсуждались обращения адвокатов в Европейский суд по правам человека. Всего в Страсбургский суд по делу Трепашкина было направлено три жалобы. По первой жалобе, на бесчеловечные условия содержания в СИЗО г.Дмитрова, поданной в 2003 году, решение ЕСПЧ было положительным, и суд обязал Россию выплатить Трепашкину компенсацию за причиненный ущерб. По второй жалобе, поданной в марте 2005 года, уже сейчас, по словам Е.Липцер, идет коммуникация, следовательно, по ней скоро будет принято решение. А как известно, удовлетворение в ЕСПЧ двух жалоб обычно влечет пересмотр дела. Третья жалоба в Страсбургский суд была подана в сентябре 2006 года. В среднем решение по жалобе приходится ждать около четырех лет. Е.Липцер высказала опасение, что именно сейчас, когда у М.Трепашкина заканчивается срок заключения, по отношению к нему могут быть устроены провокации, чтобы добавить срок.

В заключение Елена Липцер и Михаил Кригер обратились к присутствующим с призывом как можно шире информировать общество об адвокате Михаиле Трепашкине, который подвергается преследованиям властей за разоблачение фактов коррупции в ФСБ России и за попытку объективного расследования взрывов жилых домов в 1999 году.

Татьяна МОНАХОВА

Ответ М.И. Трепашкина Г. Резнику

ПРЕЗИДЕНТУ МОСКОВСКОЙ АДВОКАТСКОЙ ПАЛАТЫ
г-ну РЕЗНИКУ Г.М.

УВАЖАЕМЫЙ ГЕНРИ МАРКОВИЧ !

Ваша телеграмма со словами поддержки меня как незаконно преследуемого адвоката – оживила угасающие надежды на то, что я не забыт адвокатским сообществом, о принадлежности к которому я гордился.

Я честно и самозабвенно начал работу в качестве адвоката Московской коллегии адвокатов «Межрегион» с января 2001 года. Помогал мне в этом более чем 20-летний стаж следственно-оперативной работы в органах госбезопасности страны и налоговой полиции. За относительно короткое время я провёл более 100 адвокатских дел, из которых лишь 3 дела остались с арестованными лицами из-за моего ареста ( не завершёнными остались более 40 дел). Я легко крушил беззаконие ещё на стадии предварительного следствия, имея клиентов и из правительственного окружения и из беспризорников. Наряду с защитой, я активно занялся проблематикой социальной юриспруденции: анализом рецидива среди несовершеннолетних и проблем практического правосудия по этой категории лиц (ювенальная юстиция); качеством судебных процессов ( много работ и встреч с ответственными должностными лицами я посветил борьбе за то, чтобы в соответствии с ч. 6 ст. 37 УПК РФ лишить права малообразованных помощников прокуроров поддерживать обвинения в судах) и т.п. Всего более 10 направлений работы. И продвижки были кое-где неплохие. Я в 1999 году передал ряд проектов в Государственную Думу ФС РФ, в том числе проект закона о создании единого вневедомственного следственного комитета (над этим проектом я работал с 1985 года). И я знаю, что уже в 1999 году Путин В.В. создал рабочую группу по нескольким моим проектам.

Но, затем, власти решили мне продемонстрировать, что нельзя тревожить всемогущих, даже если они и нарушают законы и права граждан. И нельзя защищать тех, кого власти преследуют. Таким образом, я сам стал преследуемым.

Я был за себя спокоен, ибо являлся чрезмерным педантом в соблюдении норм закона и правил человеческого общежития. Я даже в «пробках», образовывавшихся на улицах Москвы, никогда не нарушил правил. Дорогу переходил только в положенном месте. Никогда не носил с собой даже перочинного ножа. Я считал себя неуязвимым.

Преследователи использовали мою безотказность в помощи людям. Вначале ко мне с различными вопросами зачастил полковник ФСБ Шебалин В.В. (как оказалось, тщательно изучавший обстановку о возможности подброса в квартиру патронов), а затем была проделана со мной как адвокатом просто дикая операция. Я считаю необходимым осветить её.

Моими преследователями было формально оформлено возбуждение уголовного дела по придуманному ими же «преступлению» в городе Дмитрове Московской области. Оно даже прошло регистрацию. Ко мне подвели агента под видом подозреваемого по этому «преступлению» - Борисова М.А. Это дело через ГУВД Московской области (можете представить, на каком уровне решалась эта провокация) было передано в СУ УВД Дмитровского района Московской области следователю Стрелковой, которая меня как адвоката вытаскивала на день захвата в городе Дмитрове. Даже были сделаны документы, что мой клиент сидел в ИВС УВД города Дмитрова. Я быстро понял всё, как только начались первые следственные действия по «делу Борисова». Но, выбраться из засады, обложенный десятками (!) сотрудников спецслужб, я уже не смог. Мне нагло бросили сумочку с пистолетом в автомашину и арестовали. Я скоро выяснил, что «дело Борисова» было вымышленным, клиент подставной и что он реально не находился в ИВС (мне это и порядочные сотрудники МВД потом подтвердили, включая следователя Стрелкову). Очень хотелось бы, что бы Вы как руководитель Московской адвокатской палаты довели о таких приёмах провокаций до сведения других адвокатов.

Чтобы «отшить» защитников общественности и создать особый криминальный фон дела, мне подбросили пистолет с преступной «родословной», якобы он был утрачен при попадании чеченских боевиков на таможенный пост в городе Грозном. Используя свой следственный опыт, я даже сидя в камере, установил, что этот пистолет был изъят силовиками у чеченского таможенника Джабраилова и больше не терялся. Но это было позже. А тогда – 22 октября 2003 года - меня сразу записали (для окружения) в пособники чеченских боевиков, готовивших покушение на Путина. При этом нагло подтянули информацию о задержании в Лондоне моих клиентов Алёхина и Понькина, которые, якобы, ездили туда договариваться о таком покушении.

Это преступно сфабрикованное дело удалось разбить. Но прошло почти 2 года. И оно создано было для подпорки другого, более хлипкого дела по подбросу патронов в квартиру на моё рабочее место (где я принимал клиентов) и по обвинению меня в разглашении государственной тайны. Я не буду останавливаться на других приёмах фабрикаций, хотя и их полезно было бы знать адвокатскому сообществу и общественности в целом. Это слишком объёмный материал.

Я хотел бы остановиться на грубейших нарушениях законодательства Российской Федерации об адвокатской неприкосновенности. И, при том, лишь на уголовном деле, находившимся в производстве следователя Главной военной прокуратуры Владимирова В.Ю. по ч. 1 ст. 222 и ч. 1 ст. 283 УК РФ. ( По «Дмитровскому делу» судом было установлено, что нарушены были мои права и законодательство об адвокатской неприкосновенности. И надо бы этот факт иметь в виду !)

А по делу Главной военной прокуратуры, т.е. по которому я отбываю наказание, был откровенный бандитский произвол и грубейшее попрание моих прав как адвоката. Я укажу лишь несколько обстоятельств. Вы – опытнейший адвокат и великий юрист. И не буду много описывать по вопросу подследственности и подсудности уголовных дел. Мне вменены деяния, предусмотренные частью 1 ст. 222 и ч. 1 ст. 283 УК РФ. Я уволился из органов ФСБ РФ в мае 1997 года. Деяния (по приговору) относятся к периодам, когда я не имел отношения не только к военной службе, но и к службе в ФСБ РФ.

По ч. 1 ст. 222 УК РФ охватывают время с 3 мая 1999 года по 22 января 2002 года, по ч. 1 ст. 283 УК РФ – август 2001 года и февраль 2002 года. То есть, период моей работы в налоговой полиции (с 3 мая 1999 года по 30 августа 2000 года) и адвокатской деятельности (2001 – 2002 гг.). Ни одно из деяний не относится к подследственности военной прокуратуры! И подсудности военного суда тоже!

Надзирающие прокуроры из 1 отдела 6 управления Главной военной прокуратуры открыто мне заявили, что в моих деяниях состава преступления нет. Что по этой причине следователи ФСБ РФ, которые обязаны расследовать данное уголовное дело (ч. 4 ст. 151 УПК РФ), отказались взять его в производство. Но меня всё равно осудят по беспределу, ибо есть заказ «сверху», чтобы лишить меня статуса адвоката и отвести от дела по подрыву домов в Москве, поэтому руководители Главной военной прокуратуры и Военной коллегии Верховного Суда РФ уже сговорились об осуждении меня по любым надуманным основаниям. Вот так моя судьба была решена задолго до суда! От надзирающих прокуроров я узнал об этом осенью 2002 года. Но я не верил, что такое преступное беззаконие прокуроров и судей возможно. Оказалось, что возможно.

В январе месяце 2003 года Главная военная прокуратура обратилась в Московский гарнизонный военный суд с представлением о даче заключения о наличии в моих действиях как адвоката состава преступления и о даче согласия на привлечения меня в качестве обвиняемого. 17 марта 2003 года судья Московского гарнизонного военного суда Ткачук Н.Н., несмотря на сильнейшее давление, отказал в даче согласия на привлечение меня как адвоката в качестве обвиняемого как по ч. 1 ст. 222, так и по ч. 1 ст. 283 УК РФ.

Уголовное дело по этим статьям подлежало прекращению по ч. 1 ст. 24 УПК РФ (как минимум). Но ведь существовал противоправный заказ.

24 марта 2003 года, в нарушение ч. 1 ст. 391 и п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ, следователь Владимиров В.Ю. вместо прокурора (!?), явно превысив свои должностные полномочия, без согласия суда привлёк меня к уголовной ответственности в качестве обвиняемого как по ч. 1 ст. 222, так и по ч. 1 ст. 283 УК РФ. 19 мая 2004 года судья Московского окружного военного суда Седов С.П. с таким же дерзким игнорированием требований УПК РФ, в том числе глава 52 Кодекса, незаконно меня осудил по названным статьям Уголовного кодекса РФ, при отсутствии доказательств моей вины.

Уважаемый Генри Маркович! Не столько ради себя, сколько ради опасности для адвокатской деятельности в России явлений беспредела я обращался за защитой в Московскую адвокатскую палату и Федеральную палату адвокатов (к г-ну Семеняко), указывая, что ситуация по моему делу служит своеобразным полигоном для отработки схем преследования адвокатов в дальнейшем. Я не почувствовал и не увидел должной реакции. А из ФПА в адрес администрации СИЗО-2 города Волокаламска пришло 2 письма на мои обращения, что в моей ситуации не видят нарушения моих прав как адвоката (!?). И это уже после того, как Мособлсуд в решении от 31 октября 2003 года прямо указал об имевших место нарушениях адвокатской неприкосновенности. Кроме того, отвечающий чиновник не учёл, что много лет переписка ведётся напрямую с обвиняемым, осуждённым (ч.2 ст. 91 УИК РФ и др.), а ответы пришли на администрацию и то подшили ответы к делу, даже не уведомив меня о них.

Из СМИ знаю, что после меня не один десяток адвокатов подвергся необоснованным преследованиям в России: Москаленко Карина, Астахов Павел, Кузнецов Борис и др.

Особенно неприятным, омерзительным для меня как гражданина России и юриста был случай с Кузнецовым Борисом, за адвокатской деятельностью которого я слежу с начала 90-х годов. И вот уважаемый человек, известнейший адвокат, словно заяц, бежит за границу и вынужден огрызаться шантажом. Позор для нашего общества и адвокатского сообщества, в частности. Тем более что в действиях Кузнецова отсутствует состав преступления, о чём я как специалист по расследованию подобных преступлений могу заявить, исходя из опубликованных в СМИ сведений. Это прямо следует, как из положений ст. 7 Закона РФ «О государственной тайне», так и из понятия «государственная тайна», где обязательно наличие таких признаков, как:

а) наступивший или возможный ущерб безопасности Российской Федерации как государству! Не органам предварительного следствия. Как писали ранее, т.е. ещё советские эксперты в области охраны гостайны, должна быть угроза высшей безопасности государства. Откуда она в действиях Кузнецова?

б) должен быть обязательно определён наступивший или возможный ущерб. (ст.ст. 2 и 8 Закона РФ «О государственной тайне»).

Мне можно было бы позлорадствовать после случая с Кузнецовым, мол, вот результат бездействия адвокатского сообщества на необоснованные преследования адвокатов, провокации в отношении них и фабрикации дел. Но мне было досадно и обидно за этого человека, входящего в число тех, кто формирует лицо адвокатского сообщества России. И я, хотя как бы и сторонний сейчас человек, но признателен Вам, Генри Маркович, что так боевито вступились за Кузнецова.

Уже давно назрел вопрос для серьёзных протестных заявлений в адрес руководства России по прекращению нарушений прав адвокатов и их необоснованных преследований. Моя ситуация, после проведения квалифицированной правовой экспертизы приговора, даст великолепный материал для таких заявлений.

Надо почаще говорить и о том, что в России нарушаются и не соблюдаются «Основные принципы участия адвокатов», принятых на Восьмом Конгрессе ООН по предотвращению преступности и обращению с правонарушителями в 1990 году Нужно, в целях более эффективного противодействия случаев необоснованных преследований адвокатов налаживать более тесное сотрудничество с Центром независимости судей и адвокатов (ЦНСА) Международной комиссии юристов и Специальным докладчикам ООН по независимости судей и адвокатов.

