Соображения по поводу обвинения Павла Рягузова

"СОТРУДНИКИ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНЫХ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ ФСБ РФ НЕРЕДКО ОКАЗЫВАЛИ ПОМОЩЬ УБИЙЦАМ В ВЫСЛЕЖИВАНИИ СВОИХ ЖЕРТВ"

Я не могу утверждать о виновности или невиновности в совершении каких-либо преступлений сотрудника оперативно-поискового подразделения (наружное наблюдение или наружная разведка) ФСБ РФ подполковника Рягузова. Однако хотелось бы заметить, что сотрудники этих подразделений нередко фигурировали, ещё в период моей службы в Управлении собственной безопасности ФСБ РФ, по оперативным делам в качестве пособников организованных преступных группировок г. Москвы, за деньги отслеживая бизнесменов (их места пребывания, адреса проживания, связи, наличие компромата и т.д.) и других жертв. Тем не менее, начальник УСБ ФСБ РФ Патрушев Н.П. и бывший в то время Директором ФСБ РФ Ковалёв Н.Д. (ныне депутат Госдумы РФ) скрывали такие факты, ибо за этими деяниями нередко стояли либо разбои и убийства отслеживаемых предпринимателей, либо вымогательства. А руководители не желали, чтобы на руководимом ими ведомстве были "пятна".

Если кто-то обратит внимание на мой приговор от 19 мая 2004 года, то там фигурируют четыре сводки прослушивания телефонных переговоров и заготовка справки по делу оперативного розыска (ДОР) "Братаны", которые следователю Главной военной прокуратуры принёс полковник ФСБ РФ Шебалин В.В. и заявил, что эти пять документов я, как адвокат, передал ему на хранение (в действительности они были в архиве УСБ ФСБ РФ).

Так вот, в этих сводках и справке речь как раз и шла речь о том, что сотрудники ОПУ ФСБ РФ С. (действующий) и А. (уволенный) помогали членам "Гольяновской организованной преступной группировки" (ОПГ) следить за бизнесменами, собирать на них компрометирующие материалы и т.д. А за эти услуги они получали дополнительную (кроме платы за службу в ФСБ РФ) плату из расчета 100 долларов за час слежки. Из содержания телефонных переговоров между членами ОПГ и сотрудником ФСБ С. видно, что начальники ФСБ РФ знали о "подработках" своих подчинённых, но молчали, так как сами получали часть заработанных таким путём денег.

По причине того, что сотрудники ОПУ ФСБ РФ С. и А. были замешаны в ряде других тяжких преступлений, в том числе причастны к ряду убийств, совершённых членами "Гольяновской ОПГ", хранили оружие для убийства, я, совместно с сотрудниками 4-го отдела РУОПа, намеревался захватить их с поличным, когда они, пользуясь служебными удостоверениями, привезут оружие на очередную бандитскую разборку. Однако когда я доложил об этом руководству УСБ, то у меня забрали материалы, уволили действующего сотрудника С. (сорвав планируемую операцию по взятию с поличным), после чего вернули мне дело ДОР "Братаны" - с пометкой "В акт", для уничтожения. Я подготовил все необходимые документы, но уничтожать материалы не стал: это явное сокрытие доказательств по тяжким и особо тяжким преступлениям. Я передал всё в секретариат и УРГУ УСБ ФСБ РФ, чтобы они решали, что делать с материалами. Они их тоже не рискнули уничтожить, и материалы лежали в архиве без движения с февраля 1996 года до декабря 2002 года.

Когда я в конце августа - начале сентября 2002 года предупреждал о готовящейся в Москве террористической акции, я сослался на указанное ДОР "Братаны", что там также имеется материал о вооружённом чеченце, действующем в Москве. После "Норд-Оста", когда я зашумел по поводу того, что моя информация не стала руководством к действию, и в результате - 129 трупов, из ДОР "Братаны" были изъяты пять упомянутых ранее документов; они были переданы Шебалину, который отнёс их в Главную военную прокуратуру и передал с заявлением, что получил их от меня на хранение в феврале 2002 года (!?). Хотя по документам видно, что они - из архива. После этого оперработники ФСБ РФ, вызванные в качестве "экспертов", признали их содержащими государственную тайну России, и я сижу за это в тюрьме.

Даже если и следовать логике ФСБ и ГВП, то получится, что Шебалин передал от меня документы о сокрытии руководителями ФСБ РФ тяжких и особо тяжких преступлений, к которым были причастны сотрудники ОПУ ФСБ РФ, совершившие деяния, подобные тем, в которых сейчас Генпрокуратура РФ обвиняет Павла Рягузова в деле об убийстве А.С. Политковской. Почему же вместо этих сотрудников, вместо руководителей ФСБ, скрывших преступление, в тюрьме сижу я? И почему гостайной России объявили сведения об убийствах людей и других преступлениях, которые, в соответствии с Законом РФ "О государственной тайне" не подлежат засекречиванию под угрозой уголовной ответственности за необоснованное засекречивание?

Если бы в своё время руководители ФСБ и ГВП дали ход делам о пособничестве сотрудников ОПУ ФСБ РФ в убийствах, возможно, и не возникло бы такой ситуации, как с подполковником П. Рягузовым. А если он действительно виновен, то можно было и предотвратить убийство Политковской, если бы было своевременно возбуждено уголовное дело по незаконным действиям сотрудников ОПУ ФСБ РФ, исполняющих преступные заказы за деньги.

И получается, что я сижу в тюрьме за попытки предупредить и пресечь преступления, а те, кто всячески способствовал их совершению, выступают обвинителями. Как в "стране чудес" - всё наоборот!

М.И. Трепашкин

25 сентября 2007 года.

«Майора из СИЗО-1 гор.Екатеринбурга наказали за незаконное использование наручников»

В июле 2007 года я писал о множестве нарушений норм права и моих прав как человека в период пребывания в СИЗО-1 гор.Екатеринбурга. И тогда же я обращал внимание правозащитников, что от всего могут отписаться, за исключением применения наручников. Так оно и получилось.

Помещение в камеру-одиночку для смертников (теперь это «ПЖ» - приговоренные к пожизненному заключению) сотрудники СИЗО объяснили необходимостью личной безопасности (от самого себя?). А вот применение ко мне наручников при самом малейшем передвижении вне запертой камеры объяснить не смогли.

В адрес председателя совета координаторов, координатора ООД «За права человека» по УрФО В.А.Шаклеина пришло письмо от уполномоченного по правам человека в Свердловской области за подписью руководителя аппарата Гоголева В.Е. (исполнитель Савельева В.И., т.217-88-79) за № 07-13/1440 от 18.09.2007 года, где указано, что на запрос уполномоченного по правам человека пришел ответ от начальника ФГУ ИЗ-66/1 С.П.Богинича, из которого следует:

По факту незаконного применения специального средства «наручники», назначена и проведена проверка, для установления виновных лиц. В ходе проверки установлено, что с нарушением ст.45 ФЗ «О содержании под стражей…» вывод из камеры осужденного Трепашкина М.И. на прогулку осуществлял майор внутренней службы Красновид И.Н., начальник отдельного корпусного блока. За нарушение ФЗ майор внутреннй службы Красновид И.Н. привлечен к дисциплинарной ответственности правами начальника учреждения.

Такова дословная цитата. Кстати, начальник СИЗО-1 Богинич С.П. и копию своего приказа от 19 июля 2007 года к ответу приложил - «О снижении процентной надбавки к заработной плате майора внутренней службы И.Н.Красновида по факту незаконного применения специального средства «наручники» к осужденному Трепашкину М.И.».