Я нахожусь в условиях глухой изоляции от общества, будучи незаконно подвергнут сенсорной депривации, осуждаемой во всём цивилизованном мире. Я не знаю, как разрешалась ситуация с делом Бориса Кузнецова (которому я искренне желаю удачи), но его дело должно быть серьёзной причиной для защитных действий со стороны Московской адвокатской палаты. Иначе мы будем в ожидании очередных жертв!

Мне очень приятно было получить телеграмму от Вас как президента Московской адвокатской палаты ещё и по той причине, что в 2007 году в Интернете появились негативные высказывания в мой адрес, в частности, со стороны адвоката Князева Андрея, с явной клеветой человека, не владеющего ситуацией и материалами дела. И я уж начал подумывать о неприятии меня адвокатским сообществом (хотя я ни в чём не виновен). Проверкой было установлено, что это тоже провокационный трюк – Князев А.Г. подобных высказываний не имел и кто-то воспользовался его именем.

Уважаемый Генри Маркович! Спасибо большое Вам лично, а также адвокатскому сообществу Москвы, России (от них тоже много получаю слов в поддержку), многим международным адвокатам, МКЮ, за поддержку и добрые слова, ибо очень тяжело отсидеть в местах лишения свободы без какой-либо вины более 4-х лет! И, при том, не в колонии-поселении, как определено приговором суда, а в тюремных условиях режима, предназначенного для убийц-пожизненников. И думать постоянно, что за несколько тысяч километров отсюда растут одни дети. И не знать, что тебя ждёт впереди, ибо жизнь уже сильно изменилась.

С уважением, М.И. ТРЕПАШКИН.

12 сентября 2007 года.

P.S. Извините за стиль и почерк. Сказывается то, что 7-ой месяц нахожусь в тюремной камере-одиночке.

Примечание:
подлинник письма хранится в адвокатском кабинете «Л.Косик», текст отпечатан по просьбе М.И.Трепашкина, т.к. он считает чтение своего рукописного текста затруднительным.

ПРИГЛАШЕНИЕ НА ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЮ

ИНФОРМАЦИОННОЕ АГЕНТСТВО "ЗА ПРАВА ЧЕЛОВЕКА"
Общероссийское общественное движение “За права человека”
125009, Москва, М. Кисловский переулок, д.7, корп.1, пом. 21
тел. (495)291-62-33, т/ф (495) 974-75-46, e-mail: news@zaprava.ru; http://zaprava.ru/

В пятницу, 14 сентября в 12 в Независимом пресс-центре (расположен по новому адресу: ул. Пречистенка, дом 17/9, офис 44, первый этаж, вход с Барыковского переулка, второй подъезд от угла под строительными лесами, код 44 колокольчик, почти напротив Дома ученых (проезд м. «Кропоткинская») пройдет пресс-конференция

«Издевательство над политзаключенным: Михаил Трепашкин полгода незаконно находится в одиночной камере.»

Аккредитация на месте.

Участвуют:

Липцер Елена Львовна, адвокат
Бровченко Сергей Васильевич, адвокат
Пономарев Лев Александрович, исполнительный директор ООД "За права человека"
Кригер Михаил Александрович, секретарь Общественного комитета в защиту политзаключенного адвоката Михаила Трепашкина

На пресс-конференции будет рассказано о последних изменениях в ситуации с Михаилом Трепашкиным.

Адвокат Михаил Трепашкин был приговорен Московским окружным военным судом к отбытию наказания в колонии-поселении на срок 4 года. В результате фабрикации обвинений в нарушении режима Тагилстроевский районный суд решил перевести Трепашкина в колонию на общий режим до окончания срока – 19 декабря 2007 г. Это постановление в законную силу не вступило, оно обжаловано в Свердловский областной суд, при кассационном рассмотрении дело было возвращено в первую инстанцию для устранения процессуальных нарушений.

В результате, начиная с марта 2007 г. М.И. Трепашкин находится в одиночной камере. Сейчас он помещен в одиночную камеру ПФРСИ ФГУ ИК-13, несмотря на то что, в соответствии с приговором суда ему определен режим колонии-поселения.

В течение года Трепашкин взысканий не имел и они с него сняты, он страдает бронхиальной астмой 4 степени тяжести, а сейчас подвергается пытке изоляцией. Помещение заключенного в одиночную камеру – это наказание, применяемое за серьезное нарушение режима. Вопреки российским законам и Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, Трепашкин отбывает наказание в значительно более тяжких условиях, чем ему определил суд – в крохотной одиночке при колонии.

Будут представлены новые факты и документы.

Телеграмма в поддержку М.И. Трепашкина от Г. Резника

ФГУ ИК-13 ПФРСИ
ТРЕПАШКИНУ. М. И.
-----------------------------------------------------------------------
622013 г. Нижний Тагил Свердловской области
ул. Фестивальная.


Уважаемый Михаил Иванович!

Посчитал своим профессиональным нравственным долгом поддержать Вас во время тяжких испытаний, выпавших на Вашу долю. Никогда ни минуты на сомневался в Вашей невиновности. Надеюсь в скором времени Вы сможете вновь возобновить адвокатскую деятельность.

Мужества Вам не занимать. Желаю мудрого терпения.

Президент адвокатской палаты Москвы
Г. Резник

Враг государев не должен видеть небо!

Послан по спецнаряду

Совсем недалеко от колонии ИК-13 -- Нижнетагильский металлургический завод. Завод, выдыхающий клубы оранжевого ядовитого дыма. Дыма, от которого режет глаза и легкие. Дыма, от которого трудно дышать. Особенно ночью. Особенно когда у тебя астма.

"Сотрудники колонии проболтались мне, - говорит Михаил Трепашкин, - что я послан сюда спецнарядом. Эта норма применялась в КГБ СССР, когда надо было отправить человека так, чтобы он не вернулся.

Во времена своей работы в КГБ (в тот момент я занимался контрабандистами) я первый раз столкнулся с этой процедурой. Мне нужен был в качестве свидетеля Резниченко Виталий, осужденный за попытку контрабанды и назначенный на рудники в Джезказган. Там зэки чистили шахты после атомных взрывов. Жили на такой работе недолго... Спецнаряд Резниченко получил за отказ сотрудничать с КГБ в вербовке иностранных дипломатов. Я пытался добиться его перевода, мне ответили: "Он там по спецнаряду -- он там и сгинет!"

7.03.07 я попал на свидание к Михаилу Трепашкину. Пройти благодаря многомесячным усилиям екатеринбургских правозащитников удалось без проблем. Еще полтора месяца назад, несмотря на то что заключенные колонии-поселения имеют право не только свободно принимать посетителей, но и свободно выходить в город, в колонию к Михаилу не пускали. О том, что его не выпускали (не выпускают и сейчас), - говорить излишне. Иногда охранники не давали возможности Трепашкину встретиться даже с защитниками. Так, 21 апреля 2006 года сотрудники колонии, применив физическое насилие, не пустили к Михаилу его защитника, Сергея Кузнецова.

Для свидания нам выделили комнату медпункта колонии. "Небольшая обзорная экскурсия, - говорит Михаил, показывая в окно на маленькую сараюшку из белого кирпича, - это карцер, тут я сидел, когда на улице мороз 35 градусов был. Комнатка в половину этой. Два метра в длину, в ширину полтора. На потолке лед. По закону в карцере должно быть +16. Надзиратели приносили нагреватель, включали, клали прямо над ним на табуретку термометр. Через полчаса - в это время с потолка начинала течь талая вода - смотрели на термометр и говорили: "В камере 16 - все по закону". Выключали обогреватель и уносили его вместе с термометром. Вода еще некоторое время текла, затем замерзала на одежде. Так вот свитер сломал".

"Я сижу с 22 октября 2003 года, - рассказывает Трепашкин. - Сижу за то, что раскрывал людям глаза на преступления военной верхушки, сижу за то, что расследовал взрывы домов в Москве, сижу за то, что не желал скрывать правду!

Став адвокатом семьи Морозовых (во время взрывов домов погибла мать), я быстро обнаружил, что расследование тормозится. Этим делом занимались многие правозащитники, но я (Трепашкин в свое время был ведущим следователем Лефортово) смог копать эту историю профессионально. Почти сразу же обнаружил фальшь и фабрикации. Мне говорили: "Прекратите расследование - оставим вас в покое. Я так не мог!""

Атаку на врага государства повели с нескольких сторон сразу...

"Я - убийца Путина"

"22 октября 2003 года в доме у меня провели обыск по линии военной прокуратуры. Было найдено 26 патронов и более тысячи листов "секретных материалов". Возглавляли список изъятого и отправленного на экспертизу (установить секретность) тома Маркса, Энгельса, Ленина, - вспоминает Михаил. - ФСБ вести в отношении меня дело о разглашении гостайны отказалась. Я не давал подписку о неразглашении - значит, привлечь за разглашение нельзя.

Дело мое начала вести военная прокуратура, потом его слушал военный суд".

Однако, чтобы бросить адвоката в СИЗО, бумаг сомнительной секретности и патронов сомнительного происхождения было мало.

"Это была клиентская подстава. Приехал, вижу, что-то не то происходит. Следователь не тот, свидетель не понимает, зачем вызвали. Уезжаем. Меня тормознули. "У нас есть ориентировка, - говорят, - что вы оружие перевозите". Багажник посмотрели, в бардачке. Потом иду на пост ГАИ за документами, мне говорят: "Идите обратно. Смотрите под задним сиденьем". Поднимаю сиденье, опускаю - летит подсумок из брезента, падает. Говорю: "Заберите, это не мое". Они говорят: "Изымается пистолет!"

Они потом долго спорили, что записывать "Иж" или "Макаров". Спрашиваю: "Зачем вам надо?" Они с ухмылкой: "Ну, значит, кому-то надо".

Сначала суд отказался дать санкцию на арест адвоката, тогда меня незаконно пять дней по ИВС (пока не получили разрешения) возили. А прокурорша на процессе истошно орала: "Не дам свободу убийце Путина!" А я и не знал, что рядом с тем местом, на которое меня заманили, Путин себе летнюю горнолыжную трассу построил".

После того как Трепашкин оказался за решеткой и не смог защищать себя сам, руки у бандитов были развязаны.

"Свидетельница Вратских Мария Николаевна, 1984 года рождения, видевшая подброс патронов, была убита через неделю после моего ареста, - рассказывает Михаил. - Официальный диагноз - смерть от "передоза". Наркотики она никогда в жизни не употребляла".

Дело о блуждающей пуле и чьем-то пистолете

Третьим инкриминированным неуживчивому адвокату поступком был сбыт патрона земле (!).

Дело в том, что Трепашкин в свое время изъял у ребенка патрон, увез в лес и уничтожил, отстреляв из табельного пистолета.

В этот момент Михаил работал в налоговой полиции и имел полное право на хранение и ношение оружия и боеприпасов. Следствием сие деяние было трактовано как незаконное приобретенье патрона (у ребенка!), незаконная транспортировка и сбыт (земле!).

Естественно, это было сделано не для того, чтобы продемонстрировать принцип превосходства российского права над здравым смыслом (это получилось попутно), а затем, чтобы попрочнее привязать подкинутый пистолет к Трепашкину.

Было организовано два выезда следственной группы на "место сбыта". Со второго раза пулю нашли.

"Хорошо сохранилась пуля, - вспоминает Михаил, - аж блестела".

Первая экспертиза показала, что выстрел мог быть произведен из табельного пистолета Трепашкина (если у пистолета нет характерных особенностей, экспертиза дает результат по одной пуле с достоверностью 30%). В Дмитрове эксперт-чудотворец установил: стреляли из незаконного "трепашкинского" ствола с вероятностью 100%.

По непроверенным данным, эксперт получил гонорар - бутылку водки.

"Я потом сверил оба протокола, - рассказывает Трепашкин, - не совпал ни один параметр из двенадцати, включая металл, из которого была изготовлена исследуемая пуля".

Судебная экспертиза показала, что пистолет не мог быть подложен под сиденье (из-за конструктивных особенностей сиденья). Обвинение предположило, что пистолет лежал в сеточке на спинке переднего сиденья и выпал оттуда. Была проведена проверка - в эту сеточку пистолет в подсумке тоже не входил.

Кроме этого, Трепашкин, подняв документы, выяснил, что пистолет в 1996 году действительно был изъят, но не боевиками у федералов (так утверждало обвинение), а федералами у чеченского таможенника (в связи с выводом войск из Чечни), и с тех пор не терялся.

Интересные метаморфозы претерпела история поруганной гостайны.

Тома Маркса и Энгельса, а также все остальное, изъятое у Михаила при обыске, из дела выпали, а появились три тома старых сводок прослушивания телефонных переговоров членов гольяновской объединенной преступной группировки (в них, по мнению следствия, содержались данные о методах работы ФСБ), которые Трепашкин якобы передал на хранение своему "другу" Виктору Шебалину. Ну, а "друг оказался вдруг" и принес материалы в компетентные органы, но...

Но подписки о неразглашении Трепашкин не давал. А нет подписки - нет ответственности за разглашение. Кроме подписки, составом разглашения гостайны является нанесенный государству вред, а в чем сей вред состоял, обвинение так и не пояснило. И, наконец, "друг", коему Трепашкин выдал гостайну о методах работы ФСБ, сам был полковником ФСБ.

Московский окружной военный суд впаял Михаилу за разглашение гостайны и незаконное хранения боеприпасов четыре года колонии-поселения. Дмитровский городской суд признал Трепашкина виновным в незаконном хранении оружия и назначил ему два года в колонии-поселении (общий срок, путем частичного сложения с уже назначенным, составил пять лет).


Впоследствии приговор за подброшенный пистолет был отменен, но приговор за разглашение остался в силе.

Михаилу удалось добиться освобождения по УДО, но...

Но молчать он не стал. Состоялась пресс-конференция в Москве.

Михаилу рассказывали, что начальник отряда, допустивший освобождение Михаила, узнав о пресс-конференции, завыл нечеловеческим голосом: "Что со мной будет!" -- и убежал к себе в кабинет. Сквозь дверь кабинета еще долго раздавался дикий вой и звуки, напоминавшие удары головой об стол. Предчувствие начальника не обмануло. Он, как и другие госслужащие, допустившие освобождение "врага государева", был наказан - понижен на два чина. Судя по всему, новая администрация не намерена повторять эту ошибку. Они не хотят выпускать Михаила. Совсем.

В колонии-поселении Михаила заставляли работать с сильнодействующими химическими веществами. На Михаила фабриковали протоколы об административных взысканиях, а затем бросали в ледяной карцер. Насколько то и другое сказывается на здоровье астматика, объяснять излишне. В тот момент, когда Михаила бросили за решетку, у него была астма первой степени, сейчас астма четвертой степени плюс масса сопутствующих заболеваний.

Впрочем, у налагаемых взысканий была еще одна цель. Обосновать смену режима Михаилу с колонии-поселения на общий. То есть полностью изолировать Михаила от внешнего мира. Полностью лишить его возможности общаться с журналистами и правозащитниками. И, соответственно, получить возможность творить с Михаилом все что угодно.

Не виновен - не имеет отношения к делу

10 апреля 2006 года в Тагилстроевском районном суде города Нижнего Тагила началось рассмотрение представления администрации колонии ИК-13 о смене Михаилу Трепашкину режима содержания. 9 марта 2007 года состоялось последнее судебное заседание.

Судья Ильютик Дмитрий Александрович отказался удовлетворить ходатайства Михаила Трепашкина о вызове свидетелей и приобщении документов, подтверждающих фабрикацию против него дисциплинарных взысканий, как не имеющих отношения к делу.

К делу не относилось, что в тот момент, когда Трепашкин проявил неуважение к офицеру, не поздоровавшись с ним (первое нарушение), он разговаривал с офицером более высокого ранга и прервать разговор не имел права. Кроме того, тюремщик подошел со спины, а глаза на затылке заключенные иметь не обязаны, даже по российскому Уголовно-исполнительному кодексу.

Трепашкин (его выпустили в город для покупки медикаментов) не пытался пронести спиртосодержащее в зону. Приобретенная для дезинфекции после уколов туалетная вода "Озон" была предъявлена на вахте вместе с другими лекарствами (медикаменты, которые заключенным запрещается хранить у себя, передаются врачу через вахту). Подтверждено свидетельскими показаниями. Но, оказывается, отношения к делу не имеет.

Трепашкин не оскорблял тюремного служащего по медицинской части (назвать врачом язык не поворачивается). Наоборот, "лекарь" отказал ему в медпомощи в крайне оскорбительной форме. Подтверждено свидетельскими показаниями. Отношения не имеет.

Трое заключенных, чьи докладные (именно так их документы были озаглавлены) подтверждали заявления прокурора о том, что Трепашкин произнес в его присутствии неприличное слово, слово это слышать не могли. Не могли, так как их просто не было в то время и в том месте. Подтверждено свидетельскими показаниями. К делу отношения не имеет.

В соответствии с российским законодательством переписка между адвокатом и клиентом цензуре не подлежит (два последних нарушения Трепашкина - подача жалобы не через спецчасть колонии, а через адвоката).

Наказания в виде заключения в ШИЗО были применены к Михаилу неправомерно, так как по действующему в России законодательству заключенные колонии-поселения заключению в ШИЗО не подлежат.

Прокурор и представитель колонии аргументы защиты опровергать не стали: зачем, если все решено?

После окончания прений сторон судья потратил на подготовку достаточно длинной мотивировочной части решения суда всего 20 минут.

Решение суда вступает в законную силу после суда кассационной инстанции. Видимо, те, кто принимает решения, посчитали, что Трепашкина надо изолировать быстрее. В итоге судья удовлетворил ходатайство прокурора о переводе Трепашкина в помещение, функционирующее в режиме следственного изолятора, еще до вступления решения в законную силу. Условия в ПФРСИ такие, что заставляют серьезно опасаться за жизнь и остатки здоровья Михаила Трепашкина. В настоящий момент к нему не пускают даже защитников, что только усиливает эти опасения.

* * *

Условно-досрочно вышел на свободу судимый за вооруженный грабеж наркоман Кирьянов Сергей (пятое привлечение к уголовной ответственности). Он один из авторов докладной о том, что Михаил Трепашкин оскорбил тюремного "лекаря".

Также был отпущен по УДО Гирфанов О.Х., судимый за сбыт наркотиков.

Он писал докладную о том, что Михаил не поздоровался с психологом ИК-13 Устиновым Г.Н.

Такие люди нужны существующему режиму на свободе.



Адвокат Любовь Косик смогла прорваться к Михаилу Трепашкину. Она сообщает, что только за 14 марта у него было четыре тяжелых приступа астмы. Видимо на это и рассчитывала администрация колонии, поместившая астматика в только что покрашенную, практически не вентилирующуюся камеру.

На данный момент

6.06.07 в областном суде Свердловской области должно было состояться слушанье кассационной жалобы, поданной Михаилом Трепашкиным на решение Тагилстроевского районного суда.

Слушанье не состоялось, так как Михаила "не успели" этапировать из Нижнего Тагила. Сотрудники канцелярии суда сообщили, что дата заседания будет назначена 22 июня, после того как Трепашкин будет переведен в СИЗО N 1 г. Екатеринбурга (бывший Свердловск).

Михаил Трепашкин сообщает через адвоката Любовь Косик, что администрации колонии наконец удалось найти врача, поставившего ему диагноз "астма в легкой степени", после чего Михаил лишился права на бесплатное получение необходимых ему лекарств. На прогулку "врага государева" выводят крайне редко, только в то время, когда нет других заключенных. Прогулочный дворик, сообщает Михаил Трепашкин, закрыт сверху таким количеством решеток, что невозможно увидеть небо.


Александр ЗИМБОВСКИЙ - журналист информационного агентства "Коллективное действие", участник кампании в защиту М. Трепашкина.

Оригинал статьи находится здесь.

Письмо Л.А. Пономарёва В.П. Лукину о незаконном содержании Трепашкина М. И. в одиночной камере

Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации В. П. Лукину

Многоуважаемый Владимир Петрович!

Наша организация защищает права и свободы Михаила Ивановича Трепашкина, находящегося сейчас в одиночной камере №13 ПФРСИ ФГУ ИК-13 ГУФСИН по Свердловской области (г. Нижний Тагил, 622013, Фестивальная ул.).

Кроме того, в личном качествея признан Тагилстроевским районным судом г. Нижний Тагил защитником М.И. Трепашкина.

Как Вам известно, 19. 05.2003 года М. И. Трепашкин был приговорен к отбытию наказания в колонии-поселении на срок 4 года.

Постановлением Тагилстроевского районного суда М. И. Трепашкин был переведен в ИК на общий режим до окончания срока. Это постановление в законную силу не вступило, обжаловано в Свердловский областной суд, при кассационном рассмотрении дело возвращено в первую инстанцию для устранения процессуальных нарушений.

В связи с рассмотрением дела, начиная с 3 марта 2007 года М. И. Трепашкин находится в одиночной камере. Сейчас он помещен в одиночную камеру ПФРСИ ФГУ ИК-13, несмотря на то, что в соответствии с решением суда ему определен режим колонии поселения.

В течение года взысканий не имел. Страдает бронхиальной астмой 4 степени тяжести.

Таким образом, вопреки закону и нормам Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, Трепашкин отбывает наказание в значительно более тяжких условиях, чем ему определил суд.

Прошу Вас о немедленном вмешательстве с целью перевода М. И. Трепашкина на режим, отведенный ему судом, т. е. в колонию-поселение.

С уважением,
Исполнительный директор ООД «За права человека»
Л. А Пономарев.

Жалоба Л.А. Пономарёва о незаконном содержании заключенного Трепашкина М. И. в ПФРСИ ФГУ ИК 13, г. Нижний Тагил

Общероссийское общественное движение "За права человека"
125009, Москва, М. Кисловский переулок, д.7, корп.1, пом. 21
тел. (495)291-62-33, т /ф (495) 974-75-46, e-mail: news@zaprava.ru ; http://zaprava.ru/

Прокурору Свердловской области Ю. А . Пономареву
620219 г. Екатеринбург, ГСП-1036,
ул. Московская, 21
тел. (343) 371 87 90
факс (343) 377 02 41

Уважаемый Юрий Александрович!

Наша организация защищает права и свободы Михаила Ивановича Трепашкина, находящегося сейчас в одиночной камере №13 ПФРСИ ФГУ ИК-13 ГУФСИН по Свердловской области (г. Нижний Тагил, 622013, Фестивальная ул.).

Кроме того, в личном качествея признан Тагилстроевским районным судом г. Нижний Тагил защитником М.И. Трепашкина.

19.05.2003 года Трепашкин был приговорен Московским окружным военным судом к отбытию наказания в колонии-поселении на срок 4 года.

Постановлением Тагилстроевского районного суда М. И. Трепашкин был переведен в ИК на общий режим до окончания срока. Это постановление в законную силу не вступило, обжаловано в Свердловский областной суд, при кассационном рассмотрении дело возвращено в первую инстанцию для устранения процессуальных нарушений.

В связи с рассмотрением дела, начиная с 3 марта 2007 года М. И. Трепашкин находится в одиночной камере. Сейчас он помещен в одиночную камеру ПФРСИ ФГУ ИК-13, несмотря на то, что в соответствии с решением суда ему определен режим колонии поселения.

В течение года взысканий не имел. Страдает бронхиальной астмой 4 степени тяжести.

Таким образом, вопреки закону и нормам Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, Трепашкин отбывает наказание в значительно более тяжких условиях, чем ему определил суд.

Прошу Вас о немедленном вмешательстве с целью устранения нарушения закона и перевода М. И. Трепашкина на режим, отведенный ему судом, т. е. в колонию-поселение.


Исполнительный директор ООД «За права человека»
Л. А. Пономарев.

"Я ЧЕЛОВЕКОЛЮБ!"

Читаю иногда отзывы на правозащитном сайте в мою защиту и вижу, что есть лица, злобно обвиняющие меня в "чрезмерной любви к чеченцам". Я не удержался и решил написать о своём отношении к чеченцам и иным национальностям. В общем, заметки "по национальным отношениям".

Я воспитан в советские времена интернационалистом. Родился и вырос я на границе Смоленской области России и Витебской области Белоруссии, где был очень многонациональный состав: белорусы, латыши, эстонцы, евреи, литовцы, русские, поляки, украинцы, цыгане. Процентов 60, конечно же, были белорусы. Процентов 30 - выходцы из прибалтийских стран, преимущественно латыши и эстонцы (Кребсы, Пульки, Аунупы, Томберги, Шакалисы и т.д.). Ещё при царском режиме крестьяне батрачили у помещиков - латышей, литовцев, поляков. Старики рассказывают, что работали у них с охотой, они платили нормально, ненависти ни у кого не было. Евреи проживали в крупных посёлках и Витебске (ведь через Витебск проходила полоса оседлости). И никогда не возникало взаимной ненависти!

Служил я на флоте, тоже в многонациональном составе (украинцы, белорусы, русские, армяне, азербайджанцы, мордовцы, татары, дагестанцы и др.). Правда, в 506 УКОППе им. С.М. Кирова в Ленинграде, т.е. в "учебке", был затронут вопрос о национальности. Я учился на акустика. Это считалось "люксовой" специальностью, и набирали преимущественно украинцев, белорусов и русских. Помнится, старшина нашей 9-й роты, ветеран военно-морской разведки, стал проверять, кого прислали в "учебку" с форта "Красная Горка" (там мы проходили предварительный отбор). Белорусы из Минска имели фамилии Бручас, Сташайтис, Маткяшкойт, а потом - Мирзабекьян. Старшина роты аж подпрыгнул: "А этот как сюда попал? Ну-ка, шаг из строя!" Из строя вышел высокий блондин. "Ты откуда?" - "Из Орши". "Кто по национальности?" - "Белорус". "А почему фамилия такая?" - "Не знаю". В общем, Мирзабекьяна в элитной роте оставили. Но это был единственный случай, который серьёзно никто не воспринял, как национальную рознь.