Письма из аппарата уполномоченного по правам человека в Свердловской области и начальника СИЗО-1 города Екатеринбурга (ФГУ ИЗ-66/1) С.П.Богинича опровергают заявление ФСИН России в СМИ в июле 2007 года о том, что не правы защитники, утверждая, что в СИЗО-1 гор.Екатеринбурга «ущемляются права осужденного Трепашкина». Якобы проверкой нарушений не выявлено.

Хотелось бы акцентировать внимание правозащитников еще на одном факте. В июне-июле 2007 года я описывал о нарушениях моих прав на прогулку, а также описывал, что так называемые «прогулочные дворики» для спецпоста № 38 (подвал), где меня содержали в камере-одиночке № 5, - маленькие и грязные. Вот что ответил по этому поводу С.П.Богинич (цитирую):

…так как Трепашкин М.И. содержался на одиночном содержании он выводился на прогулку в прогулочный дворик площадью 4 кв.м.

Чтобы представить, как можно осущствлять прогулку на таком «огромном» прогулочном дворике, сравните его с метражем хотя бы кухни в доме «хрущевки».

А на лживые заявления ФСИН России в СМИ пора подавать в суд. Сколько можно им клеветать и дурить людей?

М.И. Трепашкин
29 сентября 2007 года.

Анонс: пикет в защиту М.И. Трепашкина

Прекратить преследования политзаключенного Михаила Трепашкина!

2 октября (вторник) с 18 до 20 часов в Москве около Соловецкого камня пройдет пикет с целью протеста против преследования властями политзаключенного Михаила Трепашкина.

Бывший подполковник ФСБ Михаил Иванович Трепашкин, осужденный за разглашение гостайны, уже четыре года находится в пыточных условиях в колонии г. Нижний Тагил. Истинная причина преследований властями М. Трепашкина - его борьба с коррупцией в стенах ФСБ в 90-е годы, разоблачение преступного бизнеса чиновников силовых ведомств (ФСБ, МВД, Минобороны), обвинения в причастности ФСБ к организации взрывов жилых домов в 1999 году по политическим мотивам.

Одной из главных тем пикета будет обвинение Уполномоченного по правам человека в РФ В.П.Лукина в формальном отношении к своим обязанностям. Будут приведены многочисленные факты невыполнения им обещаний по делу М. Трепашкина. Организаторы акции потребуют от властей освобождения М.И. Трепашкина, его полной реабилитации и наказания людей, виновных в его осуждении. На пикете будут распространяться копии статей о Михаиле Трепашкине, опубликованные в газетах в относительно свободные 90-е годы, а также диски с фильмами «Недоверие» и «Покушение на Россию» о взрывах домов в России в 1999 году.

Организаторы акции: Общественный комитет в защиту Михаила Трепашкина, Антивоенный клуб.

Дополнительная информация по телефону: 368-41-65

Встреча с М.И. Трепашкиным 28 сентября

28 сентября состоялась встреча с Михаилом Трепашкиным в СИЗО-1 гор. Екатеринбурга. 27 сентября Трепашкин был этапирован из ИК-13 гор. Нижнего Тагила и документы о его прибытии еще не были полностью оформлены. По указанной причине, не приняли вчера продовольственную передачу от Глеба Эделева, который много часов пытался вручить её через администрацию. У меня практически не было проблем со встречей, в отличие от прошлых свиданий (полагаю, что активные демарши
администрации не в удовольствие). Только попросили написать М. Трепашкина новое заявление о встречах.

Сам Михаил откровенно признался, что чувствует себя неважно после многочасового переезда. Длительные остановки при пересадках с транспорта на транспорт (автомашина-столыпинский вагон-автомашина-пересчеты в СИЗО, обыски и прочее) здорового человека выводят из равновесия, что говорить о больных. А у Трепашкина, в добавок ко всем болячкам, еще и аллергия на служебных овчарок - были трудности с восстановлением дыхания. Поместили его на сей раз в двухместную камеру
№419 - из которой он выехал в прошлый раз. Сокамерник сказал, что до его приезда - 2 недели назад - проводили ремонт: штукатурили, красили, делали прочие "обновления". Я передал Трепашкину новости интернета, в том числе и вопросы Веры Васильевой для интервью. Михаил Иванович был рад новостям, он попытается ответить на вопросы к понедельнику, когда к нему приедет Л.Б. Косик. Моя новая встреча состоится 8 сентября, за 2 дня до судебного заседания.

Из моих новостей Трепашкин был рад информации о проведенном пикете у здания областной прокуратуры накануне, 27 сентября. На пикете, посвященном протестам против произвола администрации ГУФСИН, бездействия прокуратуры в отношении преступных деяний над находящимися в местах заключения (появился новый труп осужденного,вновь открыли изолятор ПФРСИ-"фабрику пыток" в ИК-2, содержание в одиночных тюремных камерах - М. Трепашкина, Ю.Журилова и многих других и т.д.). Естественно Были плакаты за свободу М. Трепашкина и против пыток обвиняемых и осужденных. Трепашкин также выразил благодарность всем, кто поддерживает его и других, незаконно пострадавших.

Договорились, что 10 октября будет организован новый пикет в его защиту, будут продолжены и другие правозащитные действия, в том числе за освобождение из одиночек (мы оба считаем, что они должны быть "вне закона"). Также необходимо (с помощью экспертизы НЭПС и др. компетентных организаций) установить, что, по закону, его должны освободить 30 ноября, а не 18 декабря, как того хочет администрация. Помимо этого, требуется ряд сведений о судебных постановлениях и решениях в его защиту. Большое внимание уделяется защите в международных организациях. Расстались, как всегда, с добрыми пожеланиями и с настроением действовать, всеми законными способами.

Шаклеин Владимир Андреевич,
Межрегиональный центр прав человека -
Уральское отделение ООД "За права человека".

Слушания по делу Трепашкина назначены на 10 октября

КАВКАЗСКИЙ УЗЕЛ | Новости:

Свердловский областной суд назначил рассмотрение кассационной жалобы экс-офицера ФСБ Михаила Трепашкина на решение об ужесточении ему режима отбытия наказания на 10 октября. Об этом корреспонденту "Кавказского узла" сообщил координатор Общественного комитета в защиту политзаключённого Михаила Трепашкина Михаил Кригер.

Ранее слушания назначались на 5 сентября, но они не состоялись, т. к. в исправительную колонию № 13 Нижнего Тагила, где Трепашкин отбывает четырёхлетний срок, не поступили документы об этапировании его в областной суд в Екатеринбург. Провести процесс в отсутствие осуждённого суд не смог, так как Трепашкин воспользовался своим правом и потребовал рассмотрения кассационной жалобы в его присутствии.

Напомним, что 16 июля Свердловский облсуд вернул дело об ужесточении режима отбытия наказания Михаилу Трепашкину в Тагилстроевский районный суд Нижнего Тагила.

"Как видно из материалов дела, осужденный Трепашкин в установленный законом срок, 11 марта 2007 года, подал в суд ходатайство об ознакомлении его с протоколом судебного заседания и об изготовлении ему копии этого протокола. 9 апреля 2007 года осужденному была направлена копия протоколов судебных заседаний, состоявшихся по делу, но не всех, а только их части на 29 листах. В своих многочисленных заявлениях Трепашкин просил направить ему копии протоколов судебных заседаний полностью, однако в этом ему было необоснованно, по мнению судебной коллегии, отказано", - говорится в постановлении екатеринбургских судей.