В период службы на атомной подводной лодке в Заполярье я одинаково ровно поддерживал добрые отношения с русскими, украинцами (каковых было больше всего), татарином Сиразиевым Нуртином, чувашом Фёдоровым Александром, дагестанцем Мамедовым, арямянами Асланяном и Саакяном, казахом Букуровым и др.

С чеченцами я впервые познакомился при поступлении в Львовское высшее военно-политическое училище, на отделение журналистики, в 1974 году. Среди абитуриентов был русоволосый, общительный парень, альпинист. На перекладине подтягивался на одной руке. Чеченец, горец. Не поступил.

Потом в Высшей школе КГБ СССР, на следственном факультете, вместе со мной учился в одной группе чеченец Узиев Аркадий. Этот уже черноволосый, со строгим взглядом. Но добрый и хорошо учился. Общительный и человечный. Судьба его мне неизвестна.

Вот и все мои контакты с чеченцами, если не считать знакомства в одной компании в Москве с девушкой по имени Айна, родившейся в гор. Грозном. В 17 лет у неё уже имелась седина на висках. Я так и не решился спросить, с чем это связано. По поведению она ничем не отличалась от остальных, не замкнутая, не обозлённая, не тихоня. И компания явно не националистическая.

В 1995-1996 гг. в городе Москве мне приходилось многократно пресекать тяжкие и особо тяжкие преступления, акции бандитизма, а также террористические акты. За всеми стояли организованные преступные группировки разных национальностей, но чаще всего приходилось сталкиваться с чеченцами, а также связанными с ними должностными лицами ГРУ Генштаба Минобороны России, ФСБ и МВД. Они делали чёрный бизнес на торговле оружием, провоцируя войну на Кавказе, в результате которой гибли мирные жители, противники кровавой бойни, в первую очередь, чеченцы. Но, поскольку я, как сотрудник правоохранительных органов, всегда сталкивался именно с криминальными чеченцами, у меня, как и у подавляющего числа других правоохранителей, развивался комплекс ненависти ко всем чеченцам.

Но, со временем, я преодолел этот синдром, понимая, что имел дело лишь с криминалитетом, который убивает людей различных национальностей без разбору, включая и своих же - чеченцев. А чиновникам силовых структур очень был выгоден такой криминалитет, ибо из-за его действий (вначале даже специально инициированных) можно было военными методами "мочить" любые национальные движения.

На многое другими глазами позволили взглянуть репортажи и рассказы А.С. Политковской. Они заставили призадуматься и проанализировать ситуацию. Я никогда не был в Чечне. Я отлавливал боевиков в Москве. Политковская была там. И она показала, что чеченская нация - это всё же иное, нежели то, с чем я сталкивался в Москве. Спровоцированные и поддерживаемые силовиками вооружённые боевики чаще являлись уничтожителями своей нации, ее людей, культуры.

Уже к концу 90-х у меня окончательно и бесповоротно сложилось мнение: среди чеченцев, как и среди людей любой другой национальности есть преступники, даже организованные преступные сообщества, и есть приличные люди, которые всегда составляют большинство.

В современное время только дети и тупорылые чиновники не могут понять, что корни националистических движений кроются в социальных проблемах и недостаточном образовании. Они могут породить в почти любом человеке национальную ненависть и шовинизм (кстати, до сих пор не могу понять, почему "шовИнизм" пишется через букву "и", ибо слово произошло, если не ошибаюсь, от фамилии офицера французской наполеоновской армии Николаза Шовеньи, беспощадно расправлявшегося с местным населением при оккупации стран Юго-Восточной Азии).

Если порыться в глубине души, то я склонен к славянофильству. Мне ближе всех интересы русских, белорусов, ураинцев. Но, с учётом сказанного выше, я никогда не откажу, как адвокат и правозащитник, в защите интересов и нарушенных прав человека любой другой национальности. Я - человеколюб! Я за то, чтобы все люди были защищены, жили мирно и счастливо. И будет всё так, как описано в "Мире" Фейхтвангера. Это краткое и ясное для понимания (как плакат) произведение стоило бы прочитать нынешним руководителям России, взявшим ориентацию на милитаризм, бряцание оружием, силу.

"Чеченский", "кавказский" феномен отчасти заключается в том, что нельзя было с амбициозных позиций силы заявлять: мы будем "мочить" вас даже в туалете. (Вообще-то, это из уголовных понятий, ибо там, чтобы "опустить" человека, т.е. сделать его второсортным, изгоем, его либо окропят мочой, либо в туалетном унитазе искупают - помочат в туалете). Что значит вместо разъяснений сразу заявить свободолюбивому, гордому, пусть даже заблуждающемуся в своих взглядах человеку, что, мол, будем "мочить в туалете"? - Это вызовет яростное неприятие. А как результат - сотни, тысячи трупов.

Нельзя нам в дальнейшем выбирать лидеров, отдающих предпочтение бездумной силе, а не человечности, логике и психологии людей. Великий китайский философ Лао-Цзы (VI-V вв. до н.э.) писал: "Совершенномудрый не обладает человеколюбием и предоставляет народу возможность жить собственной жизнью" (& 5). Поэтому народу надо самому обустраивать свою жизнь на Земле. Нужно быть человеколюбивым, чтобы достичь многого в познании окружающего мира. А мы более 70% времени, сил, средств тратим на противостояние друг дружке!?

И, чтобы строить нормальное гражданское общество, нельзя допускать к власти людей с болезненными амбициями, эгоцентриков, ненавидящих другого человека!

М.И. Трепашкин

30 августа 2007 года.

P.S. Было бы интересно получить отзыв на эту заметку:
националистов,
фашистов,
космополитов,
интернационалистов,
психологов,
"лиц кавказской национальности",
милитаристов,
пацифистов,
юристов,
правозащитников,
да и просто честных граждан.

"Я ВСТРЕЧАЛСЯ С ЦЕЧОЕВЫМ, ТРУП КОТОРОГО ОБНАРУЖЕН В ШКОЛЕ №1 ГОР. БЕСЛАНА"

Прочитал в "Новых Известиях" о том, что значительная часть боевиков, совершивших захват школы №1 в гор. Беслане в сентябре 2003 года, была перед этим посажена за различные преступления в исправительные колонии, но вдруг оказалась на свободе. И решил написать эту маленькую заметку.

Дело в том, что среди перечисленных фамилий я встретил одну очень мне запомнившуюся - Цечоев. По оперативным данным, он - профессиональный захватчик заложников, о котором мне стало известно ещё в 1995-1996 гг.

Тогда группой в 8 человек, рано утром, рядом со станцией метро "Маяковская" в Москве, у подъезда своего дома №4/10 по ул. Садово-Триумфальная был взят в заложники предприниматель Агафонов Александр Сергеевич (с двумя мобильными телефонами) и увезён в неизвестном направлении. Вскоре раздался звонок его тестю и заму по бизнесу Славину Игорю Юрьевичу с требованием: 50.000 долларов США в течение часа или будут прострелены обе коленные чашечки Агафонова. Славин взял паузу, якобы для сбора денег, и позвонил мне через одну нашу общую знакомую, бывшую сотрудницу КГБ СССР, с просьбой о помощи. Я в то время работал в отделе по защите сотрудников ФСБ РФ, членов их семей и конфеденциальных источников Управления собственной безопасности Федеральной службы безопасности (ФСБ) России. Доложил своему руководству. Мне дали команду передать сигнал в РУОП ГУВД гор. Москвы. Однако в РУОПе, где меня хорошо знали по многим совместным операциям, согласовав вопрос с руководителями ФСБ РФ, предложили вместе с их 5-м отделом приступить к освобождению заложников. Я вместе со своим источником из криминальной среды "Х. Аланом" вели переговоры с захватившими Агафонова в заложники лицами, выступая в качестве его "крыши". В значительной степени благодаря "Х. Алану" удалось узнать многое о захвативших заложников и протянуть время. (Замечу, что через несколько лет "Х. Алана" в Москве задержали сотрудники милиции и, заподозрив в поддельности регистрации, так избили, что он умер прямо в "клетке" отделения милиции. А ведь этот человек спас жизни очень многим москвичам!)

Я не буду описывать дальнейшие подробности операции, которую завершали уже и сотрудники отдела по борьбе с бандитизмом УФСБ РФ по гор. Москве и Московской области. В общем, Агафонов был освобождён целым, живым и невредимым. Семь человек из числа удерживавших Агафонова в заложниках были задержаны сразу, а один позже (поэтому уголовных дел было два и по обоим я выступал в Московском городском суде в качестве свидетеля).

Так вот, по этим делам в совершении особо тяжких преступлений и проходил Цечоев, оказавшийся затем в школе гор. Беслана.

ФСИН России с удовольствием выписывает "персональные спецнаряды" на таких, как я - преследуемых по политическим мотивам за критику руководителей ФСБ РФ, а настоящих опасных преступников с радостью отпускает по условно-досрочному освобождению. Думаю, что таким путём быстро оказалась на свободе и группа Цечоева. И сразу вспомнилось, как захватывали заложников ранее, и пошли на знакомое дело, оказавшееся на этот раз слишком кровавым. Ибо на этот раз переговоры вести никто не стал, раздавались лишь односторонние требования. Жаль, что жертвами профессиональных амбиций (появиться бы им раньше, когда нужно было отслеживать террористов) стали дети.


М.И. Трепашкин
26 августа 2007 года.

ДЛЯ СВЕДЕНИЯ ЗАЩИТНИКОВ И ПРАВОЗАЩИТНИКОВ

Уважаемая защита!

Власти так торопились возвратить меня из условно-досрочного освобождения, что нарушили очень серьёзно два положения федеральных законов (УК, УПК и УИК РФ).

Во-первых, я был отпущен за пределы ФГУ ИК-13 не сразу после того, как было вынесено решение о применении ко мне УДО (19 августа 2005 года), а лишь на одиннадцатые сутки - 30 августа 2005 года, когда решение судьи Тагилстроевского районного суда г. Нижнего Тагила Силантьева В.В. вступило в законную силу. Прокурор Чегодаев присутствовал в суде и поддержал ходатайства об УДО.

Общеизвестно, что вступившее в законную силу решение суда 1-й инстанции может быть обжаловано уже не в порядке кассации, а в порядке надзора. Тем более, что жалоба - кассационнное представление и.о. Свердловского областного прокурора П.П. Кукушкина - было подано аж на тринадцатые сутки. Все знают, что срок подачи кассационного представления - 10 суток. Но судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда пошла на явное нарушение и рассмотрела кассационное представление П.П. Кукушкина (ставленника ГВП, шедшего к должности с громкими заявлениями). Я долго не мог получить копию кассационного определения. Сейчас же я обжаловал его в Президиум Свердловского областного суда.

Почему они пошли на такое нарушение УПК РФ?

В порядке надзора у них не было бы никаких оснований для возврата меня в колонию. И срок нахождения за пределами колонии засчитывается в срок отбытия наказания.

Во-вторых, УДО отменятеся по УПК РФ судом по месту жительства (ч. 4 ст. 396, п. 4.1 ст. 397 УПК РФ) и лишь при наличии оснований, предусмотренных в ч. 7 ст. 79 УК РФ.

Только в этом случае может быть добавлен срок отбытия наказания, т.е. то время, которое я находился за территорией колонии по УДО!

Ясно, что суд по месту жительства на беспредел не пошёл бы. Поэтому они и прокрутили вариант беспредела в Свердловском областном суде.

А далее события пошли так.

19 суток, которые я находился за пределами ФГУ ИК-13, хотят добавить, но не знают как.
Я не совершал побега.
Я не совершал новых преступлений.
Не было отмены УДО по ч. 7 ст. 79 УК РФ.
Я не был в сговоре с администрацией колонии, судьёй или прокурором.
Постановление суда от 19.08.05 г. отменено лишь как необоснованное, но не как незаконное.
Я был отпущен на вполне законных основаниях:
- по вступившему в силу постановлению суда;
- с разрешения руководства колонии.

На основании ч. 8 ст. 97 УПК РФ срок пребывания за пределами колонии входит в срок отбытия наказания.

Но мне по беспределу хотят продлить срок отбывания наказания до 18.12.2007 года, т.е. до 4 лет и 19 суток.

Такое возможно лишь, если меняется приговор.

Я сделал два запроса и мне пришли ответы из Московского окружного военного суда, что "изменения в приговор от 19 мая 2004 года по уголовному делу в части срока наказания не вносились. (Один из последних ответов, № 1/5 - 04/7481 от 15.08.07 г., прилагается).

Следовательно, срок отбытия моего наказания истекает 30 ноября 2007 года.

9 марта 2007 года в постановлении о замене мне режима колонии-поселения на общий, судья Ильютик Д.А. незаконно записал, что мною не отбыто 9 месяцев 10 дней вместо 8 месяцев 21 дня в соответствии со ст. 72 УК РФ.

Я очень просил обратить на это внимание! Очень просил!!! - Ни в одной кассационной жалобе я не встретил никаких возражений !? (кроме краткого упоминания в жалобе Косик Л.Б.).