Также Тагилстроевский суд не направил осужденному копии кассационных жалоб его адвокатов, а дело "оформил небрежно". Для устранения этих нарушений закона областной суд и вернул дело в суд первой инстанции.

Как ранее сообщал "Кавказский узел", 9 марта 2007 года Тагилстроевский районный суд Н.Тагила принял решение о переводе Трепашкина за якобы допущенные нарушения режима из колонии-поселения, где он отбывал наказание по приговору суда, в колонию общего режима. Михаил Трепашкин и его адвокаты в кассационном порядке обжаловали это постановление в Свердловский областной суд.

19 июля Европейский суд по правам человека рассмотрел жалобу Михаила Трепашкина на незаконное содержание под стражей и бесчеловечные условия в изоляторе временного содержания г. Дмитрова Московской области, где он находился в конце 2003 года.

Евросуд единогласно признал, что российские власти нарушили статью 3 Европейской конвенции по правам человека (запрет пыток), не обеспечив достойное содержание больного астмой Михаила Трепашкина в период его нахождения с 22 октября до 1 декабря 2003 года в изоляторе временного содержания (ИВС) г. Дмитрова и СИЗО г. Волоколамска Московской области. Суд назначил заявителю компенсацию в размере трёх тысяч евро.

В то же время, суд отказался рассматривать вопрос о незаконности содержания под стражей Трепашкина с 22 октября по 5 ноября 2003 года по ст. 5 Европейской конвенции по правам человека (ЕКПЧ).

Европейский суд посчитал, что не вправе говорить о нарушении Россией ст. 5 ЕКПЧ, т. к. судебная система государства уже признала незаконность ареста заявителя в рассматриваемый период и решением суда г. Дмитрова ему была присуждена компенсация в размере 70 тысяч рублей.

Согласно процедуре выполнения решений Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), российские власти должны не только выплатить компенсацию, но и полностью восставить справедливость в отношении заявителя и обеспечить отсутствие подобных нарушений прав человека в отношении остальных своих подданных. Кроме рассмотренной в Европейском суде находятся еще две жалобы Михаила Трепашкина.

Напомним, 22 июня Михаил Трепашкин был переведен из исправительной колонии в Нижнем Тагиле в СИЗО № 1 г. Екатеринбурга для участия в рассмотрении Свердловским облсудом его кассационной жалобы на решение об ужесточении режима отбытия наказания. Правозащитники считают основания для ужесточения режима сфабрикованными.

Трепашкин был осужден Московским окружным военным судом 19 мая 2004 года за разглашение гостайны. Его приговорили к 4 годам лишения свободы с отбыванием срока в колонии-поселении.

Ранее, 1 июля 2005 года Мособлсуд отменил обвинительный приговор Михаилу Трепашкину по другому уголовному делу - о незаконном хранении и перевозке оружия. По этому делу он был арестован 22 октября 2003 года, после того, как в его машине был обнаружен пистолет. Трепашкин утверждал, что оружие было подброшено.

Сам Михаил Трепашкин заявил о своем заключении корреспонденту "Кавказского узла": "Мое глубокое мнение, что это, прежде всего, - месть за то, что выступал против нынешнего руководства ФСБ Патрушева. Я считаю, что это тот человек, который не способен обеспечить безопасность граждан нашего государства. Это человек, который по своим нравственным аспектам, если его попросят что-то страшное совершить, он и страшное совершит".

Напомним, что после ухода из органов безопасности Трепашкин занялся адвокатской практикой и работой в Общественной комиссии по расследованию терактов в жилых домах в Москве и Волгодонске в 1999 году. В 1998 году Трепашкин вместе с Александром Литвиненко принял участие в пресс-конференции, на которой обвинил ФСБ в коррупции и организации бессудных казней.

Вячеслав ФЕРАПОШКИН

Трепашкин этапирован из колонии в СИЗО Екатеринбурга

КАВКАЗСКИЙ УЗЕЛ | Новости:

Вчера, 27 сентября, осуждённый за разглашение гостайны экс-подполковник ФСБ Михаил Трепашкин был этапирован из исправительной колонии N13 Нижнего Тагила, где он отбывает наказание, в СИЗО-1 Екатеринбурга. Об этом корреспонденту "Кавказского узла" сообщила адвокат осуждённого Любовь Косик.

Перевод Трепашкина в Екатеринбург осуществлён для обеспечения его участия в рассмотрении Свердловским областным судом кассационной жалобы защиты на решение об ужесточении осуждённому режима отбытия наказания. Заседание суда по данному делу назначено на 10 октября.

Ранее слушания назначались на 5 сентября, но они не состоялись, т.к. в ИК-13 не поступили документы об этапировании Михаила Трепашкина в Екатеринбург. Провести процесс в отсутствие осуждённого суд не смог, так как Трепашкин воспользовался своим правом и потребовал рассмотрения кассационной жалобы в его присутствии.

Напомним, что 16 июля Свердловский облсуд вернул дело об ужесточении режима отбытия наказания Михаилу Трепашкину в Тагилстроевский районый суд Нижнего Тагила.

"Как видно из материалов дела, осужденный Трепашкин в установленный законом срок, 11 марта 2007 года, подал в суд ходатайство об ознакомлении его с протоколом судебного заседания и об изготовлении ему копии этого протокола. 9 апреля 2007 года осужденному была направлена копия протоколов судебных заседаний, состоявшихся по делу, но не всех, а только их части на 29 листах. В своих многочисленных заявлениях Трепашкин просил направить ему копии протоколов судебных заседаний полностью, однако в этом ему было необоснованно, по мнению судебной коллегии, отказано", - говорится в постановлении екатеринбургских судей.

Также Тагилстроевский суд не направил осужденному копии кассационных жалоб его адвокатов, а дело "оформил небрежно". Для устранения этих нарушений закона областной суд и вернул дело в суд первой инстанции. В настоящее время нарушения устранены и документы вновь находятся в Свердловском областном суде.

Как ранее сообщал "Кавказский узел", 9 марта 2007 года Тагилстроевский районный суд Н. Тагила принял решение о переводе Трепашкина за якобы допущенные нарушения режима из колонии-поселения, где он отбывал наказание по приговору суда, в колонию общего режима (правда, обе "колонии" находятся в одном месте - всё в той же ИК-13 Нижнего Тагила). Михаил Трепашкин и его адвокаты в кассационном порядке обжаловали это постановление в Свердловский областной суд. Правозащитники, в частности Движение "За права человека", считают основания для ужесточения режима сфабрикованными.

19 июля Европейский суд по правам человека рассмотрел жалобу Михаила Трепашкина на незаконное содержание под стражей и бесчеловечные условия в изоляторе временного содержания г. Дмитрова Московской области, где он находился в конце 2003 года.

Евросуд единогласно признал, что российские власти нарушили статью 3 Европейской конвенции по правам человека (запрет пыток), не обеспечив достойное содержание больного астмой Михаила Трепашкина в период его нахождения с 22 октября до 1 декабря 2003 года в изоляторе временного содержания (ИВС) г. Дмитрова и СИЗО г. Волоколамска Московской области. Суд назначил заявителю компенсацию в размере трёх тысяч евро.

В то же время, суд отказался рассматривать вопрос о незаконности содержания под стражей Трепашкина с 22 октября по 5 ноября 2003 года по ст. 5 Европейской конвенции по правам человека (ЕКПЧ).

Европейский суд посчитал, что не вправе говорить о нарушении Россией ст. 5 ЕКПЧ, т. к. судебная система государства уже признала незаконность ареста заявителя в рассматриваемый период и решением суда г. Дмитрова ему была присуждена компенсация в размере 70 тысяч рублей.