Я дополнительно написал ещё письмо Поляковой Маре Федоровне в НЭПС. Кстати, прошу узнать, получила ли она письмо и добавить копию письма Московского окружного военного суда о том, что приговор не менялся.

И настоятельно прошу защиту дать обоснованные контраргументы по срокам наказания до заседания суда кассационной инстанции!!! (Я уверен, что 5 сентября 2007 года суд не состоится.)

Это уже не первое моё обращение, однако реакции я не вижу, хотя я всё описал со ссылками на конкретные нормы закона. И запросы сделал (хотя вам это сделать в десять раз проще и быстрее). Может, вы с чем-то не согласны? Тогда напишите ваше обоснованное мнение.

Я опасаюсь, что пока вы будете "тянуть резину" с обоснованными доводами, Свердловский областной суд узаконит беспредел, и тогда до конца их беспредельного срока я не успею всё обжаловать (до конца срока осталось уже менее трёх месяцев!)

Прошу пустить это письмо в рассылку или разместить на сайте.

Приложение: Письмо Московского окружного военного суда № 1/5 - 04/7481 от 15.08.07 г., на 1 листе.

М.И. Трепашкин
31 августа 2007 года.

РЕАЛЬНА ЛИ "ТРЕТЬЯ КАВКАЗСКАЯ КАМПАНИЯ"?

Уже шесть месяцев меня удерживают в одиночном камерном содержании, запрещая с кем-либо общаться. Даже соседнюю камеру удерживают пустой (и это при перенаселении всех СИЗО и ПФРСИ в области), чтобы каким-либо путём не установить связь. С другой стороны - тупиковая стена. Внизу - тоже пустая камера. Так боятся моих контактов с другими осуждёнными!?

И, тем не менее, несколько дней назад, через систему канализации, со мной связался такой же арестант-одиночник из камеры №15 (через одну от меня), отбывающий наказание в ФГУ ИК-13. Чеченец. Ранее служил в бригаде "Восток", поэтому и оказался в колонии "БС" (для бывших сотрудников правоохранительных органов).

Он задал мне вопрос: А правда ли, что планируется третья кавказская кампания, теперь уже по Ингушетии? Я ничего ответить не смог; ведь я сижу, будучи отключённым от всего мира (даже уголовного). Газеты не берут даже в передачах, а в библиотеке лишь типичная КПССная "Областная газета" с дифирамбами Росселю Э.Э. и его фотографиями в разных позах, но с одной приклеенной улыбкой, да и эту газетёнку приносят месячной давности.

Однако вопрос чеченского бойца из бригады "Восток" заставил призадуматься. Ведь сейчас об Ингушетии пишут и говорят поболее, чем о Чечне. Легко могут через СМИ нагнести обстановку: совершается 3-4 подрыва "со следами, ведущими в Ингушетию", какой-нибудь глашатай заорёт о необходимости покончить и с этим "гнездом терроризма", увидят ещё и в предыдущих терактах признаки не только деятельности чеченцев, но и ингушей и... готова предвыборная кампания министра-милитариста Сергея Иванова, который пообещает очистить Ингушетию от террористов, после чего Путин объявит его своим преемником. Сценарий, конечно, глупый и маловероятный. Но разве много было умных?

М.И. Трепашкин
25 августа 2007 года.

ХРОНИКА ТЕКУЩИХ ДЕЛ МЦПЧ В АВГУСТЕ 2007 г.

МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ПРАВ ЧЕЛОВЕКА
отделение Общероссийского Общественного Движения
«ЗА ПРАВА ЧЕЛОВЕКА»
РОССИЯ: 620137, гор. Екатеринбург, а/я 382, т/ф (343) 365-11-47, Е-mail: vashin@rambler.ru

Август 2007 г. оказался перенасыщенным количеством неотложных организационных мероприятий или практических действий по оказанию срочной - можно назвать «пожарной» - правозащитной помощи различным гражданам в Свердловской области. Особенно это касается подвергаемых жестоким репрессиям незаконно осужденного, политзаключенного Михаила Трепашкина и осужденного по уголовным статьям Юрия Журилова, во время отбывания наказания в колониях ГУФСИН Свердловской области фактически ставшим «узником совести».

Однако, прежде чем кратко проинформировать общественность о текущих делах МЦПЧ, считаю личным долгом обратиться с благодарностью ко всем соратникам по правозащитной деятельности, а также другим гражданам России и других стран, поздравивших с юбилейным Днем Рождения! Признаюсь, что искренне тронут вниманием и дружескими пожеланиями продолжать общественную деятельность, называемой «правозащитной», которой посвятил большую часть своей жизни. Глубоко убежден, что замеченное признание относится и к моим постоянным соратникам, подвижническое участие которых, в активной гражданской деятельности, в течение многих лет - помогало состояться как гражданину и достигать отдельных желаемых результатов!

В августе можно отметить следующие факты деятельности МЦПЧ:

1) Встреча с политзаключенным Михаилом Трепашкиным 7 августа в Нижнетагильском изоляторе ИК-13, где он, тяжело больной бронхиальной астмой, находится в одиночной тюремной камере, незаконно - с 9 марта 2007 г. Выяснилось, что буквально через два дня после нашей встречи с ним 24 июля, в течение суток 26-27 июля, Михаил Трепашкин отчаянно боролся за сохранение своей жизни в борьбе против сильных приступов астматического «удушья», из-за «отсутствия» в изоляторе повседневно необходимых лекарств и «отсутствия» врача. Только после предоставления лекарств состояние здоровья до рабочего восстанавливалось несколько дней.

М. Трепашкин провел анализ результатов совместных усилий своих и своих защитников, с целью законного освобождения из заключения. Итоги были неутешительными – около 4-х лет он все также незаконно лишен свободы, далеко от семьи, от своих малолетних детей, больной, без необходимого лечения (здесь имитация лечения, чреватая тяжелыми последствиями после освобождения)… . Сколько всяких сочинено небылиц в его адрес, в том числе: «якобы хотел сбежать за границу»? Его многочисленные заявления, обращения и просьбы во все органы власти России подвергаются незаконной цензуре, многие из них «потеряны», не получили законного ответа и др.

На нашей встрече были согласованы направления конкретных действий, с участием его защитников и правозащитников. Большое значение придается общественной поддержке, в том числе через общественные акции (сбор подписей, проведение пресс-конференций, пикеты, митинги и т.д.).

2) Проведена 9 августа для журналистов пресс-конференция: «Пытки, попрание человеческого достоинства – в системе исполнения наказания ГУФСИН Свердловской области – незаконны, преступны…». Организаторами и участниками пресс-конференции были Соколов А.В. (ОО «Правовая основа»), Шаклеин В.А. (МОО «Межрегиональный центр прав человека»), Беляев С.И. (ОО «Сутяжник»). Журналистам на пресс-конференции были представлены многочисленные факты существования противозаконных пыточных условий пребывания осужденных в исправительных заведениях на территории Свердловской области (в том числе политзаключенного М. Трепашкина, «узника совести» Ю. Журилова), факты нецелевого расходования бюджетных средств руководством ГУФСИН, выделенных для обеспечения деятельности учреждений и содержания осужденных, согласно действующего законодательства РФ; о предлагаемых правозащитниками мерах общественного контроля в местах заключения для защиты конституционных прав человека.

3) Посещение 10 августа, совместно с адвокатом Хайминым В.С., подзащитного осужденного, узника совести, Юрия Журилова в СИЗО-1, этапированного из ИК-54 гор. Новая Ляля в Екатеринбург, для участия в заседании, по кассационному обжалованию в Свердловском областном суде Постановления Новолялинского районного суда «О переводе на тюремный режим отбывания наказания» (которое считается местью ГУФСИН Свердловской области» за жалобы, вплоть до Президента России, против пыточных условий в исправительных заведениях). 10 августа от Журилова Ю.В. была получена неофициальная информация о « жестоком избиении» сотрудниками СИЗО-1 г. Екатеринбурга двух осужденных (А.Сухих и С., Ивкина) сначала в камере для обыска, а затем в общей камере №507, в присутствии других осужденных. Позднее прокурор Свердловской области по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний Медведев А.Н. подтвердил сам факт физического насилия над осужденными и заявил, что «ведется расследование законности действий сотрудников СИЗО-1».

4) Посещение 13 августа осужденного Журилова Ю.В. в СИЗО-1 для оказания ему правовой помощи, при подготовке к кассационному заседанию областного суда и отмене незаконного Постановления районного суда от 14.06.2007г. о переводе его на тюремный режим отбывания наказания. Однако консультирование не состоялось - в связи с крайне тяжелым состоянием здоровья подзащитного Журилова Ю.В. С трудом удалось выяснить, что осужденный Ю.Журилов в ночь с 10 на 11 августа был переведен из общей камеры №507 в одиночную камеру, «каменный мешок» и в ночное время, спящий, «подвергнут неизвестными лицами, в масках, жестоким пыткам, с применением удушения веревкой на шее, вплоть до потери сознания, с угрозами быть задушенным (как произошло с бывшим депутатом городской Думы А. Хабаровым несколько лет назад) - в случае появления новых жалоб на пыточные условия для заключенных в СИЗО».

При нашей встрече подзащитный Журилов Ю.В. показал наличие кровавых «борозд» на запястьях обеих рук и на шее. Однако, в связи со своей полной незащищенностью в одиночной тюремной камере, в которой не было независимых свидетелей смертельно опасной для него пытки, Юрий Журилов попросил меня (Шаклеина В.А.), как защитника, без его личного согласия, не предпринимать никаких действий по приданию огласке происшедшего с ним ночью с 10 на 11 августа, в чем я был вынужден пообещать. Единственное, что было в моих возможностях, из-за срыва очередной правовой консультации Журилова Ю.В. - написал Заявление и передал 14 августа в адрес прокурора Свердловской области Пономарева Ю.А., прокурору по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний Медведеву А.Н., Уполномоченному по правам человека Свердловской области Мерзляковой Т.Г. - с настоятельной просьбой перевести больного туберкулезом осужденного Журилова Ю.В. в больничное учреждение, с проведением полного медицинского обследования его здоровья, с участием независимых от ГУФСИН компетентных врачей, а также представителей прокуратуры, сотрудников аппарата Уполномоченного по правам человека и правозащитников, в связи с тяжелым состоянием здоровья, не позволяющим готовиться защите своих прав в предстоящем заседании областного суда по кассационной жалобе.

5) 16 августа состоялась правозащитная поездка в пос. Сосьву Серовского района Свердловской области, в ИК-55, для оказания правовой помощи и поддержки осужденных (Конева А.В. и др.), подвергавшихся репрессиям со стороны администрации колонии (начальник ИК-55 Кишкурин Н.Н.). В знак протеста против «незаконных» действий администрации ИК-55 ряд осужденных (и Конев А.В.) подвергали себя травмированию.

6) 17 августа начальник СИЗО-1 г. Екатеринбурга Богинич С.П. отказал правозащитнику Шаклеину В.А. в проведении правового консультирования подзащитного осужденного Журилова Ю.В., находящегося в СИЗО-1 гор. Екатеринбурга. Действиями начальника СИЗО-1 Богинича С.П. были нарушены конституционные права Журилова Ю.В. (ст. 48 Конституции РФ), а также ч.4. ст. 89 УИК РФ. Незаконные действия начальника СИЗО-1 Богинич С.П. были обжалованы заявлением протеста в адрес прокурора Свердловской области Медведева А.Н., Уполномоченного по правам человека Свердловской области Мерзляковой Т.Г., а также председателю Свердловского областного суда по уголовным делам Курченко В.Н., с требованием «в установленном порядке обеспечить доступ защитника Шаклеина В.А. к осужденному Журилову Ю.В., для получения юридической помощи в защите его прав человека и гражданина».

7) 20 августа состоялся митинг протеста граждан «Против произвола и жестокости в системе исполнения наказания». Митинг был организован ОО «Межрегиональный центр прав человека» Уральским отделением ООД «За права человека» и ОО «Правовая основа» и проходил напротив здания ГУФСИН Свердловской области. На митинге у участников были лозунги: «Жить по закону, а не по понятиям», «ГУФСИН убивает, прокуратура покрывает», «Свободу Михаилу Трепашкину и Юрию Журилову» и др. Во время митинга никто из руководства ГУФСИН к участникам не вышел.

8) 22 августа, в помещении библиотеки главы города, состоялся «круглый стол» по теме: «Уроки правозащитного диссидентского движения в бывшем СССР, в России», посвященное 40-летию организации и деятельности общественной организации «Просветительское общество», действовавшего на территории бывшего СССР в 1967-72 гг..

Организаторами мероприятия были МОО «Межрегиональный центр прав человека» -Уральское отделение ООД «За права человека», а также ОД «Союз правозащитных организаций Свердловской области», администрация библиотеки главы города. Участниками «круглого стола были представители различных правозащитных организаций Свердловской области, Москвы (Мемориал – Кузовкин Г.В.), директор института прокуратуры, представитель Совета Европы по Уралу и Сибири - Лазутин Л.А., Уполномоченный по правам человека Свердловской области - Мерзлякова Т.Г.