Согласно процедуре выполнения решений Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), российские власти должны не только выплатить компенсацию, но и полностью восставить справедливость в отношении заявителя и обеспечить отсутствие подобных нарушений прав человека в отношении остальных своих подданных. Кроме рассмотренной в Европейском суде находятся еще две жалобы Михаила Трепашкина.

Трепашкин был осужден Московским окружным военным судом 19 мая 2004 года за разглашение гостайны, выразившееся в хранении у себя дома документов с места прежней работы в КГБ, которые суд счёл секретными. Его приговорили к 4 годам лишения свободы с отбыванием срока в колонии-поселении.

Ранее, 1 июля 2005 года? Мособлсуд отменил обвинительный приговор Михаилу Трепашкину по другому уголовному делу - о незаконном хранении и перевозке оружия. По этому делу он был арестован 22 октября 2003 года, после того, как в его машине был обнаружен пистолет. Трепашкин утверждал, что оружие было подброшено.

Сам Михаил Трепашкин заявил о своем заключении корреспонденту "Кавказского узла": "Мое глубокое мнение, что это, прежде всего, - месть за то, что выступал против нынешнего руководства ФСБ Патрушева. Я считаю, что это тот человек, который не способен обеспечить безопасность граждан нашего государства. Это человек, который по своим нравственным аспектам, если его попросят что-то страшное совершить, он и страшное совершит".

Напомним, что после ухода из органов безопасности Трепашкин занялся адвокатской практикой и работой в Общественной комиссии по расследованию терактов в жилых домах в Москве и Волгодонске в 1999 году. В 1998 году Трепашкин вместе с Александром Литвиненко принял участие в пресс-конференции, на которой обвинил ФСБ в коррупции и организации бессудных казней.

Вячеслав ФЕРАПОШКИН

Жалоба на отказ в возбуждении уголовного дела и должностной подлог

Прокурору г. Москвы
Сёмину Ю.Ю.
115184, г. Москва,
ул. Новокузнецкая, д. 27,
от Трепашкина Михаила Ивановича,
1957 года рождения, адвоката,
полковника запаса, ветерана и
пенсионера ФСБ, награждённого
боевыми правительственными
наградами, в частности, медалями
"За отличие в воинской службе
1 степени" и "За отвагу"
в 1995 году, незаконно осуждённого
по сфабрикованным обвинениям
в совершении деяний средней
тфжести - ч.1 ст. 222 и
ч.1 ст. 283 УК РФ к 4 годам колонии-
поселения, отбывающего наказание
в камере №13 ПФРСИ ФГУ ИК-13
г. Нижнего Тагила

ЖАЛОБА

на незаконный отказ в возбуждении
уголовного дела и должностной подлог
(в порядке ст.ст. 123-124 УПК РФ).

19 августа 2007 года в Общероссийское общественное движение "За права человека" поступил ответ ВрИО начальника Управления организации дознания ГУВД г. Москвы (исх. №59/3 11-14 от 13 августа 2007 года) и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам ст. 129 УК РФ (публичная клевета) в отношении депутата Госдумы ФС РФ Абельцева С.Н.

Постановление вынесено по заявлению ООД "За права человека" о совершении Абельцевым С.Н. публичной клеветы с использованием газеты "Аргументы и факты" о том, что якобы я за деньги торговал секретами России, опозорив честь офицера спецслужб.

Считаю данное постановление дознавателя Р.С. Пелипенко незаконным, вынесенным без надлежащей проверки изложенных в заявлении ООД "За права человека" фактов, а также содержащим служебный подлог и направленным на сокрытие преступления, совершённого умышленно Абельцевым С.Н., в частности:

1. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела указывается, что я осуждён якобы за нарушение правил секретности, совершённое из КОРЫСТНЫХ соображений. Я прилагаю выписку из приговора, по которому отбываю наказание, где имеется полный текст моего обвинения.

Обратите внимание: нет там ни корыстных соображений, ни торговли секретами. Нет там никаких правил, которые я якобы нарушил.

Я с мая 1997 года не служу в органах ФСБ РФ. Как я мог в 2001-2002 гг. нарушать правила секретности, если у меня вообще не было работы, связанной с гостайной России?

Указав в постановлении заведомо ложные сведения о корыстных соображениях, дознаватель совершил деяния, подпадающие под признаки состава преступления, предусмотренного ст. 292 УК РФ, чтобы скрыть преступление, умышленно совершённое С.Н. Абельцевым, которому я ещё до его выступления в газете "Аргументы и факты" направлял подробную информацию о своём обвинении и его фабрикации.

2. Я никогда не участвовал ни в одной пресс-конференции "с участием Б.А. Березовского и на его стороне".

Это также клеветнический служебный подлог!

Дознаватель, стремясь увести С.Н. Абельцева от умышленной клеветы, указал заведомую ложь, подтянув данные о пресс-конференции сотрудников УРПО ФСБ РФ в Интерфаксе 17 ноября 1998 года, куда я был приглашён в качестве предполагаемой жертвы их преступлений по указанию руководства. Замечу, что я никого из этих сотрудников ФСБ РФ ранее не знал. И Березовского там не было, они лишь рассказывали, что в списке лиц, которых им поручило "убрать" руководство, были Березовский Б.А., я как начальник следотдела УФСНП РФ по Московской области, а также Джабраилов, которого нужно было похитить для обмена.

Березовского я до этого времени тоже не знал!

Участники пресс-конференции, а это были сотрудники УРПО ФСБ РФ Литвиненко, Шебалин (человек в маске), Понькин, Щеглов и Латышонок (люди в очках) заявили, что лично генерал Макарычев А.К. через начальника отдела Гусака А.И. приказал проломить мне голову, чтобы не судился с руководством ФСБ РФ, и забрать у меня материалы.

Я действительно судился с тремя генералами армии ФСБ РФ: Барсуковым М.И., Ковалёвым Н.Д., Патрушевым Н.П. и суд выиграл. Решение было 1 апреля 1998 года.

Суть суда: В период первой чеченской войны, наряду с боевыми действиями на Кавказе, планировалось осуществить сепаратистами-дудаевцами боевые действия в Москве. Об этом я узнал от своих источников. Совместно с 4-м отделом РУОП (Осипов, Медведев - руководители), которых я взял в помощники, ибо у нас в то время не было предварительного следствия, мы провели ряд оперативных комбинаций и успели изъять ряд складов с оружием. Достаточно сказать, что только на одном из них, на улице Волочаевской в г. Москве были изъяты, помимо взрывчатки и стрелкового оружия, огромнейшее количество огнемётов и гранатомётов ("Муха", "Шмель"), которые лежали словно водопроводные трубы на стройке. Можете представить, какую бойню готовили в Москве. За эти мероприятия и предотвращение терактов я получил медаль "За отвагу". После этого боевики, оставшиеся на свободе, решили закупить у высокопоставленных офицеров Генштаба Минобороны РФ новые партии оружия со складов в городе Электрогорске Московской области. Для этого генштабисты оформили бумаги (кажется, "задним числом"), что склад был ликвидирован за ненадобностью. Чтобы получить деньги, боевики прибыли в КБ "Сольди" (Оружейный пер., г. Москва) и потребовали передать им 1,8 млрд. рублей. 1 декабря 1995 года мы взяли их с поличным. В ходе этой операции (угол. дело по ч.5 ст. 146 УК РСФСР - вымогательство) были задержаны не только 5 полевых командиров из бригады Салмана Радуева ("Абдул", "Иса", "Турпал", "Умар" и "Герой"), но также генерал Генштаба МО РФ Тарасенко, полковник Голубовский из этого же ведомства, чины из МВД и ФСБ РФ, а также начальник службы безопасности казино "Голден Пэлас" и "Кристалл" Карен Азизбекян. Они не стеснялись, рассказывали о своих преступлених, но заявляли, что за ними такие силы, что скоро мы пожалеем о содеянном.