Из юбиляров «Просветительского общества» в работе круглого стола приняли непосредственное участие Владимир Шаклеин, как один из организаторов и активистов «Просветительского общества» и Юрий Шаклеин, непосредственно помогавший в распространении «самиздата», материально поддерживавший арестованных КГБ политзаключенных.

Один из основных выводов работы круглого стола: «Правозащитная просветительская деятельность общественных организаций в бывшем СССР была и останется приоритетной в становлении гражданского общества и правового государства нынешней России». Такая деятельность непосредственно связана с адресным обеспечением прав и свобод каждого человека и гражданина не декларативной, а практической поддержкой, повседневной защитой конкретных граждан - в конкретных условиях их существования, независимо от социального, национального, религиозного, культурного их различия в реальной жизни, в общественной оценке личностной значимости.

9) 24 августа представитель МЦПЧ (Шаклеин В.А.) присутствовал, в качестве независимого наблюдателя, на заседании областного суда, при кассационном рассмотрении жалобы по делу 15- летнего Алхажаева Рамзана Данильбековича, 1992 г. рождения. Несовершеннолетний подросток был осужден Железнодорожным районным судом к 2 годам 3 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в воспитательной колонии по ч.1 ст.163, ч.2 ст.163 и ч.1 ст.161 УК РФ. Его недоказанная следствием вина - якобы «вымогательство» у сверстника 400 рублей, для оплаты в школе за разбитое нечаянно стекло. Как считают родные мальчика, виноват он главным образом в том, что по национальности - «чеченец». Несмотря на все доводы защиты (адвокат Синянов В.П.) и свидетельства сверстников, областной суд, без колебаний, подтвердил обвинительный приговор, без снижения наказания, с нахождением осужденного Алхажаева Р.Д. в заключении под стражей.

10) 28 августа состоялась очередная встреча с подзащитным осужденным Юрием Журиловым , спустя 11 дней после незаконного отказа в предоставлении юридической помощи, для подготовки к заседанию в областном суде для обжалования незаконного Постановления Новолялинского районного суда, принявшего решение о переводе его с общего на тюремный режим наказания, за правозащитную деятельность в местах лишения свободы. Ю. Журилов не смирился с существованием пыток и издевательств над беззащитными людьми, в том числе над собой, от произвола администраций, за то что «осмелился писать правду летом 2006 г. «даже Президенту РФ» - ему придумали 19 нарушений пребывания в ИК-2 и ИК-54 и уже более 2-х лет, незаконно, беспрерывно держат, больного туберкулезом, в ШИЗО, ПКТ, в одиночной тюремной камере. Приведу один пример из числа его «ужасных» нарушений: «2-го мая 2006 года - продлили на полгода пребывание в ПКТ (помещение камерного типа) за то, что был «одет не по форме». А «форму одежды» выдали, как подтверждено на заседании в районном суде, только спустя полгода - 14 октября 2006г. Но районный суд 14 июня 2007г. - не обратил никакого внимания на подобную вопиющую незаконную несправедливость!

При встрече 28 августа Ю.Журилов передал защитнику свою Жалобу - с подробным описанием преступных действий против него в ночь с 10 на 11 августа текущего года, когда его сонного, неизвестно каким образом «палачи», проникшие в одиночную тюремную камеру - пытали, фактически подвергая опасности лишения жизни, через удушение - люди в масках.

Кстати, требование защитника от 14 августа, в адрес областной прокуратуры: «Провести независимое от администрации СИЗО и ГУФСИН полное медицинское обследование состояние здоровья Журилова Ю.В.» – не исполнено! Полученная из СИЗО-1 от 22 августа медицинская справка - не является доверительным документом, т.к. в ней содержатся не соответствующие действительности противоречивые сведения:: «Последняя контрольная флюорография легких в марте 2007 г., заключение:справа на верхушке легкого кальцинаты. Других изменений в легких не выявлено.». Такой вывод отличается от другой информации, переданной ранее (02.-5.2007) в адрес Журилова Ю.В. и его родных: «Находился на стационарном лечении с положительной клинико-рентгенологической динамикой… . В настоящее время медицинских показаний для хирургического лечения нет» - за подписью зам. начальника медицинского управления ГУФСИН по Свердловской области И.А Комарницкого». Таким образом, руководство СИЗО-1 отказывает в информации и скрывает факт наличия и причинах появления кровавых шрамов на руках и шее Ю.Журилова - полученных от преступных деяний неизвестных лиц в ночь с 10 на 11 августа, в его одиночной камере! Что, в ГУФСИНе есть «тайная организация палачей», имеющая доступ в СИЗО-1 к камерам заключенных и в нужное для них время расправляющихся над неугодными осужденными, как было с бывшим депутатом городской Думы А. Хабаровым? Короче, проблема сохранения жизни нового узника совести Юрия Журилова - очень серьезна и требует активного широкого общественного вмешательства, для предотвращения иных преступлений против смелого протестанта!

11) 30 августа состоялась очередная поездка в гор. Нижний Тагил, для встречи с политзаключенным Михаилом Трепашкиным. Мы оба были рады еще одной встрече и более 3-х часовов наше свидание прошло на более оптимистичном уровне, по сравнению с памятными предыдущими. Тем более, что М.Трепашкину была доставлена продовольственная передача в 6 кг.

Да, проблема со здоровьем М.Трепашкиным все также остается острой. К тому же, кроме ежедневных астматических проблем с дыханием, добавились проблемы болевых приступов в мышцах грудной клетки под ключицей и под лопаткой на спине (остеохондроз). Кроме того, беспокоят не пролеченные должным образом зубы (37 раз просил направлять к зубному врачу) . Для облегчения обострения остеохондроза вызывал врача, который выписал обезболивающие таблетки «Артрон». Есть еще проблема болей в ногах, связанных с расширением вен (тромбофлебит) – результаты 16-ти часовых стояний при этапированиях. в разные города.

По текущей защите его законных прав осужденного, Михаил Трпашкин считает, что крайне необходима общественная поддержка с обращениями граждан, защитников, общественных организаций в адрес Свердловского областного суда и в Верховный Суд России, с требованиями немедленного его освобождения из одиночной тюремной камеры изолятора в ИК-13, так как это грубое нарушение действующего законодательства РФ (УПК РФ; УИК РФ). ОСНОВАНИЯ - НЕТ СУДЕБНОГО ПОСТАНОВЛЕНИЯ О ПОМЕЩЕНИИ ЕГО ПОД СТРАЖУ !!! Т.е. в отношении Михаила Трепашкина (собственно, как и в отношении Юрия Журилова) незаконно совершаются преступные деяния со стороны ГУФСИН по Свердловской области! (В данном случае, в части помещения в одиночные тюремные камеры изоляторов). Известно, что подобные как незаконные деяния и факты, упоминаются в специальных ежегодных докладах ООН, по вопросам исполнения наказаний. Т.е. Россией нарушаются действующие международные договоры, обязательные для исполнения.

При встрече с М.Трепашкиным также обсуждались ряд других правовых проблем, связанных с его судебными процессами. Например, в Верх-Исетском районном суде г. Екатеринбурга с 24 июля 2007 г. находится жалоба М. Трепашкина на незаконные действия ГУИН по Свердловской области, которым, согласно Приказа от 03.09.2001 №682, был создан участок колонии-поселения на базе (фактически внутри территории) ИК-13 в Нижнем Тагиле. Права осужденных в колонии-поселении существенно нарушены, согласно действующей Конституции РФ (ст.ст.2; 15; 45; ч.2 ст.55) и ст.ст. 254-256 ГПК РФ. Прошло более месяца со времени подачи жалобы- ответа из суда не получено.

М. Трепашкин получил извещение из Тагилстроевского районного суда, что на 5 сентября назначено заседание Свердловского областного суда по рассмотрению его кассационной жалобы на Постановление Тагилстроевского районного суда от 9 марта 2007 г. об ужесточении режима отбывания наказания: «переводе его из колонии-поселения на общий режим». Согласно действующего законодательства РФ, ч.3 ст.376 УПК РФ, осужденный имеет право присутствовать в судебном заседании, при рассмотрении его кассационной жалобы. Есть основания полагать, что срок заседания областного суда с 5 сентября должен быть перенесен на более поздний срок. М.Трепашкина в оставшийся срок, с 30 августа - его просто не успеют этапировать в гор. Екатеринбург, к назначенному районным судом сроку заседания в областном суде - на 5 сентября.


Председатель совета координаторов,
Координатор ООД «За права человека» по УрФО
В.А. Шаклеин

ПОСТАНОВЛЕНИЕ об отказе в возбуждении уголовного дела

г. Нижний Тагил 27.07.2007.

Следователь Нижнетагильской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в ИУ юрист 2 класса Мелкозеров С.В., рассмотрев материалы проверки по заявлению представителя ООД "За права человека" Шаклеина В.А. - превышении должностных полномочий со стороны начальника ФГУ ИК-54 Нестерова В.А. и начальника оперативного отдела ФГУ ИК-54 Никулина Ю.Н. - создании препятствий в оказании Шаклеиным В.А. правовой помощи осужденному Журилову Ю.В. 03.07.2007., поступившего из прокуратуры области 18.07.2007.,

УСТАНОВИЛ:

В Нижнетагильскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в ИУ из прокуратуры области поступило заявление представителя ООД "За права человека" Шаклеина В.А., в котором он сообщает, что 03.07.2007. в 9 час. 00 мин., после предварительного заявления в адрес начальника ИК-54, он прибыл в ИК-54 для оказания юридической помощи осужденному Журилову Ю.В. В течение нескольких часов начальник ФГУ ИК-54 Нестеров В.А. и начальник оперативного отдела ФГУ ИК-54 Никулин Ю.Н. создавали препятствия в оказании им правовой помощи Журилову Ю.В., а именно: утверждали об отсутствии у Шаклеина В.А. полномочий на встречу с Журиловым Ю.В.; в оскорбительной форме обвиняли в подделке удостоверения, выданного ООД "За права человека"; угрожали проведением обыска; требовали дать ответ об отправке жалоб Журилова Ю.В. минуя администрацию ФГУ ИК-54; отказались принять в качестве передачи подписку "Российской газеты", приобретенной за счет матери осужденного Журилова Ю.В.; отказали Шаклеину В.А. во встрече с Журиловым Ю.В. наедине; пытались воспрепятствовать отправлению составленной Шаклеиным В.А. совместно с Журиловым Ю.В. кассационной жалобы; администрация ИК-54 незаконно привлекает Журилова Ю.В. к дисциплинарной ответственности.

В ходе проверки доводов, изложенных в обращении, установлено следующее:

Начальник оперативного отдела ФГУ ИК-54 Никулин Ю.В. в своих объяснениях пояснил, что 03.07.2007., около 10 час., на территорию ФГУ ИК-54 прибыл Шаклеин В.А., с его слов, для встречи с осужденным Журиловым Ю.В. В это время он находился на охраняемой территории ФГУ ИК-54 (в жилой зоне), проводил оперативные мероприятия согласно должностным обязанностям. Когда ему сообщили, что к осужденному Журилову Ю.В. прибыл представитель правозащитной организации Шаклеин В.А. для оказания правовой помощи, он вышел за пределы охраняемой территории с целью проверки полномочий Шаклеина В.А. на право встречи с Журиловым Ю.В. для оказания правовой помощи и, при необходимости, организации их свидания. Он встретиля с Шаклеиным В.А. в своем рабочем кабинете, который находится в штабе ИК-54 вне охраняемой территории. Шаклеин В.А. предъявил свое удостоверение члена правозащитной организации. Он сообщил Шаклеину В.А., что для проверки его полномочий на оказание правовой помощи необходимо время, т.к. ранее в адрес оперативного отдела из ГУФСИН области поступали документы, в которых были перечислены фамилии и номера служебных удостоверений правозащитников и адвокатов, считающихся недействительными в настоящее время. Одновременно с этим Шаклеин В.А. был предупрежден, что при заходе на свидание может быть произведен его личный досмотр, а также досмотр его личных вещей, т.к. он обладал информацией о возможности проноса Шаклеиным В.А. на территорию жилой зоны запрещенных предметов в виде сотового телефона и наркотических веществ, не объясняя последнего Шаклеину В.А. На данное замечание Шаклеин В.А. отреагировал неадекватно, стал возмущаться, угрожать ему, что его за это строго накажут, утверждая, что допуск его к осужденным должен быть без всяких проверок и досмотров. Шаклеину повторно были разъяснены требования УИК РФ в части предоставления свиданий. При этом с его стороны и со стороны начальника ИК-54 Нестерова В.А. разговор с Шаклеиным В.А. велся исключительно в корректной форме, оскорблений и угроз в его адрес никто не высказывал. В ходе разговора Шаклеину В.А. действительно был задан вопрос, каким образом ранее он получил жалобу Журилова Ю.В., отправленную в Нижнетагильскую прокуратуру ИУ., но дачи письменного ответа от Шаклеина В.А. никто не требовал. После проведения необходимых организационных мероприятий, около 13 час. 30 мин. Шаклеин В.А. был допущен на свидание, которое было предоставлено в кабинете для работы следователей в помещении ПФРСИ. Согласно ч.4 ст.89 УИК РФ свидание проходило в присутствии представителя администрации Польшина С.Г. После проведения свидания Шаклеин В.А. высказал намерение вынести за пределы ИК-54 составленную совместно с осужденным журиловым Ю.В. жалобу. После разъяснения того, что вся корреспонденция осужденных отправляется через администрацию ИУ, данная жалобы была зарегистрирована в установленном порядке и отправлена по назначению. В приеме газет для осужденного Журилова Ю.В. Шаклеину В.А. было отказано на основании ст.95 УИК РФ.

Начальник ФГУ ИК-54 Нестеров В.А. дал объяснения аналогичного характера.

Сотрудник ФГУ ИК-54 Бунин А.К., который 03.07.2007., согласно суточной ведомости надзора за осужденными, нес службу на контрольно-пропускном пункте по пропуску людей и транспорта на режимную территорию, пояснил, что 03.07.2007., около 10 час. на режимную территорию ФГУ ИК-54 прошел Шаклеин В.А., предъявив удостоверение правозащитника и пояснив, что ему нужно пройти к начальнику ФГУ ИК-54. около 15-16 час. Шаклеин В.А. вышел за режимную территорию.

Сотрудник ФГУ ИК-54 Симонова Е.В., которая 03.07.2007., согласно постовой ведомости караула по охране объектов ИК-54 несла службу на контрольно-пропускном пункте по пропуску на режимную охраняемую территорию, пояснила, что 03.07.2007. в 13 час. 30 мин. в сопровождении начальника оперативного отдела Никулина Ю.Н. и оперуполномоченного Палыиина С.Г. на территорию жилой зоны ИК-54 зашел Шаклеин В.А., предъявив удостоверение правозащитника и пропуск на проход в жилую зону. Шаклеин В.А. сдал один сотовый телефон, других запрещенных предметов не сдавал. Около 14 час. 30 мин. в сопровождении оперуполномоченного Пальшина С.Г. Шаклеин В.А. вышел за территорию жилой зоны.

Данные факты подтверждаются записями в журнале по пропуску людей на охраняемую территорию ФГУ ИК-54, журнале регистрации сдачи запрещенных предметов на КПП-1, разовым пропуском на имя Шаклеина В.А.

Помощник оперативного дежурного Падерин И.Г., который 03.07.2007., согласно суточной ведомости надзора за осужденными, с 12 час. 30 мин. нес службу в помещении ШИЗО, ПКТ, ПФРСИ, пояснил, что примерно в 13 час. 30 мин. в сопровождении оперуполномоченного Пальшина С.Г. и начальника оперативного отдела Никулина Ю.Н. пришел правозащитник осужденного Журилова Ю.В. Данные лица зашли в кабинет для работы со следователями. Во время сопровождения Никулиным Ю.Н. и Палыииным С.Г. правозащитника Шаклеина В.А., они вели себя корректно, угроз не высказывали. Через некоторое время Никудин Ю.Н. вышел, в кабинете остались Пальшин С.Г.. Шаклеин В.А. и Журилов Ю.В. Примерно через час Шаклеин и Пальшин вышли из кабинета, а осужденный Журилов был водворен в свою камеру. Между Пальшиным и Шаклеиным разговор проходил спокойно и размеренно.

Осужденные, работающие в ШИЗО, ПКТ, ПФРСИ - Хохлов П.А., Газанчук Д.Н., Исмагилов М.Я. дали аналогичные показания.

Также проверкой установлено, что от представителя ООД "За права человека" Шаклеина В.А. предварительное уведомление или заявление в адрес администрации ФГУ ИК-54 о встрече с осужденным Журиловым Ю.В. на 03.07.2007., не поступали.

Проект дополнения к кассационной жалобе, составленный Шаклеиным В.А. и Журиловым Ю.В. 03.07.2007., в этот же день за исх. № Ж-11 направлен в адрес председателя Межрегионального Центра по защите прав человека в г. Екатеринбург.

Оперуполномоченного Пальшина С.Г. и младшего инспектора группы надзора отдела безопасности Паспортова Д.А., который 03.07.2007. в указанное время также нес службу в ШИЗО, ПКТ, ПФРСИ, опросить не представилось возможным, т.к. с 09.07.2007. и с 12.07.2007. они находятся в очередных отпусках с выездом за пределы г. Новая Ля ля.

В соответствии с ч.6 ст.82 и ч.1 ст.83 УИК РФ, администрация ИУ вправе производить досмотр находящегося на территории исправительного учреждения лиц и их вещей, изымать запрещенные вещи и документы, а также вести оперативно-розыскную деятельность в целях пресечения преступлений и нарушений установленного порядка отбывания наказания.

Согласно ч.4 ст.89 УИК РФ осужденным предоставляются свидания наедине, вне пределов слышимости третьих лиц и без применения технических средств прослушивания по их заявлению только с адвокатами.

Как следует из чЛ ст.95 УИК РФ, газеты и журналы из-за пределов исправительного учреждения осужденные приобретают путем подписки за счет собственных средств.

Законность применения к осужденному Журилову Ю.В. дисциплинарных взысканий прокуратурой проверена. Проверкой установлено, что все взыскания на Журилова Ю.В. наложены согласно ст.ст. 115-119 УИК РФ, оснований для их отмены не усматривается.

Таким образом, в действиях в действиях Нестерова В.А. и Никулина Ю.Н. нарушений уголовно-исполнительного законодательства, а также превышения ими должностных полномочий при оказании Шаклеиным В.А. правовой помощи осужденному Журилову Ю.В. 03.07.2007., не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь п.2 ч.1 ст.24, ст.ст. 144, 145, 148 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

1.Отказать в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст.286 УК РФ - превышении должностных полномочий со стороны начальника ФГУ ИК-54 Нестерова В.А. и начальника оперативного отдела ФГУ ИК-54 Никулина Ю.Н. - создании препятствий в оказании Шаклеиным В.А. правовой помощи осужденному Журилову Ю.В. 03.07.2007., поступившего из прокуратуры области 18.07.2007., за отсутствием в действиях Нестерова В.А. и Никулина Ю.Н. состава преступления.

2.Копии настоящего постановления направить Нижнетагильскому прокурору по надзору за соблюдением законов в ИУ старшему советнику юстиции Клементьеву А.В., заявителю Шаклеину В.А., разъяснив последнему, что данное постановление может быть обжаловано прокурору или в суд в порядке, предусмотренном ст.ст. 124, 125 УПК РФ.

Следователь // С.В. Мелкозеров


Копии настоящего постановления направлены Нижнетагильскому прокурору по надзору за соблюдением законов в ИУ старшему советнику юстиции Клементьеву А.В., заявителю Шаклеину В.А. 27.07.2007. в 16 час. 30 мин.

Следователь // С.В. Мелкозеров

«Защитнику Шаклеину В.А. намеревались подбросить наркотики»

Главному управлению ФСИН России по Свердловской области жуть не нравятся независимые правозащитики, не пляшущие под их дудку наподобие уполномоченного по правам человека в области Мерзляковой Т.Г. и ее приближенных. «Костью в горле « у них является правозащитник-шестидесятник, председатель совета координаторов Уральского Межрегионального центра прав человека Владимир Андреевич Шаклеин. К тому же он стал систематически посещать меня в ПФРСИ, куда власти России упрятали меня от контактов с людьми. И стал требовать, выступая в качестве защитника по доверенности, восстановления грубо попранных моих прав человека. Даже письмо Директору ФСБ РФ Патрушеву Н.Д написал, задав конкретный вопрос, мол , почему Трепашкин сидит в тюрьме, если не работал с гостайной России и подписки не имеется (а это основополагающие обстоятельства, чтобы привлечь за разглашение гостайны России!).

Патрушев Н.П. не смог ответить на конкретный вопрос, ибо у меня действительно не имеется подписки о неразглашении, так как я работал лишь ведомственной тайной.

Вот и решили избавиться от надоедливого правозащитника. Где-то подальше.

24 июля 2007 года, посетив меня в ПФРСИ ФГУ ИК-13, заявил, что едет в гор. Новая Ляля, где защищает еще одного осужденного – Журилова Юрия Владимировича, содержащегося в ИК-54 и преследуемого сотрудниками ГУ ФСИН по Свердловской области за отправление жалоб в Администрацию Президента России на творимый в колониях беспредел. Владимир Андреевич посетовал на то, что в Новой Ляле по отношению к нему могут быть организованы провокации вплоть до убийства.

И действительно, 3 августа 2007 года в ФГУ ИК-54 правозащитнику Шаклеину В.А. намеревались в ходе личного обыска подбросить наркотики. Об этом тот факт, что заранее были сфабрикованы «оперативные данные», что Владимир Андреевич якобы будет проносить на территорию колонии запрещенные предметы «в виде сотового телефона и наркотических веществ». И помощника Нижнетагильского прокурора по надзору за исполнением законов в ИУ Чернавских И.А. заранее пригласили, чтобы в его присутствии проделать «операцию подброски» и сразу получить разрешение на возбуждение уголовного дела (см. прилагаемые документы). О том, что Нижнетагильская прокуратура по надзору за исполнением законов в ИУ занимается провокациями и фабрикациями материалов с различными «правонарушениями» в отношении осужденных, известно давно. И я много писал на эту тему. Достаточно вспомнить письмо самого прокурора (не помощников) Клементьева А.В. от января 2006 года о том, что якобы выражался нецензурной бранью в адрес Нижнетагильской прокуратуры. Я за это(что «покрыл прокурров матом») попал в ШИЗО, Мерзлякова Т.Г. через СМИ заверещала, что не будет защищать человека, оскорбившего прокурора, а оказалось, что письмо – мелкопакостная фабрикация старшего советника юстиции (целого полковника!) Клементьева. Выяснилась эта фальшь в суде. И вот новая попытка. Уже в отношении защитника. Можно предполагать, что с ведома того же Клементьева А.В.

Что в последний момент остановило беспредельщиков, сказать трудно.

Разумеется, Владимир Андреевич по факту вопиющего преступного действа сотрудников ИК-54, да еще в присутствии представителя прокуратуры Чернавских И.А. написал заявление в Свердловскую областную прокуратуру, копия прилагается). Там четко помнят слова Президента России о «диктатуре Закона», поэтому изза «уважения» к Путину В.В. все делают наперекор его словам. Зная, что запрещено в соответсвии с Указом Президента России от ноября 2006 года направлять жалобу в тот орган, действия сотрудников которого обжалуются, Свердловская областная прокуратура поручила «поверку» подчиненным Клементьева А.В.. Следователь Нижнетагильской прокуратуры по надзору за исполнением законов в ИУ юрист 2 класса Мелкозеров С.В. быстро вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении должностных лиц ФГУ ИК-54, записав интересную фразу: «Шаклеин В.А. был предупрежден о его личном досмотре и также досмотре его личных вещей, т.к. он (начальник оперативного отдела Никулин Ю.В. – М.Т.) обладал информацией о возможности проноса Шаклеиным В.А. на территорию жилой зоны запрещенных предметов в виде сотового телефона и наркотических веществ, не объясняя последнего Шаклеину В.А. (см. приложение).

Фактически этой фразой полностью подтвердились опасения Шаклеина о готовящейся провокации.

Ложное обвинение лица в совершении особо тяжкого преступления – покушения на сбыт наркотиков преследуется по закону (ч.3 ст306 УК РФ, до 6 лет лишения свободы).

В этой связи вырвавшийся из лап фальсификаторов Шаклеин В.А. добивается на основании Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и ч.2 ст.24 Конституции России получения материалов о заведомо ложном доносе с последующим возбуждением уголовного дела.

М.И. Трепашкин
7 августа 2007 года

«Защитнику Шаклеину В.А. намеревались подбросить наркотики»

Главному управлению ФСИН России по Свердловской области жуть не нравятся независимые правозащитики, не пляшущие под их дудку наподобие уполномоченного по правам человека в области Мерзляковой Т.Г. и ее приближенных. «Костью в горле « у них является правозащитник-шестидесятник, председатель совета координаторов Уральского Межрегионального центра прав человека Владимир Андреевич Шаклеин. К тому же он стал систематически посещать меня в ПФРСИ, куда власти России упрятали меня от контактов с людьми. И стал требовать, выступая в качестве защитника по доверенности, восстановления грубо попранных моих прав человека. Даже письмо Директору ФСБ РФ Патрушеву Н.Д написал, задав конкретный вопрос, мол , почему Трепашкин сидит в тюрьме, если не работал с гостайной России и подписки не имеется (а это основополагающие обстоятельства, чтобы привлечь за разглашение гостайны России!).

Патрушев Н.П. не смог ответить на конкретный вопрос, ибо у меня действительно не имеется подписки о неразглашении, так как я работал лишь ведомственной тайной.

Вот и решили избавиться от надоедливого правозащитника. Где-то подальше.