Начальник РУОП Рушайло В.Б. направил письмо о моём награждении за удачно проведённую операцию. Но деньги и генеральская солидарность, чёрный оружейный бизнес заработали и меня отстранили от дела, заявив, что, задерживая чеченских боевиков, я, якобы, злоупотребил своими полномочиями (!?). Вскоре почти все задержанные с помощью Главной военной прокуратуры были отпущены. Мне в частном порядке удалось договориться со следователем об оставлении хотя бы мелких исполнителей (кто бил банкиров, требуя деньги) и одного из полевых командиров Новикова Висрутдина Джунандовича по прозвищу "Герой". За него в декабре 1996 г. из рук Салмана Радуева удалось вернуть 3 бойцов Пензенского ОМОНа, из числа 22-х человек во главе с майором Зотовым, захваченных в плен на границе Чечни и Дагестана 12.12.1996 года. Акт обмена у меня сохранился.

Остальные боевики в результате шума разбежались. "Абдул" с подручными рванул в Турцию. "Иса" - в Литву. Война в Москве не состоялась. Но меня, по инициативе прибывшего из ГПУ Администрации Президента России на должность начальника УСБ ФСБ РФ Патрушева Н.П., наказали. Я должен был уволиться из ФСБ РФ с почестями и льготами в мае 1997 года. После этого я подал в суд, что боевиков отпустили незаконно (фигурировали и большие суммы взяток), а меня за это когда-то наказали необоснованно. 1 апреля 1998 года состоялось решение суда, которым признана моя правота.

Так как в суде я снова поднимал вопрос о продажных генштабистах и возможной войне в Москве, о влиятельных силах, заставивших даже руководителей ФСБ РФ выдавить меня из ФСБ, то на меня было немало покушений. Об одном из них я узнал в Главной военной прокуратуре, где расследовалось, по указанию главы Администрации Президента России, уголовное дело по факту готовившегося покушения на Исполнительного секретаря СНГ Березовского Б.А. Это было в октябре 1998 года. А 17 ноября того же года несостоявшиеся киллеры дали пресс-конференцию в Интерфаксе, куда меня пригласили, чтобы показать, кого и за что им приказано было уничтожить. Вот такое моё участие в пресс-конференции. И не было там никакого Березовского Б.А. И о нём я ничего там не говорил, ибо я его только что узнал как такого же потерпевшего по делу.

Всё, о чём я написал, освещалось в СМИ:

- "Генштаб помогал дудаевской мафии", "Комсомольская правда", 12 мая 1997 года, 1-2 стр., автор Сокирко Виктор Анатольевич;

- "Борца с чеченским бандитизмом заставили уволиться из ФСБ", "Коммерсант", апрель 1998 г., автор Заладинская Екатерина Юрьевна;

- "Приказано молчать", "Литературная Газета", конец ноября - нач. декабря 1998 г., автор Андреев Игорь Алекссевич и др.

Проверкой занимались Катышев и Скуратов, но вскоре и их "ушли"...

К сожалению, новая чеченская война не осталась без последствий для Москвы. А ведь можно было это предотвратить, упредить.

По взрывам домов в сентябре 1999 года я увидел схожую с 1995 годом ситуацию. Более того, появились "знакомые" по старым делам люди.

Я, уже будучи адвокатом, в 2002 году с мая по август получил массу информации о появлении в городе множества вооружёных боевиков в Западном и Юго-Западном округах г. Москвы. Вначале я молчал, будучи наученным горьким опытом. Но в августе 2002 года от адвоката Евстигнеева Александра, знакомого по событиям 1995 года (он бывший сотрудник ОПУ ФСБ РФ), я узнал, что в Москве появился полевой командир "Абдул", специалист по террористическим актам.

Зная, что друг А. Литвиненко и участник известной пресс-конференции в Интерфаксе 17.11.1998 г. полковник ФСБ РФ Шебалин В.В. восстановился в органах госбезопасности, я решил с ним встретиться. Встреча была в конце августа - начале сентября 2002 года. Я ему рассказал о боевиках, о появлении "Абдула" и сказал, что готовится террористический акт. Он начал склонять меня к участию в какой-то "серьёзной группе", которая будет "еб...шить" (это его слово любимое) Литвиненко и Березовского, а также их окружение, мол, из-за этого его восстановили в органах, в качестве агента по контракту. Я ему ответил, что я никогда не подписываюсь на убийства, тем более, что Литвиненко тоже в Лондоне. Я посоветовал ему обратить внимание лучше на то, что может произойти здесь, в Москве. Он сказал, что информацию мою передаст. Тогда же я указал ДоР, где остальные данные на "Абдула" и его старые связи.

Но грянул "Норд-Ост". Я высказал претензии Шебалину, что не приняли мер. В ответ он взял из архивного ДоР несколько сводок (как спец Лефортово именно по расследованию дел о гостайне, могу отвественно заявить, что гостайны в них нет), принёс в ГВП и заявил, что именно их я передал ему "на хранение" (?!). Вот так мне заткнули рот...

Я честно и беззаветно отслужил Отечеству более 25 лет. Можете запросить из личного дела мою характеристику, чтобы убедиться в этом. Я чист перед совестью и людьми!

Посмотрите обвинение по приговору и Вы увидите всю фальшь дела, начиная с эпизода 1999 года, по которому в связи с амнистией 2000 г. даже нельзя было возбуждать уголовное дело!

Я никого не бил, не убивал, не обворовывал! Я отсидел срок из мести военной генеральской мафии. Но я буду твёрдо и настойчиво отстаивать свою честь и достоинство ветерана, офицера органов госбезопасности, гражданина России от клеветнических измышлений в мой адрес.

В столице люди знают о моих делах, поэтому я имею уважение среди людей, ветеранов спецподразделений "Вымпел" и "Альфа", совместно с которыми приходилось участвовать в оперативных мероприятиях и которые создали общественный комитет в мою защиту.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 45 Конституции России, ст.ст. 123-124 УПК РФ, -

ПРОШУ:

1. Отменить постановление дознавателя Управления организации дознания ГУВД г. Москвы Р.С. Пелипенко об отказе в возбуждении уголовного дела по ч.2 ст. 129 УК РФ в отношении Абельцева С.Н. как незаконное и необоснованное, содержащее ложные сведения.

2. Направить материалы для решения вопроса о возбуждении уголовного дела в Следственный комитет при Генеральной прокуратуре России в соответствии с п.1 ч.1 ст. 448 УПК РФ и п.7 ч.3 ст. 151 УПК РФ, так как Абельцев С.Н. является депутатом Государственной Думы ФС РФ.

Приложение:
1) выписка из приговора, на 1 листе;
2) копия жалобы ООД "За права человека" от 18.09.07 г., на 3-х листах.

М.И. Трепашкин

22 сентября 2007 года.

"ДУБЛЬ 10!"