24 июля 2007 года, посетив меня в ПФРСИ ФГУ ИК-13, заявил, что едет в гор. Новая Ляля, где защищает еще одного осужденного – Журилова Юрия Владимировича, содержащегося в ИК-54 и преследуемого сотрудниками ГУ ФСИН по Свердловской области за отправление жалоб в Администрацию Президента России на творимый в колониях беспредел. Владимир Андреевич посетовал на то, что в Новой Ляле по отношению к нему могут быть организованы провокации вплоть до убийства.

И действительно, 3 августа 2007 года в ФГУ ИК-54 правозащитнику Шаклеину В.А. намеревались в ходе личного обыска подбросить наркотики. Об этом тот факт, что заранее были сфабрикованы «оперативные данные», что Владимир Андреевич якобы будет проносить на территорию колонии запрещенные предметы «в виде сотового телефона и наркотических веществ». И помощника Нижнетагильского прокурора по надзору за исполнением законов в ИУ Чернавских И.А. заранее пригласили, чтобы в его присутствии проделать «операцию подброски» и сразу получить разрешение на возбуждение уголовного дела (см. прилагаемые документы). О том, что Нижнетагильская прокуратура по надзору за исполнением законов в ИУ занимается провокациями и фабрикациями материалов с различными «правонарушениями» в отношении осужденных, известно давно. И я много писал на эту тему. Достаточно вспомнить письмо самого прокурора (не помощников) Клементьева А.В. от января 2006 года о том, что якобы выражался нецензурной бранью в адрес Нижнетагильской прокуратуры. Я за это(что «покрыл прокурров матом») попал в ШИЗО, Мерзлякова Т.Г. через СМИ заверещала, что не будет защищать человека, оскорбившего прокурора, а оказалось, что письмо – мелкопакостная фабрикация старшего советника юстиции (целого полковника!) Клементьева. Выяснилась эта фальшь в суде. И вот новая попытка. Уже в отношении защитника. Можно предполагать, что с ведома того же Клементьева А.В.

Что в последний момент остановило беспредельщиков, сказать трудно.

Разумеется, Владимир Андреевич по факту вопиющего преступного действа сотрудников ИК-54, да еще в присутствии представителя прокуратуры Чернавских И.А. написал заявление в Свердловскую областную прокуратуру, копия прилагается). Там четко помнят слова Президента России о «диктатуре Закона», поэтому изза «уважения» к Путину В.В. все делают наперекор его словам. Зная, что запрещено в соответсвии с Указом Президента России от ноября 2006 года направлять жалобу в тот орган, действия сотрудников которого обжалуются, Свердловская областная прокуратура поручила «поверку» подчиненным Клементьева А.В.. Следователь Нижнетагильской прокуратуры по надзору за исполнением законов в ИУ юрист 2 класса Мелкозеров С.В. быстро вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении должностных лиц ФГУ ИК-54, записав интересную фразу: «Шаклеин В.А. был предупрежден о его личном досмотре и также досмотре его личных вещей, т.к. он (начальник оперативного отдела Никулин Ю.В. – М.Т.) обладал информацией о возможности проноса Шаклеиным В.А. на территорию жилой зоны запрещенных предметов в виде сотового телефона и наркотических веществ, не объясняя последнего Шаклеину В.А. (см. приложение).

Фактически этой фразой полностью подтвердились опасения Шаклеина о готовящейся провокации.

Ложное обвинение лица в совершении особо тяжкого преступления – покушения на сбыт наркотиков преследуется по закону (ч.3 ст306 УК РФ, до 6 лет лишения свободы).

В этой связи вырвавшийся из лап фальсификаторов Шаклеин В.А. добивается на основании Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и ч.2 ст.24 Конституции России получения материалов о заведомо ложном доносе с последующим возбуждением уголовного дела.

М.И. Трепашкин
7 августа 2007 года

«Защитнику Шаклеину В.А. намеревались подбросить наркотики»

Главному управлению ФСИН России по Свердловской области жуть не нравятся независимые правозащитики, не пляшущие под их дудку наподобие уполномоченного по правам человека в области Мерзляковой Т.Г. и ее приближенных. «Костью в горле « у них является правозащитник-шестидесятник, председатель совета координаторов Уральского Межрегионального центра прав человека Владимир Андреевич Шаклеин. К тому же он стал систематически посещать меня в ПФРСИ, куда власти России упрятали меня от контактов с людьми. И стал требовать, выступая в качестве защитника по доверенности, восстановления грубо попранных моих прав человека. Даже письмо Директору ФСБ РФ Патрушеву Н.Д написал, задав конкретный вопрос, мол , почему Трепашкин сидит в тюрьме, если не работал с гостайной России и подписки не имеется (а это основополагающие обстоятельства, чтобы привлечь за разглашение гостайны России!).

Патрушев Н.П. не смог ответить на конкретный вопрос, ибо у меня действительно не имеется подписки о неразглашении, так как я работал лишь ведомственной тайной.

Вот и решили избавиться от надоедливого правозащитника. Где-то подальше.

24 июля 2007 года, посетив меня в ПФРСИ ФГУ ИК-13, заявил, что едет в гор. Новая Ляля, где защищает еще одного осужденного – Журилова Юрия Владимировича, содержащегося в ИК-54 и преследуемого сотрудниками ГУ ФСИН по Свердловской области за отправление жалоб в Администрацию Президента России на творимый в колониях беспредел. Владимир Андреевич посетовал на то, что в Новой Ляле по отношению к нему могут быть организованы провокации вплоть до убийства.

И действительно, 3 августа 2007 года в ФГУ ИК-54 правозащитнику Шаклеину В.А. намеревались в ходе личного обыска подбросить наркотики. Об этом тот факт, что заранее были сфабрикованы «оперативные данные», что Владимир Андреевич якобы будет проносить на территорию колонии запрещенные предметы «в виде сотового телефона и наркотических веществ». И помощника Нижнетагильского прокурора по надзору за исполнением законов в ИУ Чернавских И.А. заранее пригласили, чтобы в его присутствии проделать «операцию подброски» и сразу получить разрешение на возбуждение уголовного дела (см. прилагаемые документы). О том, что Нижнетагильская прокуратура по надзору за исполнением законов в ИУ занимается провокациями и фабрикациями материалов с различными «правонарушениями» в отношении осужденных, известно давно. И я много писал на эту тему. Достаточно вспомнить письмо самого прокурора (не помощников) Клементьева А.В. от января 2006 года о том, что якобы выражался нецензурной бранью в адрес Нижнетагильской прокуратуры. Я за это(что «покрыл прокурров матом») попал в ШИЗО, Мерзлякова Т.Г. через СМИ заверещала, что не будет защищать человека, оскорбившего прокурора, а оказалось, что письмо – мелкопакостная фабрикация старшего советника юстиции (целого полковника!) Клементьева. Выяснилась эта фальшь в суде. И вот новая попытка. Уже в отношении защитника. Можно предполагать, что с ведома того же Клементьева А.В.

Что в последний момент остановило беспредельщиков, сказать трудно.

Разумеется, Владимир Андреевич по факту вопиющего преступного действа сотрудников ИК-54, да еще в присутствии представителя прокуратуры Чернавских И.А. написал заявление в Свердловскую областную прокуратуру, копия прилагается). Там четко помнят слова Президента России о «диктатуре Закона», поэтому изза «уважения» к Путину В.В. все делают наперекор его словам. Зная, что запрещено в соответсвии с Указом Президента России от ноября 2006 года направлять жалобу в тот орган, действия сотрудников которого обжалуются, Свердловская областная прокуратура поручила «поверку» подчиненным Клементьева А.В.. Следователь Нижнетагильской прокуратуры по надзору за исполнением законов в ИУ юрист 2 класса Мелкозеров С.В. быстро вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении должностных лиц ФГУ ИК-54, записав интересную фразу: «Шаклеин В.А. был предупрежден о его личном досмотре и также досмотре его личных вещей, т.к. он (начальник оперативного отдела Никулин Ю.В. – М.Т.) обладал информацией о возможности проноса Шаклеиным В.А. на территорию жилой зоны запрещенных предметов в виде сотового телефона и наркотических веществ, не объясняя последнего Шаклеину В.А. (см. приложение).

Фактически этой фразой полностью подтвердились опасения Шаклеина о готовящейся провокации.

Ложное обвинение лица в совершении особо тяжкого преступления – покушения на сбыт наркотиков преследуется по закону (ч.3 ст306 УК РФ, до 6 лет лишения свободы).

В этой связи вырвавшийся из лап фальсификаторов Шаклеин В.А. добивается на основании Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и ч.2 ст.24 Конституции России получения материалов о заведомо ложном доносе с последующим возбуждением уголовного дела.

М.И. Трепашкин
7 августа 2007 года

Обращение М.И. Трепашкина к ПАН ГИ МУН

ГЕНЕРАЛЬНОМУ СЕКРЕТАРЮ
ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЁННЫХ НАЦИЙ
г-ну ПАН ГИ МУН

от ТРЕПАШКИНА Михаила Ивановича,
адвоката, незаконно осуждённого
по сфабрикованным обвинениям
и содержащегося в настоящее время
в тюремных условиях
ПФРСИ ФГУ ИК-13 города Нижнего Тагила
(Свердловская область, Урал)

Уважаемый г-н Пан Ги Мун!

Обращаюсь к Вам как руководителю главнейшей в мире организации, определяющей правила отношений между людьми и наблюдающей за порядком человеческого общежития на нашей планете Земля с просьбой о реагировании на грубые нарушения прав человека в России и о помощи в освобождении меня из незаконного заключения, где я удерживаюсь в пыточных условиях уже более 3-х лет 7 месяцев, не совершив никакого преступления.

Я - человек. В соответствии с общепринятыми нормами права я наделён определёнными правами и обязанностями. Не нарушив ни одного обязательства перед людьми, я властями России оказался лишённым почти всех прав, в том числе права на свободу, права на общение с семьёй и маленькими детьми, права на медицинское обслуживание и других прав. Фактически я поставлен вне закона и превращён в бесправное животное. Если бы не внимание общественности Российской Федерации и международных правозащитников, то меня могли лишить и права на жизнь, как это было сделано в Лондоне и Москве с моими друзьями Литвиненко Александром и Политковской Анной.

Причиной преследования меня по политическим мотивам послужило то, что я, являясь адвокатом и защищая с 2001 года интересы потерпевших от подрыва домов в городе Москве (имеются ввиду события 1999 года), заявил о виновности в этом спецслужб России, и высказал мнение об отставке Директора ФСБ РФ Патрушева Н.П., сослуживца и друга нынешнего Президента Российской Федерации Путина В.В.

Моя нынешняя ситуация отличается от положения узников Гуантанамо (о нарушении прав которых очень много говорят) тем, что их задержали в местах боевых действий и длительное время не предъявляют обвинений, а меня, гражданского человека, военные заключили под стражу и осудили по придуманным преступлениям. Приговор военного суда - лишь ширма для прикрытия преступного беззакония.

Чтобы пояснить, в чём суть указанного беззакония, считаю уместным привести один пример, демонстрирующий одно из четырёх деяний, вменённых мне властями России как преступление.

Меня по приговору от 19 мая 2004 года заключили в тюрьму за то, что якобы в августе 2001 года, будучи уже адвокатом, я показал полковнику ФСБ РФ ШЕБАЛИНУ В.В. З(три) документа КГБ СССР, которые не составляли в Советском Союзе никакой государственной тайны (и это установлено судом), не передавались после распада СССР каким-либо российским органам, не имевшим отношения к России. Но, на момент встречи с Шебалиным в августе 2001 года эти сведения якобы стали обрахзовывать государственную тайну России, так как КГБ СССР в насточящее время осуществляет контрразведывательную и оперативно-розыскную деятельность. Это преступная выдумка, так как все в мире знают, что СССР и КГБ СССР не существуют с 1991 года.

В праве на пересмотр дела, гарантированном статьёй 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, статьёй 2 Протокола 7 к Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, мне было отказано.

19 апреля 2007 года на очередной сессии ПАСЕ была принята резолюция с требованием к России о моём немедленном освобождении, однако, власти Российской Федерации выполнить её не стремятся.

Крупнейшая международная правозащитная организация «Международная Амнистия» признала, что я осуждён по политическим мотивам. То же самое было констатировано в ежегодном докладе Госдепартамента США, анализирующим положение с правами человека в мире.

Уважаемый г-н Генеральный секретарь ООН! Я прошу от имени самой влиятельной организации мира обратить внимание на нарушение прав человека в России и потребовать моего освобождения и пересмотра уголовного дела. Прошу при этом учесть, что речь идёт не только о моих правах, но и о правах моих детей, оставшихся дома без средств к существованию (я был единственным кормильцем) и не имеющих возможности встречаться со мной, так как я отправлен в места лишения свободы за 2 200 км от дома и семьи.

Так как моё дело не единственное в России, прошу включить вопрос нарушения прав человека, преследований по политическим мотивам и политических убийств в России в повестку дня на предстоящей сессии ООН в сентябре 2007 года.

С уважением и надеждой на реагирование,

М.И.ТРЕПАШКИН
25 мая 2007 года
камера № 13
ПФРСИ ФГУ ИК № 13
город Нижний Тагил

Первоисточник информации - сайт "Трепашкин говорит"