СЛУЧАЙНО узнал, что по клевете депутата Госдумы России жириновца Абельцева С.Н. было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и о том, что Л.А. Пономарёв, как Исполнительный директор ООД "За права человека", обжаловал такое незаконное решение, свидетельствуя о сокрытии преступления. Льву Александровичу большое спасибо за это. Однако в своей жалобе, которую, видимо, ему кто-то помогал оформлять юридически, он в такой же степени "обмакнул" меня в прокурорскую клевету. В этой связи я в десятый раз (!) прошу разместить на сайте следующую информацию:

1. В соответствии с приговором Московского окружного военного суда от 19 мая 2004 года я НЕ обвиняюсь в том, что "проходя с 1984 по 1997 года службу в органах безопасности КГБ СССР и ФСБ РФ, М.И. Трепашкин копировал служебные документы, которые в дальнейшем незаконно хранил у себя дома".

Этого в приговоре нет!
Я не обвиняюсь в подобных действиях!
Эта политика прокурорской клеветы разоблачена ещё в ходе суда и с начала 2004 года об этом уже молчат официальные власти.
Не установлено ни одного факта копирования мною каких-либо материалов!
Мне не вменено хранение ни одной копии!!!
"Служебными" документами названы были мои конспекты классиков марксизма-ленинизма!

Я об этом писал много-много раз, но даже защита до сих пор разносит эту прокурорскую клевету, пущенную через СМИ, чтобы отвлечь людей от фактов явной фабрикации уголовного дела по политическим мотивам. Я могу ещё раз констатировать свои выводы:
а) Защита слушает не меня, а прокуроров-фальсификаторов!
б) Защита не знает моего дела и даже приговора, обвинение по которому занимает всего лишь полторы страницы!

2. Если бы вы внимательно посмотрели моё обвинение по приговору (менее 1,5 страниц!), то увидели бы, что никто меня не обвиняет в разглашении сведений о "методах работы ФСБ".

Нет там такого!!!


Я обращаюсь к защитникам и правозащитникам с величайшей просьбой: не поливайте меня грязью, не пользуйтесь прокурорской клеветой, пущенной когда-то через СМИ! Я ничего не копировал, дома секретных документов не хранил, ФСБшных секретных документов у меня никто не изымал (их принёс следователь Шебалин В.В., что видно даже по приговору!), методов работы ФСБ РФ я не разглашал!!!

Если вам тяжело прочитать 1,5 страницы (не говоря уже о логическом их осмыслении, ибо за 4 года я так и не увидел ни одного здравого комментария), то НЕ КЛЕВЕЩИТЕ с подачи военной банды убийц, грубо сфабриковавших моё уголовное дело!

М.И. Трепашкин

22 сентября 2007 года.

"Я УКОРЯЮ!.."

Я укоряю нынешнее российское общество, укоряю правозащитное движение России, укоряю средства массовой информации! Укоряю ваше бездушие, "самозащитный" индивидуализм, общественный пессимизм, трусость. Вы страшно далеки от человеческого общества XXI века. А уж демократии у вас - дай бог, чтобы набралось на конец XIX века. Напрашивается сравнение со стадом жирующих животных, молча лицезреющих, как хозяин забирает очередную жертву из загона на съедение...

Все молча лицезреют и наблюдают сейчас, как коррумпированные госчиновники расправляются со мной, опасаясь за свою карьеру и личное благополучие. Я, как сотрудник органов госбезопасности, посвятил много лет своей жизни как развитию демократических отношений в стране, так и безопасности людей. Боролся с бандитизмом, предотвращал террористические акты, выручал заложников. Спасал жизни как взрослых, так и детей. За это получал не только правительственные награды, но и признание среди простых людей. Беда пришла тогда, когда вместе с бандитами, террористами, нелегальными торговцами оружием мне стали попадаться крупные чины спецслужб. Я потянул за нити коррупционных связей, использования высокопоставленными госчиновниками в своих целях преступных организованных сообществ и даже террористов. На преступлениях они делали себе карьеру, звания и даже строили политику государства. Мафия сильна. Я стал гонимым и вынужден был в 1997 году уволиться из органов безопасности. Но, так как я вторгся в сферу теневого бизнеса преступных чиновников, узнал об их грязной политике, нередко замешанной на крови соотечественников, то меня не оставили в покое. Появились провокаторы, нападающие, киллеры и т.п. Несколько раз против меня пытались возбудить уголовное дело за разглашение грязных тайн генералов ФСБ РФ и ГРУ Генштаба Минобороны России, объявляя их преступления гостайной России. Эти попытки окончились неудачно, так как пытавшиеся нарвались на грамотных и принципиальных прокуроров (тогда еще такие оставались на службе)...

За три последних года 90-х гг. на мою жизнь было совершено свыше десятка покушений. Среди тех, кому было поручено устранить меня, была получившая позже огласку группа сотрудников УРПО ФСБ РФ (Гусак, Литвиненко, Шебалин, Понькин и другие). Им ведь тоже в свое время дали на меня характеристику как на воровского авторитета, чтобы они меня без зазрения совести "замочили прямо в подъезде дома". Но Литвиненко копнул моё "дело" поглубже этой липовой справки и, как говорится, почувствовал недоброе. В результате убийство не состоялось. 17 ноября 1998 года произошло публичное разоблачение преступных генеральских приказов Ковалёва Н.Д., Хохолькова Е.Г., Макарычева А.К. и др. Но оказалось, что нет ничего прочнее генеральских связей. Изобличителей-отказников начали душить как щенков. Однако общество не отреагировало на столь шумный скандал. Оно даже не попыталось потребовать доказательств озвученных преступлений, а их было очень много...

Уволенные генералы и их преступное окружение оказались в Государственной Думе ФС РФ, в Минюсте, МВД и прочих структурах власти - при молчаливом согласии нашего "демократического" общества. Теперь им уже ничто не мешало "замочить" тех, кто всё ещё писал на эту тему или пытался организовать какие-то комиссии. Щекочихин, Юшенков, Политковская... А затем уже и не понявшего мощь мафии Литвиненко отравили полонием в Лондоне.

Со мной же решили поступить несколько иначе. Подобно тому, как в конце XIX века французский военный суд по негласному указанию президента Французской Республики Феликса Фора по надуманным основаниям осудил неугодного властям Альфреда Дрейфуса за измену родине в форме выдачи гостайны, так и меня в нынешней России решили "укатать" в тюрьму по надуманным обвинениям в раглашении гостайны, тоже руками военных. При этом одним из военных прокуроров мне было прямо заявлено, что состава преступления в моих действиях нет, но есть заказ, исходящий якобы от Президента России Путина В.В., засадить меня в тюрьму. Именно поэтому руководители Главной военной прокуратуры РФ договорились с Военной коллегией Верховного Суда РФ, что меня всё равно осудят "по беспределу", чтобы я, как адвокат, "не лез" в дела высокопоставленных лиц, вершащих политику государства.

И началось...

- 22 января 2002 года ко мне на съемную квартиру по ул. Затонная в Москве приехали с обыском сотрудники Главной военной прокуратуры и Управления собственной безопасности ФСБ РФ "искать Литвиненко А.В.". Я им так и заявил: "Вы, наверное, перепутали, ибо здесь не Лондон, а Нагатинский Затон г. Москвы". Разумеется, приехавшие ничего не нашли. Вспомнили, что, действительно, Литвиненко находится в Лондоне еще с 2000 года. Но для того, чтобы не было шума, он изъяли ими же подброшенные патроны ("это, - говорят они, - у нас стандартный набор для обысков у офицеров запаса") и мои старые конспекты работ классиков марксизма-ленинизма, объявив их секретными служебными документами, содержащими сведения об агентуре ФСБ РФ и ГРУ.

- После этого случая "прижали" Шебалина В.В. и заявили ему, что, если он не оговорит меня в том, что я, якобы, выдавал именно ему, полковнику ФСБ РФ, гостайну КГБ СССР, то с ним сделают то же, что и с Литвиненко до его бегства, т.е. отправят на нары в Бутырку. Шебалин сопротивлялся недолго и согласился. И вот меня, как в сталинские времена НКВД, осудили на основании одного-единственного показания Шебалина (т.е. на основании его ложного доноса), что я, якобы, разгласил ему гостайну России, хотя я с ним во время, указанное в обвинительном заключении, вовсе не встречался. Так, одного сомнительного - ложного - доноса хватило для моего осуждения!

А что касается "гостайны", то это вообще пища для сатирика М. Задоронова, для его рубрики "Ну тупыыые!"

Ведь мне, не служившему в органах безопасности с 1997 года, вменяют то, что я разгласил действующему полковнику ФСБ РФ сведения о планах этого ведомства! Откуда я мог их знать в 2002 году? Их начали искать и в деле, и в ходе суда - не нашли! Их нет! Тогда вызвали т.н. "эксперта". Экспертами по делу выступали оперработники ФСБ РФ, у которых я был "в разработке". В суде у старшего этой группы "экспертов" начали выяснять, о каких планах идет речь. Он ответил, что планов нет, что они в своем заключении просто взяли и переписали формулировку из закона, касающуюся того, что МОЖЕТ являться секретным. Казалось бы - всё ясно, дело надо прекращать. Однако судье стали угрожать из Главной военной прокуратуры: "Самого посадим!" И тогда он "слепил по беспределу" обвинительный приговор, в котором значилось, что я "разгласил сведения о планах ФСБ РФ", еще и добавив, что я разгласил тому же Шебалину сведения КГБ СССР, касающиеся трех его агентов. Кстати, то, что эти лица были агентами - вымысел. Что это за лица, суд так и не установил! И главное: в деле есть результаты экспертизы, что документы с данными упомянутых третьих лиц государственной тайны СССР не составляют! Российским властям они вообще не передавались и к России отношения не имеют. Тогда представитель ФСБ РФ в суде, Шелег В.С., сделал поистине шизофреническое заявление: он сказал, что КГБ СССР и сейчас осуществляет контрразведывательную и оперативно-розыскную деятельность! И судья Седов С.П. принимает это, как истину!

Вот такими бандитствующими даунами я и был осуждён в политически ангажированном суде за придуманные сведения о какой-то несуществующей государственной тайне России и за несколько подброшенных мне патронов, к которым я не имел отношения, а доказательств, что они были моими, в деле не имелось. Даже понятые заявили, что их могли подбросить!

И вот, уже четыре года, как я добиваюсь пересмотра своего дела, и всё безрезультатно.

К военным я не имею отношения. И Главная военная прокуратура, и военный суд не имели права расследовать заведенное против меня уголовное дело и проводить судебный процесс, так как это является грубейшим нарушением принципов подследственности и подсудности. Но Московский окружной военный суд, следуя указаниям "сверху", осудил меня, гражданское лицо и адвоката, "по беспределу". Не учли даже то обстоятельство, что гарнизонный военный суд не дал согласия на моё привлечение к уголовной ответственности как адвоката ни по ч.1 ст. 222, ни по ч. 1 ст. 283 УК РФ. Как мошенники, чтобы скрыть нарушение принципов подследственности, подсудности и моих прав на адвокатскую неприкосновенность, в приговоре они записали, что я когда-то (!?) был военнослужащим.

В связи с незаконным осуждением и удержанием меня без вины в местах лишения свободы на протяжении уже трех лет и одиннадцати месяцев, я обращаля с просьбами о помощи и к правозащитникам, и к журналистам, и к депутатам, и к сенаторам, и к прдставителям других структур власти, а также в органы по защите прав человека... И в процессе этой писанины я отсидел весь срок наказания по придуманным обвинениям.

В России у невиновного нет возможности защититься от незаконного осуждения! В России нет возможности защитить права маленьких детей!

Я сделал маленький экскурс в историю, чтобы доказать, что наше нынешнее общество в силу его моральных качеств и гражданской активности скатилось в средневековье, и ему еще далеко даже до общества XIX века!

У нас сейчас невозможно найти отзывчивых на беззакония, принципиальных, честных, справедливых людей, таких людей, о которых мы знаем из истории:
А.Ф. Кони,
В.Г. Короленко,
Н.П. Карабчевский (адвокат),
Эмиль Золя.

Нет сейчас людей с такими высокими нравственными каествами, беззаветно и безбоязненно бьющихся за невинно, по политическим мотивам, осужденных нечистоплотным чиновничеством этой власти! Нет тех, кто остро поднял бы вопрос о справедливом и беспристрастном правосудии в нынешней России! А ведь суды у нас явно превратились в часть административной системы власти.

А.Ф. Кони назвал суд "школой для народа, из которой, помимо уважения к закону, должны выноситься уроки служения правде и уважения к человеческому достоинству".

Достаточно вспомнить, что в период самодержавия А.Ф. Кони, будучи председателем суда присяжных заседателей, вынес оправдательный приговор по делу Веры Засулич, стрелявшей в генерал-губернатора Трепова. А.И. Винберг в книге "Чёрное досье экспертов-фальсификаторов" (М., "Юридическая литература", 1990 г.) пишет: "На твердое объективное мнение А.Ф. Кони не смогли оказать давление ни Александр II, ни министр юстиции - никто не смог поколебать беспристрастности А.Ф.Кони, его высоких нравственных идеалов, справедливости и объективности вынесенного революционерке, борцу с самодержавием, оправдательного приговора в январе 1878 года".

Ныне таких судей нет. Нередко в суде, переодевшись в мантию, заседает преступник. И он знает о своей безнаказанности, ибо чаще всего является исполнителем заказных процессов, где справедливостью и законностью даже не пахнет. Чёрной памятью в сознании людей останутся их имена. Ибо они предали правду, истину, справедливость, человечность. А такие же беспристрастные, как А.Ф. Кони, навечно останутся в истории и доброй памяти народа.

"...успех Ваш, достигнутый в русском обществе, не был карьерой, вы шли путём, независимым от милостей и ласк, и связали свою жизнь со служением не власти и моде, а вечному и безусловному... Вы всегда искали истины и справедливости..." (из приветствия Российской Академии наук в связи с 80-летием А.Ф. Кони). О ком мы в настоящее время можем сказать такие слова?

Нет у нас сейчас таких адвокатов, как известный русский адвокат XIX века Н.П. Карабчевский, который в случае беззакония по делу поднимал журанлистов, писателей, чтобы они освещали суть дела до мелочей и поднимали общественность против осуждения невиновных. Благодаря его активной адвокатской деятельности мы до сих пор слышим о таких процессах, как дело мултанских вотяков (Удмуртия) и дело Бейлиса (Киев). Карабчевский сумел подключить к освещению этих процессов и местных журналистов, и известных росийских мыслителей, в частности, В.Г. Короленко, известного русского писателя и публициста.

В.Г. Короленко с ненавистью относился не только к тем, кто грубо фабриковал дела по политическим мотивам, но и к лжесвидетелям, используемым следователями-"липачами". Приведу окончание речи В.Г. Короленко в Казанском окружном суде по делу мултанских вотяков: "...И такое дело четыре года слеплялось из кусочков!.. Дайте мне двух таких господ, как следователь, пристав Шмелёв, пять его помощников и семейку лжесвидетеля Мурина, и я берусь доказать не в четыре года, а в два месяца, что ведьмы летают на помеле, и покажу вам старика, который видел всё это своими глазами!" Моё, подобное этому, шизофреническое обвинение построено на показаниях одного лжесвидетеля - Шебалина. И если мултянских вотяков суд оправдал, то меня преступники в мантиях осудили на основании лишь одного ложного доноса. И некому было вступиться за меня и донести до людей правду о беспределе военного суда.

В.Г. Короленко выступал с яркими и гневными статьями и по делу Бейлиса. Там он клеймил эксперта-"липача" Сикорского. У меня же в качестве "экспертов" выступили сами оперы-разработчики, признавшие гостайной России полное фуфло! Я очень хотел бы, чтобы кто-то обрисовал людям то, как преступники-чекисты фабрикуют "гостайну", но нет сейчас таких публицистов, как В.Г. Короленко.

И уж тем более выродились такие протестные люди, как известный французский писатель Эмиль Золя, ставший мировым примером общественного долга писателя в защите правды и справедливости.

В 1898 году с возгласом "Я обвиняю!.." Золя поднял свой голос в защиту невинного человека - офицера Альфреда Дрейфуса, жертвы политических интриг, мрачных сил реакции и национализма. Он решил не быть безучастным свидетелем произвола и насилия. В газете "Орор" Эмиль Золя опубликовал открытое письмо Президенту Франции с гневным и страстным выступлением против продажного военного правосудия, вынесшего обвинительный приговор в измене родине невиновному человеку. "Этот приговор является пощёчиной всякой правде, всякой справедливости", - писал Золя. Правящие круги Франции рассматривали это выступление как дерзкий вызов военным и правительству.

Власти не простили Эмилю Золя этого письма, и он сам стал обвиняемым и был осуждён военным судом. Я хотел бы привести выдержки из его выступления в суде, где он также настойчиво твердил о невиновности Дрейфуса, о фабрикации его дела по политическим мотивам и торжестве истины в будущем (что впоследствии и произошло).

"...Я спокоен, - говорил Золя. - Ваше дело узнать истину; она выйдет на свет". "Неужели вы не понимаете, - продолжал Золя, - что наш народ умирает от мрака, в котором его держат, от двусмысленности, которой он болеет. Грехи правящих нагромождаются, одна ложь влечёт за собой другую и всеобщая путаница доходит до ужасающих размеров. Совершена судебная ошибка, и с тех пор ежедневно должны соверщаться новые покушения против разума и справедливости, чтобы скрыть её..." (Золя словно говорил о моем деле). "Мы хотим знать, есть ли еще Франция - Франция прав человека, та Франция, которая дала миру свободу и должна дать ему справедливость..."

Как известно, справедливость восторжествовала не сразу. И Золя вынужден был до июня 1899 года находиться в изгнании в Лондоне. После возвращения он опубликовал статью "Правосудие" в той же газете "Орор" - о причинах своего изгнания и о политически ориентированных судах. Статья Э. Золя заканчивалась обращением ко всем честным людям с призывом действовать "во имя прогресса и освобождения" от явлений позора для человеческого общества.

Пример Эмиля Золя на протяжении более чем века является образцом гражданского мужества, образцом общественного долга писателя и общественной значимости литературы для многих известных писателей, а также для всех честных граждан.

Высоко ценил поступок Золя другой известный французский писатель Анри Барбюс, который своим творчеством также боролся с негативными явлениями в человеческом обществе, против произвола, маразма властей и унижения человека.

12 октября 1919 года писатель опубликовал в газете "Юманите" статью "Мы обвиняем!..", названную по аналогии со знаменитым "Я обвиняю!.." - письмом Эмиля Золя Президенту Французской Республики Феликсу Фору. В условиях ожесточённых схваток сил прогресса с реакцией писатель стремился использовать пример Золя для защиты правды и справедливости.

После этого он выпустил в свет книгу "Золя", направленную против безразличия, пессимизма и индивидуализма, которые всячески проповедовались апологетами безыдейности. Эта книга звала всех честных деятелей литературы и искусства последовать примеру Эмиля Золя, чтобы активно воспитывать людей в духе борьбы за уничтожение всякого произвола и унижения.

Поступок Золя повлиял на А.П. Чехова. Он писал своей жене: "Сегодня мне грустно, умер Золя... Как писателя я мало любил его, но зато как человека в последние годы, когда шумело дело Дрейфуса, я оценил его высоко". Чехов пытался доказать антисемиту и шовинисту Суворину правоту Золя, выступившего с обвинением в адрес военного суда Франции: "Вы пишете, что Вам досадно на Золя, а здесь у всех такое чувство, как будто народился новый, лучший Золя... Это чистота и нравственная высота, каких не подозревали". Долгосрочная дружба, связывающая Чехова и Суворина, не выдержала испытания делом Дрейфуса. Ведь газета Суворина, говоря о внутренних делах России, была такой же бесчестной и ретроградной, как и в освещении процесса Дрейфуса.

Во время дела Дрейфуса Писсаро и Монэ восхищались выступлениями Золя. За человечность и прогресс активно выступали участвовавшие в общественной жизни Гюго, Вольтер, Ромен Роллан.

Я не случайно посвятил изложению исторических фатов вторую часть своего письма-обращения, ибо я взял в союзники перечисленных классиков и исторических личностей в укор нынешним правозащитникам, журанлистам, писателям.

Моё уголовное дело чрезвычайно схоже с делом А. Дрейфуса, и я надеюсь, что пример всемирно известных классиков, отличавшихся высокой человеческой нравственностью и активной гражданской позицией поможет и мне найти своего Э. Золя, и я смогу добиться пересмотра уголовного дела, грубо сфабрикованного военными прокурорами, ФСБ РФ и политически ангажированными военными судьями.

Я надеюсь на смелость журналистов, публицистов. "Когда народ не боится могущественных, тогда приходит могущество" (китайский философ VI-V вв. до н.э. Лао-Цзы).


М.И. Трепашкин

20 сентября 2007 года,
камера-одиночка №13
ПФРСИ ФГУ ИК-13,
г. Нижний Тагил.

Пикет в защиту Трепашкина в Екатеринбурге

МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНР ПРАВ ЧЕЛОВЕКА -
отделение Общероссийского Общественного Движения
«ЗА ПРАВА ЧЕЛОВЕКА»
РОССИЯ: 620137, гор. Екатеринбург, а/я 382, т/ф (343) 365-11-47, Е-mail: vashin@rambler.ru

Главе Администрации гор. Екатеринбурга
Чернецкому А.М.
гор. Екатеринбург, пр-т Ленина, 24-а

УВЕДОМЛЕНИЕ
о проведении публичного мероприятия (пикетирования)

1. Уведомляем, в соответствии с Федеральным законом РФ от 19.06.2004г. №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», ст.7 – будет проводиться публичное мероприятие - пикет – 27 сентября 2007 года - группы граждан – как протест против бездействия органов прокуратуры на территории Свердловской области, в связи многочисленными нарушениями конституционных прав человека и гражданина в исправительных заведениях ГУФСИН (пыточные условия отбывания наказания, унижение достоинства человека в отношении осужденных, родных и близких заключенных и другие нарушения прав человека и гражданина), в исправительных заведениях ГУ ФСИН на территории Свердловской области.

2. Цель мероприятия – привлечь общественность и органы власти всех уровней, прокуратуру Свердловской области (прокурора Пономарева Ю.А.) :

* Заявить о преступных деяниях в системе ГУФСИН в отношении осужденных, , недопустимых согласно Конституции и законности РФ - ( почему вновь появился труп…?);
* Вновь действующая ПФРСИ в ИК-2 - «фабрика пыток» !?
* Одиночные тюремные камеры для п